В 1822 году в маленьком немецком городке Нойбуков родился мальчик из бедной семьи протестантского пастора. Его звали Генрих Шлиман. В семь лет отец подарил ему книгу с иллюстрациями — это была пересказанная для детей «Илиада» Гомера. На одной из картинок горел разрушенный город Троя. Мальчик долго смотрел на эту картинку и потом сказал отцу: «Когда я вырасту, я найду эту Трою». Отец рассмеялся. Двадцать пять веков ни один серьёзный учёный не верил, что Троя реально существовала. Это был миф, поэтический вымысел Гомера, символ, а не город. Через пятьдесят лет тот же самый мальчик, теперь уже миллионер пятидесяти лет от роду, стоял с лопатой на турецком холме Гиссарлык и начинал раскопки. Через несколько лет он покажет всему миру, что Троя реальна.
Чтобы понять масштаб этого подвига, нужно представить, что считалось доказанным о Трое до Шлимана. В академических кругах второй половины XIX века существовало почти полное единодушие. Гомеровские поэмы «Илиада» и «Одиссея» — это великие литературные произведения, но не исторические свидетельства. Троянская война, описанная в «Илиаде», никогда не происходила. Города Трои никогда не существовало. Все эти герои — Ахилл, Гектор, Приам, Парис, Елена — литературные персонажи, не исторические лица. Сам Гомер, возможно, и не был реальным человеком, а только условным именем для собирательной поэтической традиции.
Эта позиция господствовала по нескольким причинам. Во-первых, никаких археологических подтверждений Трои действительно не было. Никто не находил ни её руин, ни предметов, ни упоминаний в современных Гомеру источниках (хотя сам Гомер жил, по приблизительным оценкам, в VIII веке до нашей эры, а описываемая им Троянская война должна была происходить примерно за пятьсот лет до него). Во-вторых, многие детали поэм казались фантастическими. Боги, лично участвующие в боях. Деревянный конь. Огромные армии. Десятилетняя осада. Всё это выглядело как поэтический вымысел. В-третьих, в XIX веке академическая археология была ещё молодой наукой, и сама идея, что литературные тексты можно использовать как путеводитель по реальным местам, не воспринималась всерьёз.
И вот в эту атмосферу скептицизма пришёл человек, не имевший никакого академического образования.
Генрих Шлиман прожил удивительную жизнь до того, как занялся археологией. После смерти матери в девять лет он рос в крайней бедности. Получил минимальное школьное образование. В четырнадцать лет начал работать помощником в бакалейной лавке. В девятнадцать лет, бежав от тяжёлой жизни, нанялся юнгой на корабль, идущий в Венесуэлу. Корабль потерпел крушение у голландского побережья. Шлиман оказался на улицах Амстердама без денег и без знакомств.
Здесь и началась его первая удивительная карьера. Молодой человек обнаружил у себя редкий лингвистический талант. За несколько месяцев в Амстердаме он самостоятельно выучил голландский. Затем за полгода — английский. Затем по очереди — французский, итальянский, испанский, португальский. К двадцати пяти годам он знал восемь языков. Это качество сделало его незаменимым сотрудником торговых фирм. К тридцати годам Шлиман был уже преуспевающим коммерсантом.
В 1846 году он переехал в Россию, в Петербург. Здесь его деловой талант развернулся в полную силу. Шлиман занимался торговлей индиго, чаем, селитрой. Во время Крымской войны (1853-1856) он сделал колоссальное состояние на поставках военных материалов российской армии. К концу 1850-х годов он был миллионером, имел дома в нескольких странах, был российским подданным (он принял российское подданство в 1847 году и официально звался Андреем Аристовичем).
В сорок один год Шлиман принял неожиданное решение. Он отошёл от дел и посвятил себя тому, о чём мечтал с детства. Найти Трою.
Подготовка заняла десять лет. Шлиман изучал древнегреческий язык (он сам утверждал, что выучил его за шесть недель, но историки относятся к этому скептически). Читал «Илиаду» и «Одиссею» в оригинале, разбирая каждую географическую деталь. Изучал работы немногочисленных учёных, всерьёз искавших Трою, включая шотландца Чарльза Макларена, ещё в 1822 году предположившего, что Троя могла находиться на турецком холме Гиссарлык в северо-западной Малой Азии.
В 1868 году Шлиман впервые приехал в Турцию, в район Дарданелл. Изучил местность лично. И принял решение. Гомеровская Троя должна находиться именно на холме Гиссарлык. Не там, где её традиционно «искали» (некоторые учёные предполагали, что она была в соседней долине), а именно здесь.
Получение разрешения на раскопки заняло три года. Османские власти неохотно давали такие разрешения иностранцам. Только в 1871 году Шлиман смог начать работы.
Раскопки на Гиссарлыке оказались физически тяжёлыми. Холм представлял собой искусственное возвышение, образованное наслоением руин разных эпох. Шлиман нанял около ста рабочих, преимущественно турецких крестьян из окрестных деревень. Они копали огромные траншеи через всю толщу холма, иногда углубляясь на двадцать метров. С точки зрения современной археологии методы Шлимана были варварскими. Он не зарисовывал слои, не классифицировал находки систематически, в спешке уничтожал верхние культурные слои, чтобы добраться до более глубоких, которые считал «настоящей» Троей. Из-за этого позднее археологам было трудно понять, что и где было найдено.
