Когда Оттепель закончилась, братья Стругацкие признались себе, что "никакое серьезное произведение опубликовано в ближайшие годы быть не может", и заставили себя быть циничными. В их понимании, это означало "учиться писать хорошо, но ради денег". "Мы сами мучились мыслью, - признается потом Борис Стругацкий , - что мы как бы занимаемся коллаборационизмом и против собственной воли поддерживаем - молчанием своим, внеполитичностью, добровольной своей самоустраненностью - этот поганый режим. Но мы уже не могли не писать. Нам казалось (как нашему герою Виктору Баневу из "Гадких лебедей"), что если мы перестанем писать вообще, то это будет ИХ победа..."
Они и не перестали: последовали "Пикник на обочине", "За миллиард лет до конца света", "Град обреченный", "Жук в муравейнике", "Хромая судьба", "Волны гасят ветер"... Потом, когда началась перестройка, - "Отягощенные злом" и "Жиды города Питера". А потом наступил октябрь 1991-го, когда не стало Аркадия. И писатель "братья Стругацкие " перестал существовать...
Один за двоих
"Я всю жизнь пилил бревно двуручной пилой, - много раз будет повторять потом Борис Натанович. - И мне уже поздно да и незачем переучиваться".
Что ж, несколько лет ушло на приведение в порядок архива, восстановление неимоверного количества сделанных когда-то по цензурным требованиям "лакун", подготовку первого ("белого") собрания сочинений. Каждый второй понедельник месяца - неизменный "семинар Бориса Стругацкого ", через который прошли едва ли не все питерские фантасты нынешней волны. А еще - членство в жюри нескольких литературных премий.
А еще - в начале 90-х гг. Борис Натанович станет все чаще и чаще выступать в роли комментатора политических событий. Убежденный либерал, при любых коллизиях он неизменно будет вставать на эту сторону баррикады. Его не разубедить в том, что Егор Гайдар всё делал правильно, а Борис Ельцин был сторонником демократии и защитником свободы слова...
И все же правы оказались те, кто верил: их любимый писатель, даже оставшись один за двоих, медленно и трудно, но начал писать. Правда, под псевдонимом "С. Витицкий" - но все знали, чей это псевдоним.
Кто-то из их поклонников, привыкший к совместному творчеству братьев, недовольно морщится, считая, что это уже "совсем не то". Другие, напротив, с нетерпением ждут, не напишет ли мэтр что-нибудь еще. Больше всего ждут когда-то обещанного, но так и не написанного романа про приключения Максима Каммерера в Островной империи.
Сам Борис Натанович категорически отказывается этот роман писать. Периодически возникают слухи, что кто-то взялся за это дело , опираясь на сделанные братьями заготовки, но результата так никто пока и не видел.
<.....>
В 2003 г. Бориса Стругацкого выдвинули в почетные граждане Петербурга. Но депутаты не удостоили его столь высокого звания. Видимо, недостаточно сделал для повышения роли Петербурга: меньше, чем Игорь Спасский, Владимир Александров или Владимир Путин.
Когда президент проводил свою Интернет-конференцию, у Стругацкого поинтересовались, о чем он хотел бы спросить Путина. "Ни о чем, - сухо ответил Борис Натанович. - У нас с ним нет общих тем для разговора".
© Борис Вишневский, газета "Дело", 14 августа 2006 года
