Звенящая тишина в офисе казалась густой, как кисель. Полина смотрела на два пустых рабочих кресла и чувствовала, как внутри всё сжимается от смеси гнева и липкого страха. Часы показывали десять утра. Крупнейший клиент ждал смету еще вчера вечером, а те, кто должен был её сдать, просто не пришли.
– Полин, ты чего зависла? – из-за соседнего монитора выглянул стажёр Максим. – Тебе кофе сделать?
– Нет, Макс, спасибо, – сухо ответила она, не отрывая взгляда от экрана телефона, где в мессенджере висели два непрочитанных сообщения от её лучших подруг и, по совместительству, подчинённых.
Всё началось три недели назад.
В тот пятничный вечер Полина летела домой как на крыльях. Владелец их ивент-агентства «Атмосфера», суровый и педантичный Аркадий Борисович, вызвал её к себе и сообщил то, о чём она мечтала последние два года. Её назначили руководителем отдела корпоративных мероприятий.
Дома её ждал муж Денис. Он работал системным администратором на удалёнке, ценил тишину, порядок и чёткие алгоритмы во всём.
Полина влетела в квартиру, сбросила туфли и бросилась ему на шею.
– Денис! Меня повысили! Я теперь начальник отдела!
Муж оторвался от монитора, снял наушники и тепло улыбнулся, обнимая жену.
– Поздравляю, Поль. Ты это заслужила. Как девчонки отреагировали?
– Ой, они были в восторге! – Полина плюхнулась на диван, не переставая улыбаться. – Мы с Катя и Юлей после работы зашли в бар. Выпили коктейлей, они мне столько всего нажелали! Сказали, что теперь-то мы заживём. Никакого больше микроменеджмента от старой начальницы, будем творить, придумывать новые концепции. Мы же банда!
Денис медленно закрыл крышку ноутбука. Улыбка сошла с его лица, сменившись привычным, чуть отстранённым выражением.
– Банда – это хорошо в кино про ограбления, Полина. А в бизнесе есть иерархия.
– Ну началось, – Полина закатила глаза. – Денис, не включай своего внутреннего душнилу. Мы три года вместе пуд соли ели. Катя мне с переездом помогала, Юлька меня отпаивала валерьянкой, когда мы новогодний корпоратив для нефтяников чуть не завалили. Они мои подруги.
– Были подругами, – поправил Денис. – Теперь ты их руководитель. Ты должна распределять задачи, контролировать сроки и, самое неприятное, наказывать за косяки. Как ты будешь штрафовать Катю, с которой вчера пила мартини на брудершафт?
– У нас нет косяков! Мы профессионалы! – обиженно отрезала Полина и ушла на кухню ставить чайник. Разговор оставил неприятный осадок.
Первая неделя в новой должности прошла в лёгкой эйфории.
Полина переехала в отдельный стеклянный кабинет. Катя и Юля заходили к ней по десять раз на дню: поболтать, выпить кофе, обсудить новые платья и, между делом, рабочие вопросы.
Трещина появилась на восьмой день.
Во вторник утром Катя пришла на сорок минут позже. Она впорхнула в кабинет Полины с извиняющейся улыбкой и стаканчиком латте.
– Полинка, прости ради бога! Пробки на Третьем транспортном – просто мрак. Я тебе кофе захватила!
– Катюш, у нас же летучка в девять тридцать была, – мягко пожурила её Полина, принимая кофе. – Аркадий Борисович заходил, спрашивал, где смета по летнему турслету для айтишников.
– Ой, да ладно тебе, – Катя отмахнулась. – Скажи ему, что подрядчики цены меняют, мы пересчитываем. Сделаю я эту смету после обеда. Мы же свои люди, прикрой меня.
Полина вздохнула, но ничего не сказала. В конце концов, пробки действительно бывают у всех.
Однако «после обеда» растянулось на два дня. Юля, глядя на Катю, тоже расслабилась. В четверг она отпросилась пораньше, сославшись на то, что ей нужно срочно отвезти кота к ветеринару. В пятницу обе ушли на обед и вернулись через два часа, весело обсуждая распродажу в торговом центре.
Полина пыталась брать работу на себя. Она сама доделывала сметы, сама звонила подрядчикам по кейтерингу, задерживалась до восьми вечера. Ей было физически некомфортно вызывать подруг в кабинет и отчитывать их. Как только она пыталась заговорить о дисциплине, Катя переводила всё в шутку:
– Начальница, не ругайся, от работы кони дохнут! Давай лучше закажем пиццу.
Катастрофа разразилась через месяц.
В агентство обратился крупный банк. Им требовалось организовать масштабный тимбилдинг на триста человек за городом. Бюджет был огромным, ответственность – колоссальной.
Проект поручили отделу Полины. Она распределила задачи: Юля отвечала за логистику и трансфер, Катя – за питание и площадку.
За три дня до мероприятия Полина решила финально проверить все брони. Она открыла сводную таблицу и похолодела.
Статус оплаты автобусов светился красным.
Полина выбежала из кабинета. Юля сидела за своим столом и красила губы, глядя в маленькое зеркальце.
– Юля! Почему не оплачен трансфер от метро до базы отдыха? – голос Полины дрогнул.
Юля медленно закрыла помаду.
