«Хорошо быть любимой женщиной такого мужчины, как Глеб. С ним ничего не страшно, - посмотрела нежным взглядом на своего спутника. – Как закончу университет поженимся. Он так говорит, правда добавляет: если ничего не случится. С ним может случиться, он командир полицейского спецназа. Мама у него хорошая, всегда на моей стороне. Уже мой дом. Так не хочется расставаться».
- Всё, Ирина, пришли! Тебе завтра в университет, как договаривались, после обеда за тобой заедем, - долгий поцелуй.
Она ушла, а он остался стоять, глядя на её окно на третьем этаже. Вот окно открылась. Помахали друг другу рукой, и только после этого он пошёл домой.
Жил Глеб недалеко, пять минут ходьбы от её дома.
***
Дома ждала мама, и ужин на столе. Лидия Алексеевна села рядом с ним. Долго смотрела, как сын есть, затем произнесла:
- Завтра двадцать пять лет, как твой папа погиб.
- Помню, после обеда на кладбище поедем и Иринку с собой возьмём.
Из глаз Лидии Алексеевны потекли слёзы.
- Всё, мама, не плачь.
- Давай, я тебе гуляша добавлю, - она вытерла слёзы.
***
Глеб лег спать, но сегодня не спалось. Отца он не помнил, тогда ему только два года, осталась в памяти только картинка, что он сидит у него на руках, а папа улыбается.
Когда ему исполнилось семнадцать, дедушка рассказал ему, как погиб отец. Это было в конце девяностых. Отец работал следователем в прокуратуре. Завёл дело на одного авторитета, Игнатова Вадима Дмитриевича, которому грозил очень большое срок. Следователя просили, чтобы он спустил дело «на тормозах», предлагали деньги, угрожали. Отец не согласился, и тогда его убили.
Игнатов остался на свободе, хоть и улики против него были, но они исчезли, вместе с исполнителем. Дело сдали в архив.
Вот тогда Глеб и решил отомстить за отца. После одиннадцатого класса поступил в колледж полиции, тогда он уже был кандидатом в мастера по боксу, стал заниматься боевым самбо.
Окончил колледж, пошёл в армию, год был снайпером. Хорошо стрелял из любого вида оружия.
Вернулся из армии, попал в полицейский спецназ. Через год присвоили звание младшего лейтенанта, вскоре стал командиром взвода спецназа. Вскоре стал лейтенантом. Два года назад присвоили звание старшего лейтенанта.
За это время он навел справки о Игнатове. Это не составляло труда, у него было много друзей среди следователей и оперативников. Игнатов теперь был крупным бизнесменом в областном центре и, как сказали друзья, зацепить его не получится.
Их город был всего в двадцати километрах, от областного центра, и у Глеба даже мелькнула мысль, просто поехать и расправиться с ним и, будь, что будет. Вот только мама останется одна и сойдёт с ума от горя. Потом появилась Иринка.
Но Глеб был уверен, что ему представится случай встретиться с Игнатовым. Его даже не волновало, что рядом с тем, в обязательном порядке, окажутся вооружённые телохранители, он был готов ко всему.
И через неделю…
***
Денис Колосов был оперативником, имел звание капитана и был другом Глеба. Часто помогали друг другу в работе, иногда за эту помощь им попадало.
Он позвонил утром:
- Глеб, привет!
- Привет!
- Я тебя около твоего дома жду. Пройдёмся по свежему воздуху, поговорим.
Через минуту Глеб был уже возле подъезда. Пожали друг другу руки:
- Денис, что случилось?
- Мартын что-то затеял. Хочу сегодня вечером его взять.
- Что толку его брать? Всё равно отпустят.
- Не сомневаюсь, - друг махнул рукой. – Слушай и не перебивай. - Он сегодня, ближе к полуночи будет в кафе «Атмосфера» слушать лёгкую музыку.
- Да, там только лёгкую музыку и слушают, - Глеб невольно рассмеялся.
