Катафроны-уничтожители (Kataphron Destroyers) — вид катафронов Адептус Механикус.
Киборгизированные ужасы, известные как «катафроны-уничтожители», существуют исключительно ради убийства. Нет, пожалуй, более благочестивого призвания во всей Галактике, нежели стать живым орудием, к тому же свободным от груза этики и даже мыслей. По большому счёту, все сервиторы – просто инструмент в руках других, и катафроны – не исключение. Когда этими боевыми сервиторами командует адепт Машинного бога, они становятся олицетворением разрушения. Тогда как у стандартного катафрона-прорывника есть хотя бы одна, похожая на клешню, рука, обе верхние конечности уничтожителя заменены высокомощным оружием. С одного бока ему ставят пушку продвинутой конструкции, варьируемую от тяжёлого фосфорного бластера – орудия, которое стреляет раскалёнными добела шарами фосфора, прилипающими к цели, при этом продолжая гореть, – до плазменной кулеврины – пушки настолько разрушительной, что пока цель обращается в расплавленную лужу, кожа самого сервитора успевает обгореть. Но, пожалуй, наиболее внушающим страх орудием уничтожителя служит тяжёлая гравипушка – орудие, которое за секунду способно смять в тонккий слой отходов даже эльдарский шагоход из призрачной кости. Возможности катафронов нести смерть на этом не заканчиваются, ибо с другой стороны торса уничтожители несут вспомогательную систему вооружения, которая может отбрасывать ближних врагов струями ревущего пламени или градом фосфорных снарядов. Тому, кто каким-то образом уцелел в этом испепеляющем потоке огня, лучше поскорее сбежать, ведь он окажется перемолот и смешан с грязью гусеницами этих орудий Машинного Бога.
«Стена базилики поддалась и рухнула, точно оползень. Оттуда выбрался гигантский зверь, понизу через крошево древних кирпичей хлынули плотные стаи тиранидов помельче. Когнис-оружие клады уничтожителей Во-9-Ромбуса отреагировало быстрее самих сервиторов: тут же повернулось и изрыгнуло густые сполохи прометия в несущиеся вперёд живые орудия. Как один, клада Во-9-Ромбуса повернулась и медленно подала назад; вялые, безучастные лица трёх сервиторов остались такими же, словно клада ещё находилась в пути к зоне боевых действий. Веретенообразные серворуки когнис-огнемётов проворно отсоединили опустевшие баки и заменили на новые, не теряя ни микросекунды. Тираниды бросились вперёд, молотя воздух лапами-клинками, их тут же накрыл новый шквал огня. Гигантский организм-разрушитель ринулся сквозь пламя со скрежещущим рёвом; похожие на крабьи, клешни смяли левого сервитора, выбросив сноп искр и струи вонючей крови. Из нефа позади клады раздалось монотонное пение, прекрасная акустика базилики разнесла бинарный боевой кант. Два оставшихся катафрона содрогнулись, словно в экстазе, затем навели гравитонные пушки на чудище, словно плуг, прущее через скамьи в сторону их хозяина. Тиранидская тварь заверещала: её панцирь треснул сразу в сотне мест, – а затем лопнула, словно насекомое, раздавленное железной пятой Омниссии.»