Тем не менее результаты оказались поразительными. Шлиман не нашёл просто один город. Он нашёл девять. Один город стоял на другом, образуя слоистый пирог истории. Каждый слой соответствовал отдельной эпохе. Самый нижний — около 3000 года до нашей эры. Самый верхний — римское поселение I века нашей эры. Между ними лежали десятки веков непрерывной человеческой истории.
Который из девяти городов был гомеровской Троей? Шлиман в первые годы раскопок считал, что искомая Троя — это второй снизу слой (Троя II). Именно в нём в 1873 году он сделал одну из самых знаменитых находок археологии XIX века.
Утром 31 мая 1873 года Шлиман, проходя по одной из траншей, заметил блеск металла в стене. По его собственному рассказу (который позже подвергался сомнению), он отослал рабочих под предлогом неожиданного праздника, а сам с женой Софьей лично извлёк из земли клад. Это была золотая корона, сделанная из тонких золотых пластинок, ожерелья, серьги, золотые сосуды, в общей сложности около 8000 предметов из золота, серебра и меди.
Шлиман немедленно объявил, что это сокровище царя Приама, отца Гектора и Париса, того самого Приама, которого описывает Гомер. Корону он назвал «Драгоценности Елены», представив, что её носила сама Елена Прекрасная. На знаменитой фотографии 1873 года Софья Шлиман стоит в этих драгоценностях, изображая древнюю царицу.
Сегодня мы знаем, что Шлиман ошибался. Слой Троя II, в котором были найдены эти сокровища, относится к 2400-2200 году до нашей эры. Это на тысячу лет старше времени гомеровской Троянской войны. Что касается её — Троянская война, если она действительно происходила, должна была случиться около 1200 года до нашей эры, в эпоху, соответствующую слоям Троя VI или Троя VIIa. Шлиман просто докопался слишком глубоко.
Однако сам факт обнаружения нескольких слоёв древнего города на месте, точно соответствующем гомеровскому описанию, переворачивал научные представления. После 1873 года уже никто не мог утверждать, что Троя — это поэтический миф. Она существовала. Спорить можно было только о том, в каком именно слое произошла известная нам по «Илиаде» осада.
С этим вопросом разбирались уже после Шлимана. После его смерти в 1890 году раскопки продолжил его помощник Вильгельм Дёрпфельд. Он первым предложил, что гомеровской Троей следует считать слой Троя VI, существовавший с 1700 до 1250 года до нашей эры и погибший в результате сильного землетрясения. По другим данным, ближе к гомеровской традиции стоит слой Троя VIIa, существовавший с 1250 до 1180 года до нашей эры и погибший в результате пожара после военного нападения. Современные археологи в основном склоняются именно ко второй версии. Слой VIIa представляет собой город, разрушенный примерно тогда, когда по гомеровской хронологии должна была закончиться Троянская война, причём разрушение носит следы нападения, а не природной катастрофы.
Что касается «сокровищ Приама», их дальнейшая судьба тоже оказалась захватывающей. Шлиман незаконно вывез их из Турции, нарушив условия своего разрешения на раскопки. Сначала клад был помещён в Берлинский музей. Во время Второй мировой войны, в апреле 1945 года, советские войска, занявшие Берлин, перевезли клад в Москву как трофей. Долгие десятилетия его существование в советских хранилищах официально не признавалось. Только в 1993 году, при Ельцине, российские власти впервые признали, что «золото Шлимана» находится в Москве. Сегодня большая часть коллекции выставлена в Государственном музее изобразительных искусств имени Пушкина. Турция, Германия и Греция (как наследница античного мира) все три предъявляют претензии на сокровища, но Россия их не возвращает.
Что осталось от этой истории. Прежде всего, поразительный пример того, как одно упорное убеждение может изменить науку. Десятки академических учёных в XIX веке утверждали, что Троя — миф. Один торговец-самоучка верил, что она реальна. Он оказался прав, а они нет. Это случай, когда любитель победил профессионалов, потому что у него хватило настойчивости проверить то, что профессионалы считали уже разрешённым вопросом.
Во-вторых, история Шлимана показывает важность того, что мы сегодня называем «междисциплинарным подходом». Чтобы найти Трою, нужно было хорошо знать древнегреческий язык, понимать гомеровский эпос, разбираться в географии Малой Азии, иметь финансовые ресурсы для раскопок, обладать организаторскими способностями для управления командой рабочих. Шлиман объединял в себе все эти качества. Ни один из современных ему академических учёных-классиков не мог бы организовать раскопки такого масштаба, даже если бы хотел.
И в-третьих, открытие Трои стало одним из самых вдохновляющих сюжетов в истории науки. Семилетний мальчик в маленьком немецком городе посмотрел на картинку в книжке и решил найти изображённый на ней город. Через пятьдесят лет он его нашёл. Это история о силе мечты, о том, что детское обещание самому себе может изменить мир. И о том, что иногда самые невероятные истории оказываются истинными, нужно только осмелиться в это поверить.
Тысячи туристов сегодня приезжают на холм Гиссарлык в Турции. Они проходят по тем же траншеям, которые Шлиман прокопал полтора века назад. У входа стоит огромный деревянный конь — символ той самой Троянской войны. И где-то под их ногами лежат камни, которые видели Гектора и Ахилла. Если, конечно, Гомер действительно описывал то, что было. А он, похоже, описывал.
А вы как считаете, что ещё из легендарных «выдуманных» мест человеческой истории может оказаться реальным? Атлантида? Шамбала? Эльдорадо? Делитесь в комментариях.