Песок обжигал ноги, забирался в сланцы, густой, текучий. Маша мимо киосков с огромным хычином. «Я увидел огромный чебурек идёт», – отшутился Николай.
Он хотел пройти мимо, сделать вид, что не видит её. Прошло уже три дня, как он вернулся с детьми на побережье. Но с Машей не виделся. Прямо себе в этом не признавался, но с двумя мрачными маленькими людьми он чувствовал себя не вполне годным. Не тем, с кем молодая красивая девушка захочет проводить время. Да и вообще на душе кошки скребли.
И голова шла кругом: что вообще с этими человечками надо делать? Чем кормить? Можно ли им шашлык? А если с майонезом, нормально? Он всегда помогал бывшей деньгами. Бывало, водил детей во двор. Там они сами забирались в тенистые уголки и копошились, точно птенцы в гнезде. Потом он отводил их в прохладный подъезд и там передавал матери. Что происходило за пределами этих коротких встреч, он не знал. И не спрашивал.
А теперь ему вручили двух готовых людей, со своим неуклюжим, но миром. Вселенной из палочек и песка. Он даже не был уверен: а нужно ли им в школу. «Вот Дашке, не пора ли осенью. Или рано ещё?»
Днем в номере он включал им передачу про животных. Они послушно смотрели. Но понять, интересно им это или нет было невозможно. Он снял номер побольше с дополнительными кроватями. Дети на этих кроватях казались какими-то крошечными, потерянными.
в предыдущих сериях:
Только на второй вечер он догадался купить им зубные щётки, купальные плавки. Долго думал: какой размер брать. Надо ли Даше купальник или так сойдет? А если что-то заболит: где врач, какие лекарства купить? Надо ли вещи стирать или еще можно поносить? Эти вопросы выводили его из себя. Ему хотелось орать на бывшую.
Дети тоже ничего про себя не объясняли. Послушно соглашались со всем. Из-за прохладности матери они были не избалованы. Деньги водились, Николай им привозил, но она не заваливала детей игрушками, подарками. Воспитывала строго, отчужденно.
Теперь ее не было три дня. Все знают, как съеживается шанс с каждым часом. Как истираются следы. Их уносит ветер, смывает ночной дождь. Даже поисковые собаки уже не могут взять след. Если вообще берут. Кажется никому и дела нет. У всего мира все нормально. Только он чувствует едва уловимый запах духов «Ультрафиолет» на детской одежде.
Но запах слабел, перебивался запахом солнца, водорослей, детским тонким ароматом. Следы растворялись где-то в городе, так же как этот аромат.
Тогда не было отрядов волонтёров, не было видеокамер у кафе и подъездов. Ничего такого, что могло бы задержать память, записать событие. Только ветер гулял в дюнах, слышался шум волн и смех счастливых людей. И эта неясность под яркими лучами приводила варвара в ярость.
Старые контакты почти исчезли, а новым, изменившимся до неузнаваемости людям, он стыдился признаться в своей беспомощности. Вообще в этой ситуации. Ему казалось, что эта женщина нарочно так все устроила, обернулась вокруг, сбросила змеиную кожу. Смеется над ним.
Маша шла прямо на него вдоль киосков. Разноцветные парео, полотенца покачивались на горячем ветру. Сновали люди, торговцы продавали кукурузу. Он видел Машины тонкие ноги, громадный масляный хычин. Ему не хотелось говорить. Но она сама заговорила:
– Ты че не сказал, что приехал? Вообще что ли? Не зашел даже.
Он кивнул за спину. Тогда она увидела двух маленьких угрюмцев. Невесёлых солдатиков, которые плелись, спотыкаясь в каких-то нелепых одежках, чересчур теплых для южного дня.
«Как я давно искал такую, как я давно в тебя влюблен.», – тосковала песня из киоска. Одинокий глаз солнца прожигал горячим взглядом.
– Вот сказка в моей жизни, – показал Николай на детейю
– Ой какие зайчики, какие сладкие, – Сева и Даша почему-то очень понравились Марии. – Это твои? По натуре что ли?
Она засмеялась.
– Ну-ка давайте лапки, вас папа еще бы в шубы нарядил.
Дети послушно протянули ей крохотные ладошки.
– Тю, какие грязные! Сейчас я вам полью. Коль, купи воду я полью им. Ты не моешь детей своих что ли? Антисанитария полная, – говоря это она не ругала, а хохотала. Все смеялась сквозь слова непонятно чему.
И оттого, как она стала вить вокруг них невидимое гнездо уюта, смеха, радости. Оттого как приняла их – естественно, без запинки, ему стало легче. Камень с сердца не упал, конечно. Но внутри что-то расправилось.
– Вы не купались ещё? – спросила Маша, и дети замотали головой. Подобие улыбки появилось на перепуганных личиках.
«Дети – это в натуре женские дела», – думал он, наблюдая, как Маша осторожно заводит малышей в воду. Приговаривает им что-то, от чего Севочка даже смущенно смеется. Что именно не не слышно, голос уносят волны.
– Пошли к Армену, супом хоть их нормальным покормим, – скомандовала Маша. И ему снова стало хорошо, как подростку, которому разрешили не выполнять обязанность, сняли ношу.
Там в кафе у Армена ему и позвонили.
Друзья, продолжение, конечно следует. Давайте смаковать южный колорит постепенно. Также мы приглашаем вас на семейные чтения доброй книги «Медята». В этой истории взрослые найдут сво:, увидят социальную жизнь в больнице, работу врачей, живые характеры. А дети заглянут в туннели за решеткой вентиляции, и там будет много любопытного.
С любовью и солнцем ваша «Улица огоньков»
#нулевые #какими были нулевые #ностальгия по нулевым #наши 2000ые #ностальгия по двухтысячным #миллениум #лихие девяностые #какими мы были в 2000ые #ностальгия #атмосферные истории #русский юг #черное море #южная атмосфера #атмосфера юга #анапа #сочи #станица благовещенская #джемате #витязево #лиманы черное море #краснодарский край #эстетика юга