О Петровском монастыре — месте тишины и зеленых оазисах в центре, о формуле счастья Льва Ландау, а также о новом юбилейном сезоне.
Я родился…
На Байкале, в городе Иркутске, в творческой семье: папа — режиссер, мама — хормейстер, поэтому жизнь была непредсказуемая с самого детства, и уже примерно через пять месяцев после моего рождения папу перевели в театр Пскова. К огромному сожалению, с тех пор я на Байкале не был. Потом мы переехали в Свердловск (сейчас — Екатеринбург), где я пошел в специальную музыкальную школу и уже в 1993 году поступил в Московскую консерваторию. С тех пор я здесь. Окончил консерваторию по специальностям «виолончелист» и «дирижер», а также аспирантуру — «струнный квартет». С 2008 года имею счастье там преподавать. Поэтому я, как говорят, «человек крови Московской консерватории». Работаю в родном театре — МАМТ им. Станиславского и Немировича-Данченко.
Сейчас живу…
В Москве. Вся основная жизнь здесь.
В 2000 году, выйдя на пенсию, в Москву переехали и мои родители. И мы наконец объединились всей семьей. Закончилась эпоха съемных квартир, мы поселились в чудесном районе рядом с театром Российской армии. Очень тихое место, но оно наполнено сотнями легенд, историй, преданий, в том числе и музыкальных. Например, недалеко от моего дома есть место, где жил тот самый царский лекарь Бомелий из оперы «Царская невеста». В 300 метрах дом, где родился Достоевский. Исторические места.
Люблю гулять…
Когда я был студентом консерватории, то зарабатывал тем, что водил экскурсии по Москве. И делал это, кстати, достаточно успешно — хорошо знаю историческую часть города.
Я очень люблю Москву, гуляю в самых разных местах: это и Екатерининский парк рядом с театром Российской армии, и Новодевичий монастырь вместе с Девичьим полем и со всей этой совершенно чудесной медицинской историей вокруг. Рядом с нашим театром Станиславского мой любимый Петровский монастырь. Совершенно невероятное место. Когда его только вернули церкви в конце 1990-х, я дружил с настоятелем, и мы проводили время и в беседах, и в чаепитиях. Это было такое место тишины в центре Москвы. До сих пор прихожу туда чуть-чуть выдохнуть между репетициями, спектаклями, концертами. Просто прийти в себя.
Любимый район в Москве…
Там, где живу и где работаю. Это мой личный пятачок между домом, консерваторией, залом Чайковского и театром Станиславского. Там, где ты находишься каждый день. Это и есть жизнь. Знаю, наверное, каждый переулок, каждый проходной двор.
Нелюбимый район в Москве…
Меня очень сложно заставить делать что-то, что я не хочу и что мне не нравится. Поэтом и живу, и гуляю, и работаю я только в тех местах, которые мне очень нравятся. Больше люблю север.
В ресторанах…
Конечно, бываю. Тем более что сам готовлю и люблю это дело. Дружу со многими рестораторами, но не требуйте от меня названий конкретных мест. Не хочу, чтобы мои друзья перессорились из-за того, что кого-то не упомянул.
Все время собираюсь, но никак не могу доехать…
Наверное, таких мест уже не осталось. То, что хотел, я посмотрел. Хотя так ни разу и не попал в планетарий, куда очень хотел сходить еще со студенчества. Но пусть какие-то мечты будут как «подвешенный кофе», иначе не к чему будет стремиться.
Москвичи отличаются от жителей других городов…
У каждого города и горожанина есть своя индивидуальность. Невозможно перепутать миланца и римлянина точно так же, как невозможно перепутать москвича и петербуржца. И не потому что кто-то лучше, а кто-то хуже, а потому что у всех городов своя аура, разный темп жизни. Москвичи более оперативны, они более активно живут. Когда ты утро проводишь в музее, днем у тебя пресс-конференция, а вечером театр, количество событий в твоей жизни требует определенного уровня адреналина и определенного стиля жизни. Может быть, этим москвичи и отличаются.
