Когда дочь попросилась пожить у нас после расставания, я даже не считала дни. Мать же. Куда ей идти?
А через месяц она поставила в коридоре миску для собаки и сказала, что теперь у нас будет щенок. Даже не спросила.
Мне сорок девять. Живу в Ярославле, обычная двушка в панельном доме. Муж работает на складе, я в регистратуре в поликлинике. Младшему сыну двенадцать, школа, секция, кроссовки каждые полгода новые, потому что растёт как на дрожжах.
Старшая, Лена, ей двадцать пять, ушла от парня в феврале. Позвонила вечером, плакала. Я сказала: приезжай. Муж только вздохнул и переставил свои инструменты с балкона в кладовку, чтобы ей было куда поставить чемодан.
Сначала всё было тихо. Лена спала до обеда, потом искала работу, потом говорила, что сил нет. Я не давила. Помнила, как сама после развода у мамы на кухне сидела и чай остужала, потому что руки тряслись.
Но коммуналка сама не ждёт, когда у человека душа заживёт. В марте пришла
квитанция на восемь тысяч с копейками. Еда стала уходить быстрее. Стиральная машинка крутилась каждый день. Я аккуратно сказала дочери:
- Лен, давай ты хотя бы пять тысяч в месяц будешь давать. Не за жильё. Просто в дом.
Она посмотрела так, будто я предложила ей место в подвале снять.
- Мам, я твоя дочь. Ты серьёзно хочешь брать с меня деньги?
Вот это слово "брать" меня задело. Будто я стояла перед ней с протянутой рукой. Я объяснила, что мы не богачи, что младший тоже ребёнок, что помощь в семье бывает не только в одну сторону.
Лена замолчала на два дня. Ходила по квартире с телефоном, закрывала дверь в комнату и на кухню выходила только за кофе. Потом начала присылать мне ролики про токсичных родителей. Один раз даже сказала:
- Ты просто хочешь контролировать меня через деньги.
Я в этот момент чистила картошку. Нож в руке, мокрая кожура в раковине, по радио реклама дешёвого магазина. Такой контроль, что смешно.
Через неделю она всё-таки устроилась администратором в салон. Зарплата небольшая, но для начала нормально. Я решила, что разговор про пять тысяч больше не буду поднимать до первой получки.
В день зарплаты Лена пришла поздно. С пакетом из зоомагазина. Достала поводок, игрушку-пищалку и маленькую миску. Я спросила, для кого это.
- Я беру щенка. Мне нужен кто-то, кто будет меня любить без условий.
Муж в прихожей застыл с ботинком в руке. Сын выглянул из комнаты. Я даже не сразу нашла слова.У нас нет лишних денег. У сына аллергия на шерсть, не сильная, но есть. Квартира маленькая. Я ухожу на работу к семи утра, муж приходит поздно. И главное, никто с нами это не обсуждал.
Лена сказала, что щенок уже оплачен. Десять тысяч. Ещё прививки, корм, пелёнки. На мои пять тысяч для дома у неё, значит, не было. А на собаку нашлось. Я попросила вернуть деньги или отказаться. Она подняла голос:
- Это мои деньги. Я имею право потратить их на себя.
- Конечно, имеешь, - сказала я. - Но тогда и жить надо как взрослый человек.
На следующий день она привезла щенка. Маленький, рыжий, дрожит в переноске. Жалко его, он-то ни в чём не виноват. Но вместе с ним в квартиру заехала ещё одна правда: дочь считала наш дом бесплатной гостиницей.
Первую ночь щенок скулил. Лена спала в наушниках. Вставала я. Утром вытирала лужу у холодильника тоже я. Сын начал чихать, муж молча открыл окно на кухне, хотя на улице было холодно.
Я поставила на стол тетрадный лист. Написала: коммуналка, продукты, интернет, бытовая химия. Рядом суммы. Не для скандала. Просто чтобы она увидела. Лена прочитала и сказала:
- Ты всё считаешь. Даже меня.
Вот тут я впервые разозлилась по-настоящему. Не крикнула. Просто устала быть удобной.
Я дала ей две недели. Или она участвует в расходах, убирает за собакой и решает вопрос с аллергией брата, или ищет комнату. Щенка, сказала, я на улицу не выгоню, но и жить по её правилам больше не буду.
Она собрала вещи через три дня. Уехала к подруге. Перед уходом сказала, что я выбрала деньги вместо дочери.
Я стояла в прихожей и смотрела на пустой крючок, где висела её куртка. Больно было так, будто она не из квартиры ушла, а из моей жизни. Но потом сын сел рядом на кухне и тихо сказал:
- Мам, я хоть спать теперь смогу.
И я поняла, что у меня не один ребёнок. И не одна обязанность.
Лена звонит редко. Про щенка выкладывает фотографии, на них они обе счастливые.
Может, так и есть. А я каждый месяц оплачиваю коммуналку и больше не стыжусь того, что считаю деньги.