"Я не пытаюсь казаться странной. Просто так я вижу вещи".
Эти слова гитаристки Мэри Халворсон чуть проливают свет на её подход к творчеству. Нет сейчас, наверное, более противоречивой личности в джазе - мир разделился на два лагеря: одни считают, что она одно из самых интересных явлений, что появилось в джазе за последние десятилетия, называют "великой реформаторшей джазовой гитары", не раздумывая ставят её выходящие альбомы на первые места в различных топах; другие же считают, что она просто издевается над слушателем, специально играет неправильно, дабы поглумиться над простым почитателем джаза, демонстративно игнорируют её альбомы, и даже отказываются признавать её творчество частью джазовой традиции.
При этом сама Мэри Халворсон словно не замечает этой полемики. В интервью она неизменно спокойна и сдержанна, подчёркивает, что её цель - не эпатировать и раздражать, а исследовать и открывать новые возможности гитары и своего музыкального языка: "Я просто следую за звуком. Иногда он ведёт в неожиданные места, но это и есть процесс открытия".
Периодически она играет атонально, угловатыми фразами, хаотично и непонятно, но за всем этим рано или поздно внимательный слушатель сможет открыть для себя внутреннюю логику её загадочной музыкальной вселенной, где хаос оборачивается вполне стройной композицией и, как ни странно, гармонией: "Важно не то, насколько музыка соответствует правилам, а то, насколько она правдива в каждый конкретный момент. Если звук ведёт меня к диссонансу - я иду туда. Если к тишине - я останавливаюсь. Это как разговор, в котором ты не репетируешь реплики заранее".
Лично я также "страдаю раздвоением" восприятия музыки Мэри Халворсон - мне очень нравится когда она играет в составах, где она не лидер, а одна из составных частей проекта - будь то, дуэты с Сильви Курвуазье (к примеру, их прекрасный прошлогодний альбом Bone Bells), или в составе квартета Томеки Рид (один из лучших альбомов этого года Dance!Skip!Hop! тому подтверждение), или с кларнетистом Беном Голдбергом (альбом Everything Happens To Be), и в то же время, я так пока до конца и не проникся её авторскими и сольными проектами.
Недавно наш специальный корреспондент в Европе Владлен Турсунбаев отправился в Будапешт дабы своими глазами и своими ушами увидеть и услышать Мэри Халворсон в ещё одном интереснейшем проекте, где она не является лидером - прошлогодний альбом Clone Row классного драмера Чеса Смита, где Мэри Халворсон играла вместе с ещё одним интересным гитаристом Либерти Эллманом, оставил очень хорошие впечатления.
Ниже репортаж Владлена Турсунбаева с концерта - пытаясь глубже проникнуть в характер исполнителей он сделал изумительные художественные зарисовки музыкантов - классно!
Предыстория простая: в нашем чате часто с иронией склоняется имя Мэри Халворсон, надо было разобраться, что с ней не так. Поэтому, увидев анонс будапештского концерта Чеса Смита со своим квартетом (куда входит и наша Маша), я, не раздумывая, купил билет и уже через месяц, закинувшись по традиции имперскими стаутами в соседнем с джаз-клубом пивном баре, сидел за столиком в первом ряду, приготовившись слушать «ряд клонов» (не знаю, как перевести Clone Row – какая-то игра слов, отсылающая то ли к двенадцатитоновой технике Шёнберга, то ли к какой-то sci-fi дистопии). Пока музыканты попивали вино под звонкий смех Халворсон (в роликах она обычно выглядит занудным «синим чулком»), я огляделся и готов доложить: несмотря на предстоящую заведомо авангардную музыку, зал был полон (публика в основном категории «45+»), очевидно, соотечественникам Бартока, Лигети и Семзё не чуждо новаторство и в джазе. Втайне я лелеял надежду попросить не подозревающую подвоха Мэри подписать альбом словами вроде «Моим фанатам на канале All That Jazz», но ее как ветром сдуло после последнего биса, к тому же это проект Смита, и на стойке были только его альбомы: два компакт-диска и винил «Clone Row».
Музыка непростая, но одно очевидно: это как раз тот случай, когда понимаешь настоящую ценность живых джазовых концертов. Мрачная энергия, которая циклично течет по жилам четверки, ставшими единым организмом, проникает и в твои жилы, и не оценить этот коллективный сомнамбулический транс невозможно. Жанр выходит за рамки джаза, не зря Чес Смит считается одним из проповедников такого гибридного подхода – свинговую и блюзовую основу приправляет прог-роком, панком, странной клубной электроникой и вуду-ритмами. Он как будто пытается нащупать неочевидную красоту и хрупкие гармонии в пространстве им же создаваемого и управляемого хаоса.
Кстати, именно желание больше слушать Халворсон и подтолкнуло его когда-то к созданию проекта Clone Row. Очень понравился контрабасист Ник Данстон, он тоже временами использует электронику и берет смычок, да и вообще, задает квартету ориентир для движения и основательность.
Разведенные по двум каналам Мэри Халворсон и Либерти Эллман – странный дуэт: Маша, как обычно, теребит струны неуклюжими тремоло в поисках необычных текстур и работает педалями, до неузнаваемости искажая акустику инструмента, тембр Либерти тоже далек от представления о привычной джазовой гитаре, а вместе они то пульсируют в едином потоке, то диссонируют, словно взбунтовавшиеся клоны из лаборатории профессора Смита. А Чес хорош – своей длинной челкой смахивает на долговязого барабанщика в пионерлагере, и что за ударной установкой, что за вибрафоном, сух и точен в движениях.
Почти полтора часа пролетели незаметно, музыканты трижды выходили на «бис». На мой вопрос «сколько стоит диск в евро» (в Будапеште незачем иметь наличные форинты), взмокший Чес пожал плечами: «наверное, пятнадцать», а у меня как нарочно в бумажнике оказались три пятерки. Я подсунул ему заранее приготовленный маркер, и он на весу ловко вписал пожелание всем подписчикам канала All That Jazz в композицию конверта Laugh Ash, сказав: «Спасибо, что пришел и разделил с нами этот ночной кошмар», подтверждая мои первые ассоциации от музыки.
Для отчета – видео и наброски Данстона, Смита и Халворсон.
Ну и возвращаясь к ней: я не особо разделяю профессионального скепсиса некоторых товарищей по чату, мне она своей какой-то неуклюжестью даже нравится, особенно в чужих проектах, видимо, потому что не могу оценить всех нюансов, как это может сделать знаток.