В Москве лучше, чем в Нью-Йорке, Берлине, Париже, Лондоне…
За свою жизнь благодаря профессии я очень много путешествовал, был в очень многих странах и городах. Где-то жил, где-то мне просто нравится проводить время. Москва — это любимый город, в котором я живу, мне здесь хорошо, комфортно, здесь моя работа, близкие мне люди, здесь могила моих родителей. Это тот город, с которым я связал свою жизнь, о чем ни разу не пожалел.
Москва изменилась…
Москва ощутимо меняется от года к году. Мне нравится, что город стал чище, зеленее, здесь стало лучше дышать. Появилось много островков зелени, деревьев. Речь не про парки, а про маленькие скверики в центре каменного мегаполиса. Москва зеленеет на глазах, и это здорово.
В центре города, на Тверской и близлежащих улицах, все висящие годами провода между домами срезали и убрали под землю, несмотря на всю техническую сложность. Это вызывает у меня отдельный восторг. И теперь когда ты поднимаешь голову и видишь не переплетение старых проводов, а чистое небо, лично для меня это был невероятный подарок.
Хочу изменить в Москве…
Москва настолько самодостаточна, что она сама меняется, как ей хочется. А мне просто нравится здесь жить и наблюдать все эти преобразования.
В Москве не хватает…
Как сказал один мой друг, «если бы вышние силы были благосклонны к Москве, они, несомненно, сделали бы здесь свое море». Но пока его нет, приходится довольствоваться тем, что есть.
Если не Москва, то…
Я страшно люблю путешествовать. Есть в мире места, где я готов быть сколько угодно и где я ощущаю себя счастливым. Это Италия, Корфу, Корсика. У меня там очень много друзей, там и общение, и работа. Очень люблю путешествовать по нашей стране — она прекрасна и невероятна. Совершенно фантастические открытия иногда совершаешь, когда просто едешь по дороге и встречаешь заброшенные монастыри и усадьбы. Иногда даже не понимаешь, как 200–300, иногда 500 лет назад люди могли создавать такую красоту. Фотоаппарат переполнен впечатлениями, но самое главное, что все они в голове, в глазах, отпечатываются на сетчатке глаза.
Но при этом возвращаться всегда надо домой. А дом — это место, где тебе хорошо, где твои близкие люди, где ты свой, где ты не переводишь для себя свои мысли на другой язык.
Был такой великий физик, математик и гуманист Лев Ландау. Он вывел совершенно гениальную формулу счастья: «счастье равно работа, плюс любовь, плюс общение». Идеальная формула, как и все формулы, которые он вывел в своей жизни.
Кроме работы и дома меня можно встретить…
Застать меня можно где угодно. Это любые прогулочные места, концерты и спектакли друзей, театр Пушкина, Вахтангова. У меня нет хобби в общечеловеческом понимании, но я очень люблю жить. А жизнь — это и общение с друзьями, и вкусная еда, и восхищение архитектурой, и путешествия, это монастыри и усадьбы, библиотеки и те какие-то случайные улочки и переулки или старые дома, которые совершенно невероятно находишь в Москве до сих пор. Поэтому встретить меня можно везде.
Сезон фактически завершен. Он был очень насыщенный…
В Санкт-Петербургской филармонии под моим управлением прошла российская премьера «Арканы» Эдгара Вареза, первое исполнение которой состоялось в мире сто лет назад, и только сейчас это произведение, в свое время сильно повлиявшее на мировую музыку, было исполнено в России.
В МАМТе прошла премьера и телевизионная запись оперы «Анна Болейн», которую мы поставили в сотворчестве с Сергеем Новиковым, Иваном Складчиковым, с Хиблой Герзмава в главной партии — работа получилась знаковой и очень важной для нас.
Мой спектакль с Евгением Писаревым «Не только любовь» получил всевозможные награды, включая «Золотые маски» и премию «Онегин». Было много разных спектаклей, концертов и проектов в Санкт-Петербурге, в Москве и других городах. Жду следующий сезон. У меня будет около шести премьер в разных театрах — и в своем родном музыкальном театре, и по стране. Сезон для меня юбилейный — хочу, чтобы он был радостным и насыщенным. Мне кажется, должно получиться интересно.
Фото: Олег Меньков/ Башкирский театр оперы и балета
Текст: Мария Ганиянц