В доме Сары Винчестер есть дверь, которую можно открыть - и увидеть перед собой стену. Есть лестница, которая поднимается вверх, а потом упирается в потолок. Есть окна, через которые видно не сад и не улицу, а соседнюю комнату.
Сейчас этот дом стоит в Калифорнии, недалеко от Сан-Хосе, и туда водят экскурсии. Но начиналось все не как туристический аттракцион, а как частный дом богатой вдовы, которая годами строила, перестраивала, добавляла комнаты и не давала дому закончиться.
Про Сару говорили, что она строила его для мертвых – для душ людей, убитых из винтовок Winchester. По легенде, после смерти мужа медиум сказал ей: семья проклята, потому что деньги пришли от оружия. Чтобы спастись, Сара должна уехать на Запад и строить без остановки.
Пока в доме стучат молотки – она жива.
Молотки стучали почти 38 лет.
Деньги от винтовок
До этой истории Сара была Сарой Локвуд Парди из Нью-Хейвена. В семье ее называли Салли. Она выросла не темной, забитой девочкой, которую потом легко представить в черном доме среди духов, а образованной девушкой из хорошей семьи: музыка, французский, книги, приличное воспитание, свой круг.
Потом Салли вышла замуж за Уильяма Винчестера. Его семья зарабатывала на винтовках Winchester. Это было массовое оружие: его продавали армии, охотникам, частным покупателям, использовали во время Гражданской войны и в конфликтах на американском Западе.
Чем больше оружия продавалось, тем богаче становилась семья. После смерти мужа Сара получила огромное наследство и долю в оружейной компании. Деньги, на которые потом строился дом, шли от продажи винтовок.
А потом в ее жизни началась цепочка смертей, после которой разговоры о духах уже не выглядели случайными.
Ребенок, муж и дом, где стало слишком тихо
В 1866 году у Сары и Уильяма родилась дочь Энни. Девочка прожила всего несколько недель.
После смерти ребенка Сара, по рассказам, надолго замкнулась. Она снова появлялась среди людей, разговаривала, занималась делами, но прежней уже не стала.
Можно иметь фамилию, врачей, слуг, большой дом, но это не возвращает ребенка. Такая потеря не заканчивается в день похорон. Она остается рядом, даже если о ней не говорят вслух.
В 1880 году умер Оливер Винчестер, отец Уильяма. Через год умер сам Уильям. Ему было 43 года. Причина – туберкулез.
Сара осталась вдовой: без дочери, без мужа, с огромным состоянием и акциями оружейной компании. После смерти Уильяма у нее остались деньги, фамилия Винчестер и дом, в котором стало слишком тихо.
В конце XIX века спиритизм был очень популярен. Люди ходили к медиумам, пытались говорить с умершими, искали знаки. Так рядом с Сарой появляется история, без которой дом Винчестеров, возможно, был бы просто странным богатым особняком.
Но с этой историей он стал легендой.
Приказ строить
Самая известная история начинается с медиума.
После смерти мужа Сара будто бы пришла к человеку, который умел говорить с мертвыми. И тот передал ей слова Уильяма: семья Винчестер не просто несчастна. За ней идут те, кто погиб от их оружия.
Деньги пришли от винтовок. Значит, вместе с деньгами пришли и мертвые.
Саре сказали уехать на Запад и строить дом. Не построить красивый особняк, въехать туда, повесить занавески и наконец выдохнуть. А строить.
Комнату за комнатой. Коридор за коридором. Лестницу за лестницей.
Рабочие должны приходить снова. Молотки должны стучать. Дом должен расти. Пока идет стройка – Сара жива. Если дом – остановится и она.
После такого приказа обычный дом уже не мог получиться обычным.
Восемь комнат, которые стали лабиринтом
В 1884 году Сара купила в Сан-Хосе небольшой дом. Тогда в нем было всего восемь комнат. Восемь комнат – и большой участок вокруг.
А потом началось то, из-за чего ее имя до сих пор знают.
Из этого дома вырос огромный особняк: около 160 комнат, 6 кухонь, 13 ванных, десятки лестниц, больше 2000 дверей, почти 50 каминов и около 10 000 окон.
Это уже не "вдова решила добавить пару комнат". Это дом, в котором можно жить годами и все равно не знать его до конца.
