Вы когда-нибудь видели, как человек продает воздух? Выходит на сцену, открывает рот — и оттуда вылетает не музыка, а помойка. При этом ему платят полтораста тысяч евро. Галкин* устроил такое в молдавских Фалештах, что местные бабушки до сих пор крестятся, когда вспоминают этот концерт.
Как человек с кипрской виллы оказался в молдавской глубинке
Двадцать второго мая в городке Фалешты, который в ста двадцати семи километрах от Кишинева, отмечали День города. Чтобы вы понимали масштаб: это не курорт, не туристический центр. Это дыра с разбитыми дорогами, с больницами, у которых стены сыплются, с ямами, в которых машины тонут по самые фары.
И вот туда приглашают Галкина*. Не местный ансамбль «Рябинушка», не баяниста дядю Ваню, а человека, который еще недавно собирал Кремль и получал гонорары, от которых у обычных людей голова идет кругом.
Местные жители, когда узнали о приезде артиста, задавали одни и те же вопросы. Откуда деньги? Кто заплатил? И главное — зачем? Один написал в соцсетях: «Мы живем в грязи и нищете, ямы на дорогах — это наш пейзаж, проблема цепляется за проблему. И мы должны плясать под Галкина*?» Другой добавил: «Больницы разваливаются, а нам привозят артистов стоимостью в сотни тысяч евро». Третий спросил прямо и без дипломатии: «С каких таких шишей этот цирк? И депутату Усатому нечем больше деньги девать?»
Но Галкина* такие мелочи не волнуют. Он приехал, отряхнул пыль с дорогих туфель, поправил пиджачок — наверняка от кутюр, хотя в Фалештах на кутюр всем плевать с высокой колокольни — и вышел на сцену.
И тут началось то, ради чего, наверное, стоило бы снимать кино. Комедию. Или трагедию. Тут как посмотреть.
Что творилось на сцене
Сначала он решил спеть. И это была ошибка номер один, которая перекрыла все остальные ошибки.
Человек, который всю жизнь шутил чужими текстами и выезжал на чужом имени, вдруг решил показать вокальные данные. А их нет. Вообще. Ноль. Пустота. Тишина, если не считать того, что он пытался из себя выдавить.
Он пускал петуха так часто, что со стороны казалось — у него на сцене своя птицефабрика открылась. Не попадал в ноты, глотал окончания, хрипел и сипел, как старый чайник, который забыли выключить на плите. В какой-то момент зрителям стало не смешно — страшно. Потому что взрослый дядька, который получает за это полтораста тысяч евро, не может связать двух нот. Где логика? Ее нет.
Потом он решил пошутить. Это была ошибка номер два. Шутки не залетели. Вообще. Ни одна. Зрители сидели с такими лицами, будто им вместо обеда дали кирпич и сказали «кушай, это полезно». Ни смеха, ни улыбки, только вежливое молчание и одно желание — чтобы это поскорее закончилось и можно было разойтись по домам.
Один из очевидцев потом написал в отзывах: «Особенно доставили лица зрителей, которые искренне не понимали, что это за артист такой. Какая-то художественная самодеятельность. У нас в соседнем селе на свадьбах лучше выступают. И платят им за это три копейки и бутерброд с колбасой».
И это, пожалуй, самый точный вердикт. Галкин* сейчас напоминает фокусника, у которого украли весь реквизит. Остались только руки, которые ничего не умеют. Он вышел на сцену голым, если не считать чужого пиджака, который на него когда-то натянула Пугачёва. А пиджак, как известно, фигуру не красит, если под ним ничего нет.
А теперь про Киркорова. Куда ж без него
Филипп Бедросович, пока Галкин* позорился в Фалештах, спокойно сидел где-то в Москве, пил свой сок и думал: «А я же говорил. Он хотел быть мной, но не потянул даже на полставки». И в этом есть своя правда, какой бы горькой она ни была.
Киркоров когда-то тоже начинал как мальчик при Пугачёвой. Тоже пользовался ее связями. Тоже пихал ее на все мероприятия, пока она не устала. Но Киркоров оказался умнее — или просто хитрее. Он вовремя понял, что одного чужого имени мало. Что надо что-то свое. Голос. Песни. Шоу. Да, всё это на грани китча, да, он выглядит как новогодняя елка, которую украшали десять пьяных дизайнеров одновременно. Но это его. Свое. Он на этом стоит. И пока стоит.
Галкин* — другое. Он всю жизнь брал чужое.
