Начало - здесь. Вторая часть - тут. Пытаясь понять строй мыслей человека, умудрившегося написать «Скотный двор» и «1984», читаю его разнообразные эссе. Дело дошло до «Вспоминая войну в Испании», вышедшее в 1943. Там есть крайне показательный момент, доказывающий явное смятение чувств и мыслей Оруэлла, взгляды которого менялись многократно на протяжении жизни.
…Самое непостижимое в испанской войне — это позиция великих держав. Фактически войну выиграли для Франко немцы и итальянцы, чьи мотивы были совершенно ясны. Труднее осознать мотивы, которыми руководствовались Франция и Англия. Кто в 1936 году не понимал, что, достаточно было Англии оказать испанскому правительству помощь, хотя бы поставив оружия на несколько миллионов фунтов, Франко был бы разгромлен, а по немцам нанесен мощный удар. Не требовалось в то время быть ясновидящим, чтобы предсказать близящуюся войну Англии с Германией; можно было даже с определенностью назвать дату ее начала — через год или два. И тем не менее самым подлым, трусливым и лицемерным способом английские правящие классы отдали Испанию Франко и нацистам. Почему? Самый простой ответ: потому что были профашистски настроены. Это, вне сомнения, так, и все же, когда дело дошло до решительного выбора, они оказались против Германии. По сей день остается очень неясным, какие у них были планы, когда они поддерживали Франко; возможно, никаких конкретных не было. Злонамеренны или просто глупы английские правители — вопрос, на который в наше время ответить крайне сложно, а бывает, что этот вопрос становится чрезвычайно важным. Что же до русских, цели, которые они преследовали в испанской войне, совершенно непостижимы. Может, правы наивные либералы, полагающие, что русские участвовали в войне для того, чтобы, защищая демократию, обуздать нацизм? Но если так, отчего их участие было столь ничтожным по масштабам и зачем они бросили Испанию, когда ее положение стало критическим? Или согласиться с католиками, которые уверяли, что русское вмешательство должно было раздуть в Испании революционный пожар? Но зачем же они сделали все от них зависящее, чтобы подавить испанское революционное движение, защитить частную собственность и предоставить власть не рабочим, а среднему классу? А может быть, правы троцкисты, заявившие, что целью вмешательства было предотвратить революцию в Испании? Тогда проще было вступить в союз с Франко. Понятнее всего их действия становятся, если видеть за этой линией несколько мотивов, противоречащих один другому. Уверен, со временем выяснится, что внешняя политика Сталина, претендующая выглядеть дьявольски умной, на самом деле представляет собой примитивный оппортунизм…
Оруэлл обнаружил, что его понимание событий противоречиво и случившееся на его глазах не объясняет. Он боится себе в этом признаться. Вспоминается герой анекдота Микола. Он заподозрил, что жена от него гуляет. Чтобы проверить ужасную догадку, уезжая в город, попросил дочку последить, кто зайдёт в гости к маме. Вернувшись, Микола выслушал рассказ. Дочка сообщила, что приходил сосед Вакула и они с мамкой закрылись в комнате. Она всё видела через замочную скважину, пока Вакула не прикрыл её трусами, которые повесил на ручку двери. «Опять неизвестность», - пробормотал рогоносец…
И Оруэлл в данном случае отказывается верить очевидному. Мотивы поведения Франции и Англии – на поверхности. Те закрыли лицемерно и цинично глаза на кровавый тоталитарный переворот в Испании. Лишь бы в Западной Европе любыми средствами прибили «призрак коммунизма», пусть и вполне легитимно и демократично получивший власть. Как позже в отношении другого одиозного персонажа сказал один американский деятель: «Он – сукин сын, но наш…» Ровно на этой скользкой дорожке лежит и продолжившийся сговор с нацизмом и фашизмом, приведший к Мюнхену, где Гитлеру «великие державы» ещё насыпали уступок в Центральной и Восточной Европе, лишь бы тот не лез в колониальные земли старых империй. Негласно поддерживали труды по удушению социалистических настроений в народе.
И поведение СССР в Испании вполне прагматично, честно и разумно. Ещё тогда совсем и не всесильная держава сначала попыталась поддержать законную и близкую по взглядам власть. Вошла в демократический фронт, где ждала и старых либералов. Как только Сталин понял, что ему не только не помогают, но и ставят палки в колёса, помощь вынужденно свернул, пытаясь убедить Мадрид просто удержать руль, остановив революцию социалистических преобразования, до которых отсталая страна, раздираемая сепаратизмом, ещё не дозрела. Что при этом лгали уважаемые Оруэллом противники коммунистического пути, дело десятое…
Как мне кажется, этот отрывок однозначно говорит о явной путанице в голове писателя и его смущении. Ещё раз доказывается тезис: владеть словом не значит понимать. Автор создаёт симулякры, похожие на реальность. Захватывает внимание и чувства читателя, склоняя его к спорным выводам. Но мираж лишь талантливо вводит в заблуждение, выдавая инфантильные чёрно-белые конструкции за настоящую сложную палитру жизни…
Конечно, мне, обладающему послезнанием, куда легче трактовать случившееся 90 лет назад. Но непонятно, почему из каждого утюга слышна антисоветчина и, по сути, версия геббельсовской пропаганды событий уничтожения Республики… Только в одном Оруэлл уверен:
Стоит мне мысленно увидеть перед собой — совсем живым! — этого итальянца в засаленном мундире, стоит вглядеться в это суровое, одухотворенное, непорочное лицо, и все сложные выкладки, касающиеся войны, утрачивают значение, потому что я точно знаю одно: не могло тогда быть сомнения, на чьей стороне правда. Какие бы ни плели политические интриги, какую бы ложь ни писали в газетах, главным в этой войне было стремление людей вроде моего итальянца обрести достойную жизнь, которую — они это понимали — от рождения заслуживает каждый…
И ему очевидно, но удивительно, что против коммунистических идей сплотились совершенно разные персонажи:
Называя имена людей, которые поддерживают фашизм или оказали ему свои услуги, поражаешься, как они несхожи. Что за конгломерат! Назовите мне иную политическую платформу, которая сплотила бы таких приверженцев, как Гитлер, Петен, Монтегю Норман, Павелич, Уильям Рэндолф Херст, Стрейчер, Бухман, Эзра Паунд, Хуан Марч, Кокто, Тиссен, отец Кофлин, муфтий Иерусалимский, Арнольд Ланн, Антонеску, Шпенглер, Беверли Николе, леди Хаустон и Маринетти, побудив всех их сесть в одну лодку!
Но на самом деле это несложно объяснить. Все они из тех, кому есть что терять, или мечтатели об иерархическом обществе, которые страшатся самой мысли о мире, где люди станут свободны и равны. За всем крикливым пустословием насчет «безбожной» России и вульгарного «материализма», отличающего пролетариат, скрывается очень простое желание людей с деньгами и привилегиями удержать им принадлежащее…
Чтобы весь мир добился уровня жизни Англии — для этого потребовалось бы затрат не больше, чем те, каких требует нынешняя война… Сам я, может быть, без достаточных оснований верю, что рано или поздно обычный человек победит в своей борьбе, и я хочу, чтобы это произошло не позже, а раньше — скажем, в ближайшие сто лет…
Так, о чьём будущем писал Оруэлл? Роман «1984» ФБР изучало ещё до публикации. И ЦРУ в 1949 приняло решение через американских издателей использовать его как критику советского строя. Знал ли и об этом писатель?