До землетрясения 1906 года дом был еще выше. Говорили, в нем было семь этажей. После катастрофы верхние этажи обрушились, часть дома закрыли, и особняк стал ниже, но не понятнее.
Сара назвала владение Llanada Villa. Сначала появилась одна пристройка, потом другая. Комнаты, коридоры, лестницы, окна, двери, витражи, новые крылья. Она меняла планы, добавляла детали, переделывала уже построенное, начинала снова.
Обычный дом строят, заканчивают и в нем живут. Дом Сары все время продолжался.
Двери в стены и лестницы в потолок
Самые известные детали дома выглядят так, будто их строили не для обычных жильцов.
Открываешь дверь – за ней стена. Поднимаешься по лестнице - она упирается в потолок. Смотришь в окно – видишь другую комнату. Идешь по коридору - оказываешься не там, где ожидал.
Есть дверь на верхнем этаже, которая открывается наружу. За ней нет балкона. Просто пустота. Открыл - и дальше шагать уже нельзя.
Были маленькие комнаты, встроенные в большие, почти как матрешка. Были балконы, которые выходили не наружу, а внутрь дома. Были дымоходы, которые обрывались, не доходя до потолка.
Бесконечные коридоры петляли и упирались в тупики. Одни двери открывались в глухую стену, другие – наружу, туда, где нет ни лестницы, ни балкона. Где-то окно могло оказаться не там, где ждешь окно.
Говорили даже о прозрачных дверях в ванные комнаты, которые запирались снаружи.
Есть история с паркетом в одном из бальных залов: при определенном освещении темные части пола выглядят светлыми, а светлые - темными. Не самая страшная деталь, но в доме Сары даже пол начинал казаться частью загадки.
Если она действительно хотела запутать тех, кто шел за ней, дом справлялся хорошо.
Человек, который решил посчитать дом
В 1905 году, по одной из историй, нашелся человек, который решил сделать с домом Сары простую вещь: составить нормальный план.
Его звали Шульц Райхерд. Австриец. С разрешения хозяйки он взял бумагу, карандаш, мел и начал нумеровать комнаты. Отмечал двери, записывал переходы, наносил все на план.
Сначала это выглядело почти разумно. Если дом запутан, значит, его надо посчитать.
Но на следующий день начиналось странное. Шульц возвращался проверить вчерашнюю работу – и не находил некоторых номеров, которые сам же написал мелом на дверях. Иногда не находил и комнат, где уже был.
Не ошибся поворотом. Не забыл коридор. Просто вчера комната была, а сегодня ее будто нет.
Он продолжал около недели. Ходил, отмечал, сверял, снова терял. Дом не хотел становиться понятным.
А потом, по этой же истории, пропал сам Шульц. Не уехал. Не отказался. Не прислал записку, что больше не берется за эту работу. Просто исчез в доме.
И больше его никто не видел.
Итальянка, которая сказала: на всех места не хватит
После исчезновения Шульца Сара, по этой истории, позвала Эвсапию Палладино.
Это была известная итальянская медиум. Не соседская гадалка, а женщина, вокруг которой крутились ученые, скептики, журналисты и любители всего необъяснимого.
Палладино приехала в дом Винчестеров и сначала сказала про Шульца:
"Да здесь ваш Шульц, здесь!.. Сунуться в такое место с подсчетами! Вот дом его и сожрал. До сих пор считает".
Но дальше она сказала уже не про пропавшего австрийца, а про сам дом:
"Он просто нашпигован привидениями. Прекратите его достраивать, на всех все равно не хватит. Какое-то переселение душ - с того света на этот! Не понимаю, зачем кому-то понадобилось собирать бедолаг в этом месте! Но живым людям в такой гостинице для привидений делать нечего..."
И это уже не история про один скрипящий коридор и одну тень в углу. По ее словам, дом был переполнен. Новые комнаты все равно не решали проблему, потому что на всех места не хватит.
После таких слов Сара могла бы остановиться. Но она не остановилась. Продолжила строить, как будто вариантов у нее уже не было.
Голубая комната и ночные советы
О Саре рассказывали, что по ночам она уходила в особую комнату - Голубую.
Ровно в полночь над домом звонил колокол. Это был знак для тех, кого обычные люди не видят. Сара готовилась к таким ночам всерьез: наряжалась, причесывалась, играла на пианино или органе. По некоторым рассказам, для своих невидимых гостей она даже накрывала стол.
