Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Культурный чердак

Китай без загранника

О совместном проекте России и Китая на сцене Старого дома. Премьера спектакля «Один день что три осени» состоялась в феврале этого года. Он стал совместным проектом России и Китая, реализованным при поддержке Министерства культуры Новосибирской области. В центре сюжета китаец Минлян (Тимофей Мамлин). Зритель знакомится с историей его жизни от развития романа его родителей до глубокой зрелости самого мужчина. Жизнь Минляна – это череда нелепых недоразумений, горьких разочарований, бытовых драм и моментов счастья. По прошествии времени горести меркнут, а счастливые моменты на их фоне становятся ещё ценнее и приятнее. Сцена представляет собой длинный подиум с прозрачным задником, за которым в некоторых сценах также происходит действие. По обеим сторонам от "подиума" размещены LED-экраны, на которых идёт либо прямая трансляция происходящего, либо перевод китайских реплик (да, такое тут тоже есть), либо иные визуальные элементы, способствующие погружению в действие. Интересно, кстати, что д

О совместном проекте России и Китая на сцене Старого дома.

Премьера спектакля «Один день что три осени» состоялась в феврале этого года. Он стал совместным проектом России и Китая, реализованным при поддержке Министерства культуры Новосибирской области.

В центре сюжета китаец Минлян (Тимофей Мамлин). Зритель знакомится с историей его жизни от развития романа его родителей до глубокой зрелости самого мужчина. Жизнь Минляна – это череда нелепых недоразумений, горьких разочарований, бытовых драм и моментов счастья. По прошествии времени горести меркнут, а счастливые моменты на их фоне становятся ещё ценнее и приятнее.

Сцена представляет собой длинный подиум с прозрачным задником, за которым в некоторых сценах также происходит действие. По обеим сторонам от "подиума" размещены LED-экраны, на которых идёт либо прямая трансляция происходящего, либо перевод китайских реплик (да, такое тут тоже есть), либо иные визуальные элементы, способствующие погружению в действие. Интересно, кстати, что даже в моментах использования прямых трансляций происходящего кадр претерпевает цветорекцию, используются различные видеоэффекты, соответствующие настроению и состоянию героев.

Помимо этого действие происходит напротив главной сцены, за зрительскими рядами, а в финале спектакля герой спускается под сцену – там был изображён загробный мир. В общем, во время спектакля граница между сценой и зрительским залом стирается – актёры могут оказаться где угодно.

В спектакле появляется много образов, заимствованных из китайской мифологии, буддизма и синтоизма. Например, переосмысляется народное сказание «Легенда о Белой Змейке». Именно её в начале спектакля играют на сцене родители Минляна (театр в театре). В сознании мальчика, а позже мужчины, образ Белой Змейки неразрывно связан с матерью. Для него они одно целое.

Из фольклора также заимствован образ богини Хуа Эрнян, которая приходила к яньцзинцам во сне за шутками. Появляется она в спектакле ближе к финалу. Пожилой Минлян переживает встречу с ней благодаря тёмному прошлому своей жены. Здесь заложена следующая мысль – даже неприятный опыт может оказаться полезным; он делает героя сильнее.

Появляется также близкая Востоку идея перерождения душ – неприятель Минляна, Сунь Эрхо, чистит свою карму в образе пса. В новой жизни он предан и ласков по отношению к герою, сторожит его дом и становиться членом его семьи (если так можно, конечно, сказать о собаке). Последний диалог Сунь Эрхо и Минляна даёт надежду на светлое будущее первого уже в новой жизни – он переродится хорошим человеком.

Имеет место быть мотив дороги. В детстве Минлян несколько лет шёл на похороны любимой бабушки. Образ дороги здесь метафоричен – это путь между жизнью и смертью, детством и отрочеством, прошлым и настоящим. Это побег от отца и разрыв привычного уклада, сепарация и начало самостоятельной жизни.

В некоторых моментах герои намеренно переигрывают, выглядят карикатурно и нелепо. Например, это хорошо видно, когда отец Минляна (Наталья Романова) плачится своему другу (Арсений Чудецкий), рассказывая о смерти жены. Горевание мужчины показано неестественно для того, чтобы обличить фальш в его словах.

Вообще стоит отметить огромную работу актёрского состава – шесть человек отыграли 21 роль. При этом и актёрская игра и сценические движения чётко выверены, присутствуют элементы Пекинской оперы и традиционной китайской пантомимы.

«Один день, что три осени» для российского зрителя проект, мягко говоря, необычный. Смотрится спектакль интересно, но вот некоторые моменты из китайского фольклора и буддизма считываются тяжело. Приходится много думать, анализировать и изучать уже после посещения театра. Главное – найти потом в себе силы во всём разобраться!