– Ой. Полин, я им звонила во вторник, они просили гарантийное письмо, а я забыла... А потом закрутилась. Слушай, ну давай сейчас оплатим, делов-то.
– Делов-то?! – Полина почувствовала, как к горлу подступает паника. – Транспортная компания снимает бронь, если оплаты нет за трое суток!
Три часа Полина обзванивала все транспортные парки города. Ей удалось найти автобусы, но по двойному тарифу. Перерасход бюджета составил почти сто пятьдесят тысяч рублей.
Вечером того же дня Полину вызвал к себе Аркадий Борисович.
В кабинете директора было темно и тихо. Он сидел за массивным столом, перед ним лежала распечатка с финансовым отчетом.
– Полина Владимировна, – директор никогда не повышал голос, но от его тона хотелось провалиться сквозь землю. – Вы превратили рабочий процесс в посиделки с подружками. Я не буду оплачивать вашу дружбу из своего кармана. Перерасход я спишу из премиального фонда вашего отдела. И даю вам неделю. Если дисциплина не наладится, я буду искать нового руководителя. Свободны.
Домой Полина не пришла, а приползла.
Она рассказала Денису всё. Про автобусы, про Юлю с помадой, про слова директора и про то, что теперь весь отдел останется без премии.
– Я всё испортила, Ден. Они же обидятся, если я начну на них орать!
– А ты не ори, – спокойно ответил муж. – Крик – это признак слабости. Ты боишься их потерять? А они боятся потерять тебя? Они подставили тебя на сто пятьдесят тысяч и даже не извинились. Это не подруги, Поля. Это паразиты.
Утро началось с того самого молчания.
Катя и Юля не пришли ни в девять, ни в девять тридцать. В десять Катя написала в мессенджер: «Полинка, мы в пробке глухой! Будем минут через сорок, не теряй!».
Полина прочитала сообщение. Лицо её оставалось бесстрастным. Она открыла почту и назначила общее собрание.
Они ввалились в переговорную в одиннадцать пятнадцать. Весёлые, с пакетами из модной пекарни.
– О, а чего так официально? – хмыкнула Катя.
Полина стояла во главе стола.
– Вчера я была у директора. Из-за ошибки в бронировании транспорта компания понесла убытки. Согласно договору, эти убытки компенсируются из премиального фонда отдела.
В переговорной повисла тишина.
– В смысле? – Юля побледнела. – Мы что, без премии останемся?
– Олег, Максим, – Полина посмотрела на стажёра и дизайнера. – Ваша премия будет выплачена из резервного фонда. Юлия, Екатерина. В этом месяце вы получаете только голый оклад.
– Да ты издеваешься! – Катя вскочила с места. Лицо её пошло красными пятнами. – Мы же пахали весь месяц! Ты из-за каких-то автобусов решила нас кинуть на деньги?!
– Я никого не кидала, – Полина смотрела прямо в глаза бывшей подруге. – Сегодня вы обе опоздали на час сорок минут. Жду объяснительные до обеда.
– Ах вот как! – Катя нервно засмеялась. – Дорвалась до кресла, да? Корону не жмёт? Мы думали, ты нормальная, а ты просто канцелярская крыса теперь!
– Екатерина, – голос Полины стал ледяным. – Если тебя не устраивают правила, ты знаешь, где отдел кадров.
Катя задохнулась от возмущения. Она схватила сумку и бросилась к двери.
– Да пошла ты со своими правилами! Ноги моей здесь не будет!
Дверь с грохотом захлопнулась. Юля осталась сидеть на месте. Когда Катя ушла, она молча достала ручку и начала писать объяснительную.
Прошёл месяц.
Агентство успешно закрыло крупный проект с рекордной прибылью.
Полина шла по коридору. Навстречу шёл Аркадий Борисович.
– Полина Владимировна, – директор остановился. – Видел отчёты. Выработка выросла на двадцать процентов. Состав отдела изменился. Справились с эмоциональной привязанностью?
– Научилась разделять работу и дружбу, – спокойно ответила Полина.
– Хорошее качество для руководителя. Премия вашего отдела увеличена на пятнадцать процентов.
Вечером Полина открыла дверь квартиры.
Денис вышел в коридор, тепло улыбаясь.
– Привет, начальница. Как день?
Полина скинула туфли – теперь она носила удобные лоферы вместо узких шпилек, обняла мужа за талию и уткнулась носом в плечо.
– Юля сегодня сама закрыла все акты сверки. Шеф выписал повышенную премию.
– Звучит как победа. Катя не звонила?
– Нет, – Полина покачала головой, чувствуя, как внутри разливается спокойствие. – И слава богу. Знаешь, Ден, ты был прав. Когда ты становишься руководителем, тебе приходится выбирать: быть хорошей для всех и потерять себя, или стать жёсткой, но сохранить дело. Я выбрала дело.
– И правильно сделала. Мой руки, ужин готов.
Полина посмотрела в зеркало. Оттуда на неё смотрела уверенная в себе женщина, которая больше не боялась обидеть тех, кто не уважал её труд.
Смогли бы вы наказать подругу, если бы от этого зависела ваша работа?
Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые рассказы о сложных отношениях, выборе и моментах, когда маски слетают.