В два часа ночи колокол звонил снова. Совет окончен.
А утром рабочие получали новые распоряжения. Где-то появлялся еще один коридор, где-то лестница, где-то странная комната. Говорили, что один из духов однажды "попросил" треугольную комнату – и Сара велела ее сделать.
Она не объясняла соседям, зачем ей все это. Не пускала людей в свою жизнь, не давала простых ответов.
Снаружи – богатая вдова.
Внутри – ночные колокола, Голубая комната и стройка, которая не прекращается.
Дом, куда не пускали даже президента
Понять, для кого Сара так старается, со стороны было трудно.
Семьи рядом с ней уже не было. Детей не было. Близких друзей в доме почти не видели. Гостей она не любила.
По одной из историй, Сара отказала в визите даже президенту Рузвельту, который хотел посмотреть на дом, о котором уже был наслышан.
Это только усиливало легенду. Богатая вдова годами строит особняк, никого туда толком не пускает, внутри появляются новые комнаты, двери в никуда и ночные колокола - и люди начинают додумывать остальное сами.
А тут и додумывать особенно не надо было. Дом сам все делал за них.
Число 13 и землетрясение
С домом связывают число 13. Говорят про 13 окон, 13 ступеней, 13 крючков и другие повторяющиеся детали.
В обычном доме никто бы не стал пересчитывать крючки или ступени. А в доме Сары любая мелочь выглядела как знак.
Если где-то 13 ступеней – значит, не просто так. Если 13 окон - значит, хозяйка хотела что-то сказать.
В 1906 году в Калифорнии произошло сильное землетрясение. Дом Сары серьезно пострадал. По некоторым описаниям, были разрушены верхние этажи, и часть дома пришлось закрыть.
По легенде, сама Сара на несколько часов оказалась запертой в одной из спален. Когда ее освободили, она велела прекратить работы над фасадом и просто заколотить поврежденную часть досками.
Говорили, что она решила: духи недовольны ее любовью к украшательствам. Поэтому многие повреждения так и остались неотремонтированными.
После землетрясения дом стал ниже, но не стал спокойнее.
Роскошь, парк и слишком много жизни
Дом Сары не был бедной развалиной, где все криво просто потому, что никто не умеет строить.
Там были электричество, газ, канализация, лифты - по тем временам роскошь. В доме постоянно жили и работали люди: строители, садовники, слуги, мастера. Одних строителей, по некоторым рассказам, было больше двух десятков.
В доме были дорогие витражи ручной работы. Часть из них сохранилась до наших дней, многие теперь показывают отдельно. По одной из версий, на момент смерти Сары эти окна оценивались примерно в 25 000 долларов. Сегодня такая коллекция стоила бы уже миллионы.
Была история и о дорогом витраже, который должен был ловить солнечный свет, но оказался там, куда солнце почти не попадало.
В обычном доме это была бы ошибка. В доме Сары это выглядело почти естественно: дорогая красота есть, место для нее выбрано, а света все равно не хватает.
Территорию Сара превратила почти в парк: лужайки, деревья, цветники, кусты, фонтаны, скульптуры. Деревья и декоративные растения она выписывала из разных мест и следила за всем не меньше, чем за самими стенами.
Дом не был мертвой коробкой для одного странного ритуала. Там все время кипела жизнь.
И, может быть, в этом тоже был смысл. Пока вокруг шумят люди, таскают доски, стригут кусты, чинят, строят, поливают, накрывают на стол - тишина не подбирается слишком близко.
Не только призраки
Есть деталь, которая мешает слишком легко записать Сару в безумные вдовы.
Параллельно со всей этой стройкой она занималась вполне земными делами. У нее была большая плантация фруктовых деревьев. Там выращивали и сушили сливы и абрикосы, потом отправляли их большими партиями в Европу.
То есть это была не женщина, которая целыми днями только шепталась с духами и велела строить лестницы в потолок. Она управляла хозяйством. Следила за людьми. Понимала, где деньги, урожай, работа, поставки.
И еще Сара не жалела денег на благотворительность. В память о муже она пожертвовала крупную сумму больнице в Коннектикуте - на туберкулезное отделение.
Если видеть только двери в стены, легко сказать: странная вдова. Но рядом с этим была женщина, которая управляла плантацией, платила рабочим, строила, покупала витражи, жертвовала деньги больнице и держала огромное хозяйство.
