Вы когда-нибудь задумывались, почему в любой компании друзей находится один «ботаник», который всё делает идеально? У него тетрадки в линеечку, пенал на молнии и домашнее задание за прошлый месяц. В Варшавском договоре такой «ботаник» тоже был. И это — армия ГДР.
Когда говорят о военной мощи социалистического блока, первым делом вспоминают, конечно, Советскую армию. Она была гигантом, основой и центром управления. Но если спросить у военных историков: «Кто был самым профессиональным среди союзников?» — ответ будет один: немцы. Точнее, восточные немцы.
Почему так вышло? Всё дело в географии. ГДР находилась на переднем крае Холодной войны. С одной стороны — свой брат из ФРГ, а с другой — американские, британские и французские танки. Если бы большая война началась, именно через Германию пошёл бы основной удар. Поэтому восточногерманскую армию готовили не как второстепенную силу, а как полноценный боевой инструмент. Она должна была действовать на острие атаки, в связке с советскими войсками.
И тут в игру вступает национальный характер. Немцы — народ, который любит порядок. Даже после разрушительной Второй мировой войны, даже под социалистическими лозунгами, старая военная культура никуда не делась. Любовь к инструкциям, аккуратность, уважение к дисциплине, сильная штабная работа — всё это перешло в Национальную народную армию. Нет, она не была прямым продолжением вермахта, но немецкая традиция организации чувствовалась в каждой мелочи.
Советское командование ценило армию ГДР за три вещи: дисциплину, техническую культуру и политическую надёжность. Дисциплина там была железная. Солдат и офицеров готовили к тому, что война может начаться в любую минуту. Это не была армия «для галочки», где техника стоит в ангарах и ржавеет. В ГДР умели обслуживать вооружение. Танки, бронетранспортёры, артиллерия — всё находилось в рабочем состоянии, готовое к быстрому развёртыванию.
Офицерский корпус был качественным. Командиры проходили серьёзную подготовку, многие учились в советских академиях. При этом ГДР имела и собственную развитую систему военного образования. Особое внимание уделялось связи, взаимодействию родов войск, инженерной подготовке — всему тому, что в реальном бою решает исход.
Политическая надёжность была отдельной историей. В Варшавском договоре были страны, которые доставляли Москве головную боль. Румыния при Чаушеску вела самостоятельную линию и не всегда слушалась. Польша после событий 1980-х годов считалась нестабильной. Венгрия и Чехословакия после 1956 и 1968 годов тоже имели сложные отношения с СССР. А Восточная Германия была образцом лояльности. Её руководство жёстко держалось за Москву, и армия строилась как идеологически верная сила. Для советских военных это имело огромное значение: в случае кризиса они хотели быть уверены, что союзник не развалится и не начнёт саботировать приказы.
Конечно, у армии ГДР были и слабые места. Она не была самостоятельной великой силой. Её стратегическое планирование, вооружение и общая система командования зависели от СССР. В большой войне она действовала бы не сама по себе, а как часть советского фронта. Кроме того, её лояльность держалась на существовании режима СЕПГ и советском присутствии. Когда в 1989 году политическая система рухнула, стало ясно: армия не станет спасать режим любой ценой. Она была профессиональной, но не независимой политической силой.
После объединения Германии Национальную народную армию распустили. Лишь небольшая часть её состава перешла в Бундесвер. Это стало финальным аккордом: при всех своих военных качествах, она была слишком тесно связана с исчезнувшим государством.
Армия ГДР — это как отличник в классе, которого все уважают, но после выпускного он исчезает из поля зрения. Да, она была самой профессиональной, дисциплинированной и технически подготовленной среди союзников Советского Союза. Да, советское командование ценило её выше поляков, чехов или румын. Но в итоге вся эта выучка и идеологическая вышколенность не спасли её от исчезновения. Как только исчезло государство, которое её породило, она растворилась в воздухе, будто её и не было. Что ж, возможно, это лучшая метафора для всей Холодной войны: можно быть самым лучшим солдатом, но если твоему генералу больше не нужна армия — ты просто идёшь домой. В цивильном костюме и без медалей.
Еще много интересных статей на канале в МАХ Загадки истории