Сначала чужой стиль, потом чужую жену, потом чужие манеры, потом чужую пластику, даже чужой разрез глаз скопировал — приглядитесь. Получилось как получилось. Бюджетная копия Киркорова из подземного перехода. У которой еще и батарейка села на полпути.
Семь лет назад между ними пробежала черная кошка. Жирная, вонючая, с дырявым ошейником. Киркоров перестал здороваться за руку. Галкин* перестал звонить и поздравлять с праздниками. Развели их не горы и не океаны — они живут в разных странах, но расстояние тут ни при чем. Развела их обычная человеческая зависть. Обычная и понятная. Один остался, другой уехал. Один получает свои гонорары тут, другой собирает крохи там. И обоим этого мало.
Как всё это видят обычные люди, которые платят за свет и слушают Шамана
Соседка из соседнего подъезда, тетя Зина, крутит пальцем у виска и вздыхает: «Господи, сколько можно про этих клоунов? Галкин* поет — петухов пугает. Киркоров поет — блестки по сцене рассыпает как ветеринар блох. Обоим за семьдесят почти. А они всё никак не поделят бабу, которая от них обоих давно ушла и на Кипре сидит». Ее муж, дядя Коля, добавляет уже более зло: «Галкин* уехал, денег нет — вот и мотается по дырам. А Киркоров пока держится. Но ненадолго. Потому что публика устала. Мы хотим смотреть на молодых и нормальных, а не на этих восковых фигур с лицами-масками, которые боятся чихнуть, чтобы щеки не лопнули».
И ведь правда. Оба они сейчас — товар на распродаже в секонд-хенде. Когда-то дорогой, с фирменными лейблами, из последней коллекции. А теперь лежит в общей куче, на него никто не смотрит, продавец уже снизил цену два раза и готов снижать третий, лишь бы унести ноги. Киркорова еще берут по старой привычке — как бабушки, которые всю жизнь ели один сорт колбасы и не хотят пробовать новый. А Галкина* — только если больше никого не позвали. Как в Фалештах. Или не позвали, а просто согласились пустить за свои же деньги.
А что сам Галкин думает обо всем этом*
Интересный вопрос, правда? Скорее всего, он думает так: «Я великий артист. Эти люди в Фалештах ничего не понимают в искусстве. Это не я плохо пою — это у них уши не настроены на мою волну. Это не мои шутки глупые — это у них чувство юмора атрофировалось от жизни в нищете. Я не для них стараюсь. Я для себя. А они пусть дальше в своих ямах сидят».
Но глубоко внутри, в том месте, куда он сам себе боится заглядывать, сидит маленькая противная мысль: «А вдруг они правы? Вдруг я действительно уже никому не нужен? Вдруг мое имя, которое столько лет работало на меня, перестало работать? Что тогда? Тогда — конец. И никакие сто пятьдесят тысяч евро не спасут».
И эта мысль, наверное, самая страшная. Потому что когда человек, который всю жизнь ехал на чужом имени, вдруг остается один, без этого имени, он превращается в пустоту. В звук. В петуха, который кричит на пустой сцене.
Что в итоге
Галкин* будет ездить по маленьким городам и странам, пока хоть кто-то готов платить. А Киркоров будет сидеть в Москве и ждать, когда его оценят по-настоящему — не как пережиток прошлого, а как живого артиста. Оба упрутся, как бараны на мосту, и ни один не признает, что время прошло. Что поезд ушел где-то в начале двухтысячных, а они до сих пор бегут за ним с криком «постой, я тут!».
Люди устали. Не от них даже — от Галкина* и Киркорова по отдельности. Устали от этой бесконечной возни двух петухов, которые никак не поделят курятник, от которого давно все отвернулись. Устали от новостей про то, кто кому изменил, кто кому что должен, кто кого переплюнул по пластике. Устали от их лиц, которые видны отовсюду, но смотреть на них уже нет сил.
Вопрос:
Если завтра Галкин* приедет в ваш город и будет петь и шутить за свои полтораста тысяч евро, вы пойдете? Вы отдадите свои кровные, чтобы посмотреть на человека, который на сцене пускает петуха и не может рассмешить даже пьяного соседа?
Или лучше сходите в местный ДК, где свой Кузьмич на баяне играет, поет «Катюшу», берет триста рублей с носа и после концерта пьет с мужиками чай в фойе?
Мне кажется, ответ очевиден. Особенно после того, что случилось в Фалештах.
Больше подробностей (и много видео) ищите в моем Telegram-канале Обсудим звезд с Малиновской. А ещё я кое-что для вас залила в MAX. Заглядывайте!
Если не читали:
* — иноагент в РФ.