Поэтому версия "просто сумасшедшая вдова" тут не держится. Слишком много рядом нормальной, расчетливой, земной Сары.
Деньги, вина и сейф без денег
Легенда о проклятии держится на главном факте: деньги Винчестеров пришли от оружия.
Сара не изобретала винтовку. Не нажимала на курок. Не вела войны. Но ее состояние, дом, земля, слуги, витражи и десятилетия строительства оплачивались доходами семьи, чье имя было связано с оружием.
Можно не верить в души погибших. Но тяжесть этих денег из истории не убрать.
Сара могла думать об этом. Могла связывать собственные потери с деньгами семьи. Могла искать объяснение, почему у нее умер ребенок, потом муж, а сама она осталась жить на состоянии от оружия.
В легенде о духах слишком хорошо сходится цепочка: оружие, смерть, деньги, потери и дом, который никак не заканчивается.
После смерти Сары в 1922 году в ее сейфе, по одной из известных историй, не нашли ни пачек денег, ни драгоценностей.
Там лежали пряди волос ее умершей дочери и мужа.
Можно сколько угодно обсуждать, верила ли она в проклятие. Но если женщина хранит в сейфе не золото, а волосы тех, кого потеряла, становится понятно: дом строился не только из дерева, стекла и денег.
Там было еще что-то, о чем она никому нормально не объяснила.
В ночь, когда молотки замолчали
Сара умерла во сне в 1922 году. Ей было 83 года. Похоронили ее рядом с мужем и дочерью.
И вот тут в доме случилось то, что звучит почти страшнее многих легенд: стройка остановилась сразу.
Не постепенно. Не после обсуждений, расчетов и распоряжений.
Просто все закончилось.
Говорили, что рабочие бросили инструменты там, где стояли. Даже гвозди остались наполовину вколоченными. Почти четыре десятка лет дом жил под стук молотков – и в одну ночь этот звук оборвался.
После смерти Сары дом быстро перестал быть ее личным местом.
Завещание тоже получилось в духе дома: его разделили на 13 секций, и Сара подписала документ 13 раз. Почти все имущество, кроме самого дома, досталось ее племяннице Мариан. Мебель потом распродали на аукционе.
А сам дом арендовал бизнесмен Джон Браун и превратил в туристический объект. Люди начали приходить туда не как гости к хозяйке, а как зрители на чужую тайну.
То, что для Сары было жизнью, для других стало экскурсией.
Гудини и новая волна слухов
В 1924 году дом посетил Гарри Гудини. После этого интерес к месту стал еще сильнее.
Странный дом, знаменитый иллюзионист, разговоры о духах - все легло одно на другое.
Дом начал жить второй жизнью. Уже не как место, где женщина десятилетиями строила, болела, платила рабочим, выбирала витражи и переживала свои потери. А как место, где люди ждут, что сейчас что-то случится.
Хлопнет дверь. Скрипнет ступенька. Покажется тень.
В большом старом доме всегда что-нибудь скрипнет, особенно если прийти туда именно за этим.
Дом, который должен был спасать
Сара прожила 83 года. После нее остался дом на 160 комнат, пряди волос в сейфе, брошенные инструменты и легенда, которую уже не оторвать от ее имени.
И я скажу неприятное: Сару слишком удобно сделали "безумной вдовой".
Так проще. Не надо думать о ребенке, которого она потеряла. О муже, который умер. О деньгах от оружия, на которых стоял весь этот дом. О том, что женщина 38 лет пыталась хоть как-то жить внутри своей пустоты.
Гораздо легче сказать: ну да, странная богатая тетка, строила дом для призраков.
Но она не просто строила для призраков. Она строила, потому что после некоторых потерь человек уже не умеет жить в обычном доме. Обычный дом слишком тихий. Слишком прямой. Слишком быстро становится понятно, что внутри никого нет.
А дом Винчестеров хотя бы шумел, рос, путался, звонил колоколами и не давал поставить точку.
Так что нет, я не верю в версию "богатая чудачка сошла с ума".
Возможно, она строила не дом для призраков, а место, где тишина после смерти мужа и ребенка не могла добраться до нее сразу.
Сара прятала тревогу в стенах, комнатах и бесконечных перестройках. Сиси жила в готовом дворце, который роскошью маскировал ту же ловушку: снаружи красота, внутри – теснота, тревога и ощущение, что выхода нет.