- Мы с владельцем этого кафе «дружим». Я его иногда прикрываю, он мне нужную информацию сливает. Так вот он сообщил, что Мартын у него лично заказал отдельный кабинет, сказав, что тот кабинет, который он заказывал в прошлый раз. А в этот прошлый раз он там встречался с Игнатовым Вадимом Дмитриевичем.
- Что-о-о? – Глеб даже остановился. – Ты хочешь сказать, что Игнатов приедет к нам.
- Ты только успокойся! Надо всё продумать. Я сейчас доложу нашему полковнику, что для задержания нужны спецназовцы. Он, как всегда, особо разбираться не будет, согласует с кем надо, и позвонит тебе.
- Денис, теперь слушай меня! Сделаем так, как они начнут расходиться мои парни задержат Мартына и его подручных. С Игнатом я сам разберусь. Ты о моих намереньях ничего не знаешь. Одному мне легче будет выкрутиться. Вместе нам, точно не выкрутиться. Сразу поймут, в чём дело.
- Глеб, только ты особо не рискуй.
- Я этой встречи уже лет десять жду.
- Понял. Будь осторожней!
***
Глеб зашёл в кабинет своего начальника.
- Разрешите, товарищ подполковник!
- Заходи! Капитан Колосов просил группу для задержания преступников. Дашь трёх человек. Он говорит хватит. Задержание будет производится поздно вечером или ночью. Обговори с ним все детали. Можешь и сам поучаствовать. Ты ведь не женат, дома никто не ждёт.
- Слушаюсь, товарищ подполковник!
***
Ирина была удивлена, когда увидела своего любимого у крыльца университета и, конечно, обрадована. Как это приятно на глазах всей группы броситься на шею парню, который тебя любит. Затем схватиться за его руку с огромными мускулами.
Лишь, когда отошли от здания, спросила:
- Глеб, а что случилось?
- Сегодня ночь работа намечается. Решил зайти за тобой!
- А это не опасно?
- Ирина, первый раз что ли?
До самого дома Глеб был, на удивление, весёлым и заботливым, а Ирины почему-то всё тревожнее и тревожнее становилось на сердце, словно чувствовала беду.
Перед домом прижалась к нему:
- Глеб, с тобой ничего не случится?
- Ирина, что может со мной случится, - и крепко поцеловал.
Но и поцелуй был похож на прощальный.
***
- Что так рано? – встретила его в прихожей Лидия Алексеевна.
- Ночь сегодня работа предстоит.
- Как не люблю, когда ты ночью уходишь. Всегда душа не на месте.
- Мама, первый раз что ли? – сын радостно улыбнулся, но матери стало ещё тревожней.
- Садись есть!
Глеб ел, а в голову приходили какие-то странные мысли:
«Ведь сейчас бы и папа мог сидеть рядом. Мы с ним разговаривали бы, о чём-то мужском, но мы с папой никогда не разговаривали. Я разговаривал, глядя на его портрет, говорил о своих неудачах и победах, но он никогда не отвечал».
Перед тем как выйти, он взглянул на портрет отца:
- Папа, всё будет в порядке!
***
У Вадима Дмитриевича Игнатова бизнес был по всей области. В основном легальный, но был и не совсем легальный, особенно, в его родном городе, где он поднялся в девяностые годы. В нулевые он перебрался в областной центр, но связь со своими друзьями из родного города не терял.
И в этот вечер он прибыл сюда для встречи с Мартыном, решить, кое-какие дела, которые сулили неплохие деньги. Посидели в уютном кафе, порешали. Остались довольными беседой и направились к своим машинам.
Телохранитель рядом, водитель открыл дверку и вдруг…
- Стоять! – раздался окрик.
У телохранителя и водителя в руках мелькнули пистолеты, но раздались два выстрела, и те стали падать.
Вадим Дмитриевич резко повернулся. К нему приближался парень с пистолетом в руке.
- Ты, что творишь? – закричал на него грозный бизнесмен.
- Игнатов, ты следователя Сергея Громова помнишь? Я его сын.
