Постаменты.
На их поверхностях, в разобранном состоянии, лежали доспехи воинов. Они казались традиционными для их племени, сделанными из костей и панцирей крупных животных, однако в глаза сразу бросались недостатки: не отшлифованные поверхности от лишних наростов костей; слабые крепления узловатых тесёмок; и через чур тонкие пластины панцирей. Подобную броню делали явно не опытные мастера батраки, а самоучки. Впрочем, как и всё остальное в этой пещере. Комплектов брони было лишь два и Сет только сейчас заметил, что всё оружия на стойках также было рассчитано на двоих. Два боевых топора, два копья, два лука, как и два колчана для стрел.
Сет резко оглянулся на Гадо, который снял со стойки один из топоров и принялся придирчиво его разглядывать. Годы не пожалели оружие, древко покрылось толстым слоем плесени, а лезвие изъела заскорузлая ржавчина.
— Так что же это за пещера такая, а Гадо?
— Я тренировался здесь. Давно. Наверное, тогда мне было столько же зим, сколько и тебе сейчас.
— Здесь?! — удивился мальчишка. — Но почему же именно здесь, а не в Храме Посвящения как все остальные юноши?
Гадо не ответил. Казалось, он попросту не услышал мальчишку и подобрав со стоки уже лук принялся оценивать его такое же печальное состояние. И тогда, призадумавшись, Сет решил задать другой, более интригующий вопрос:
— Что же, выходит ты тренировался здесь совсем один?
Гадо тяжело выдохнул и нехотя ответил:
— Нет… не один.
Затем Гадо начал аккуратно проверять старую тетиву на натяжение, но Сет всё не остывал:
— Ну а с кем же тогда?
И тут тетива лопнула с резким лязгом.
— Слишком много вопросов, мальчик, — почти также резко ответил Гадо. — Всё что было связано с этим местом раньше тебя не касается.
— Но я ведь только хотел…
— Никаких, но! — Сета всего передёрнула. Он ещё никогда не слышал, чтобы всегда хладнокровный Гадо переходил на озлобленные выкрики. Затем Гадо продолжил спокойней, но не менее строго: — Воды лучше принеси. Здесь всё нужно привести в порядок.
На что Сет с недовольным видом отыскал среди старого хлама чудом ещё целое ведро и направился к выходу из хранилища.
— И на будущие, — кинул ему вслед Гадо. — Если ты и дальше будешь меня допытывать или что-то вынюхивать, то сразу же отправишься домой и никакое обучения больше не будет. Я понятно объясняю?
— Да не больно-то хотелось… — буркнул в ответ мальчишка.
Вождь глянул на него прищурив единственный глаз.
— Ты про что именно? — уточнил он.
— Про всё.
Идя на звуки капающей воды, Сет забрёл в самый дальний проход из остальных ответвлений пещеры. И едва он вошёл внутрь, как с диким писком на него тут же вылетела целая стая летучих мышей. Как оказалось, Сет попал в грот с небольшим водоёмом. Что ж, купаться сейчас у него не было желания, а потому зачерпнув полное ведро воды, мальчишка уже хотел вернуться обратно. Как вдруг он заметил в рельефе здешних стен нечто странное. Поначалу он подумал, что ему просто показалось, но подойдя поближе и всмотревшись сквозь полумрак мальчишка увидел руны. Их было великое множество. Сверху донизу они переходили от одной стены к другой заполняя собой почти весь периметр грота, будто те, кто их писал хотели придать подобному унылому цвету пещеры больше красок. К сожалению, Сет не умел читать, а спросить самого Гадо что именно здесь было написано было мягко говоря… невозможно. Так что для мальчишки загадочный смысл этих рун так и остался неясен. Но кто знает? Быть может ему ещё удастся выяснить их истинное значение.
Когда Сет всё же вернулся обратно к Гадо, тот мигом всучил мальчишке кучу тряпок и заставил отмывать весь пол главного зала. А отмывать там было что… Летучие мыши что гнездились здесь вот уже духи знает сколько зим, успели порядочно так нагадить.
«И ради чего только стоило тащить в эту духами забытую дыру, — думал про себя мальчишка, вытирая пол от следов помёта. С закатанными рукавами до локтя и подогнанными штанинами до колена, он прям-таки корячился в поте лица не разгибая спины. — Тоже мне обучение! Что в племени, что здесь один хрен приходиться работать без продыху. Проклятая пещера! Проклятый Гадо! Проклятое, чтоб его, мышиное дерьмо!!!».
И хоть Сет пыжился как разъярённый демон, однако всё равно закончил отмывать один из крупных участков зала. Тут-то он и столкнулся с очередным откровением. Сам пол как выяснилось был отнюдь не каменным как рельефные стены или сводчатый потолок — на нём были выложены массивные плиты. Скрупулёзно отшлифованные, почти сплошь гладкие с сероватым оттенком и что удивительней всего эти плиты изображали на себе размашистые чёрные линии, которые причудливым образом закруглялись в плавные изгибы. Осознав, что за слоем грязи на самом деле скрыт некий орнамент, Сет недолго думая, с присущим ему любопытством, принялся вдвое быстрей наводить порядок. Грязная вода в ведре стала сменяться одна за другой, безостановочно выжимались тряпки, а руки бедного мальчишки продрогли до красна и сморщились как у старика. И всё же подобное едва ли могло его остановить и закончил он лишь когда выплеснул на пол последнее ведро воды, смывая тем самым с плит остатки мути.