И тут же раздался ещё один выстрел.
***
Через полчаса возле кафе были представители всех силовых структур города.
- Старший лейтенант Громов, что здесь произошло? – спросил заместитель начальник следственного отдела.
- Мои сотрудники проводили задержания. Эти направились к машине. Я попросил у них предъявить документы. Они выхватили оружие, пришлось стрелять на поражение.
- Товарищ подполковник, - произнёс один из сыщиков, достав у господина, лежащего на земле, документы. - Это Игнатов – крупный бизнесмен из областного центра.
- Его только не хватало, - и повернувшись к спецназовцу, зло произнёс. – Громов, ты хоть представляешь, что натворил?
***
Начальник городского следственного отдела Станислав Ильич Фирсов прибыл сегодня на работу очень рано, в три часа утра. Спецназовец Глеб Громов при задержании застрелил бизнесмена Игнатова и двух его телохранителей, превысив свои должностные полномочия. Вот только Станислав Ильич был другом Сергея Громова, отца этого спецназовца, погибшего в девяностые годы. И всё выглядело гораздо хуже, чем ему доложили.
Игнатова не жалко, туда ему и дорога, но как выручить сына своего погибшего друга? Который уже сидел у него в кабинете.
- Глеб, представляешь, что ты натворил?
- Товарищ полковник, они…
- Только не рассказывай мне сказки. Ведь ты прекрасно знал, что это Игнатов.
- Да.
- Тебе грозит десять лет, если не признают умысел, и пятнадцать, если признают.
- Отсижу.
- Слушай меня! – зло произнёс начальник. – Игнатов и его телохранители симпатий у меня не вызывали ещё с девяностых, а твой отец был моим другом. Поэтому говоришь то, что и говорил: увидел оружие и так далее. Пока посидишь в следственном изоляторе. Понял.
- Понял.
Едва Громова увели, раздался звонок от начальника областного управления.
- Полковник, что у тебя творится. Кто стрелял в Игнатова и его телохранителей.
- Старший лейтенант Громов? Они выхватили оружие…
- Громова под суд, и на полную катушку.
- Товарищ генерал, у Громова отец работал следователем, погиб от рук преступников.
- Полковник, я всё сказал.
И связь прервалась.
***
Всё утро Станислав Ильич отвечал на многочисленные звонки, отдавал приказы, а сам думал о судьбе этого парня, сына, погибшего четверть века назад, друга:
«Игнатов, думаю, и в областном центре ни у кого восхищения не вызывает. Его телохранители – откровенные уголовники. Но дело, в любом случае придётся заводить. Мой областной шеф, будет требовать скорейшего наказания. Он мужик неплохой, но в областном центре начальников больше, чем у нас. Да и из комитета будут звонки и приказы. Да, натворил Глеб дел. Похоже, он к этому давно готовился».
Очередной звонок был от генерала:
- Слушай, Станислав Ильич! Пусть твой Громов заключает контракт на полгода и идёт на войну. Там командиры штурмовых подразделений на вес золота. Через полгода, - даже по телефону был тяжёлый вздох, - если вернётся, закроешь дело. И отправляй его, как можно быстрее».
- Но командиры штурмовых групп…
- Да понимаю я всё. А ты спроси у Громова. Исполняй!
Полковник Фирсов понимал, если Глеб вернётся оттуда, да ещё с наградами, то всё будет хорошо. По семьдесят восьмой статье награждение является безусловным основанием для освобождения от уголовной ответственности. Вот только вернуться оттуда, у таких, как он, шансов мало.
Поднял трубку телефона:
- Приведите Громова!
Глеб зашёл. По лицу начальника следственного отдела понял, что сейчас решится его судьба.
- Слушай, Глеб! У тебя есть выбор. Либо ты получаешь десять лет, либо заключаешь контракт на полгода и идёшь на войну командиром штурмового подразделения. Решай сам!
Он думал не более минуты и твёрдо произнёс:
- Контракт.