Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Антон Расплюев

Полвека альбому RAINBOW `Rising`

Восход Радуги
Второй студийный лонпглей ансамбля, записанный в заснеженной мюнхенской студии, стал их главным произведением, и одним из основополагающих хард-роковых шедевров, влияние и качество которого сопоставимо лишь с `Deep Purple in Rock`. Грохочущий поступью каменного колосса, «Rising» оказался для Радуги монументом, который, однако, был записан всего за 10 дней. На этой пластинке идеально сошлись музыкальные взгляды Блэкмора и интерес Дио к сказочным сюжетам, благодаря которому по страницам альбома шествуют таинственные дамы и зловещие маги.
Диск ценен мистической, экспрессивной `Run with the Wolf `, в которой гитарные и барабанные «проходы» временами сливаются, создавая сногсшибательный эффект, а также `Starstruck` со скрежещущими гитарными пассажами.
Центральной композицией стал величественный волшебный опус `Stargazer`, построенный на колоссальном барабанном рисунке, сочетающий железную поступь и изощренные оркестровки в восточном стиле ; феноменальное гитарное соло,

Восход Радуги

Второй студийный лонпглей ансамбля, записанный в заснеженной мюнхенской студии, стал их главным произведением, и одним из основополагающих хард-роковых шедевров, влияние и качество которого сопоставимо лишь с `Deep Purple in Rock`.

Грохочущий поступью каменного колосса, «Rising» оказался для Радуги монументом, который, однако, был записан всего за 10 дней.

На этой пластинке идеально сошлись музыкальные взгляды Блэкмора и интерес Дио к сказочным сюжетам, благодаря которому по страницам альбома шествуют таинственные дамы и зловещие маги.

Диск ценен мистической, экспрессивной `Run with the Wolf `, в которой гитарные и барабанные «проходы» временами сливаются, создавая сногсшибательный эффект, а также `Starstruck` со скрежещущими гитарными пассажами.

Центральной композицией стал величественный волшебный опус `Stargazer`, построенный на колоссальном барабанном рисунке, сочетающий железную поступь и изощренные оркестровки в восточном стиле ; феноменальное гитарное соло, пестрящее экзотическими восточными гаммами, и титанический по объему вокал, в который Дио вложил всю голосовую мощь, вознесли «Звездочета » на самую вершину творчества группы.

«Stargazer» был запечатлен при поддержке симфонического оркестра Мюнхенской филармонии.

Колдовской рифф «Звездочета» был сочинен Блэкмором на виолончели. Ричи тогда только осваивал этот инструмент, а в роли наставника выступил Хью Макдауэлл -виолончелист из Electric Light Orchestra.

Альбом заключает еще одно эпическое полотно - `A Light in the Black` : жесткая , скоростная, сыгранная на пределе вещь, пронизанная металлическим пульсом виртуозных ударных, снабженная острым, как бритва, риффом, и искрящаяся молниеносными гитарными линиями, отдающими классикой. Поверх этой стальной конструкции парИт громоподобный вокал…

Для записи хватило одного дубля.

Воистину, `Rising` представляет собой рок-театр в миниатюре.

Р.Дж.Дио : «Stargazer» написана с точки зрения раба древнеегипетской эпохи. Он служит Чародею, который наблюдает за небом и звездами, и одержим идеей летать. Рабы строят для него башню из камня, чтобы Чародей мог спрыгнуть с вершины и подняться в воздух. В конце концов он пытается взлететь, и, конечно, разбивается насмерть. Рабы освобождены, и на этом заканчивается песня «Stargazer», и начинается «A Light in the Black».

Колдун умер, и рабы свободны, но все, что они знали в жизни, — это преданность Звездочету ; с его уходом смысл их жизни теряется, ибо все, что у них было — это вера в него. Они не знают, куда направиться или что делать, пока не увидят свет во тьме…»

Р.Блэкмор : «Stargazer» - одна из моих любимых песен Rainbow. У нее очень хорошая концовка. Мы записывали ее в мюнхенской студии, с оркестром из 27 музыкантов. Это был очень хороший оркестр, и дирижер написал для нас свою аранжировку, спросил мое мнение. Он сделал ее слишком объемной, и я сказал: «Хорошо, но в ней слишком много всего, нужно убрать половину партий». После трех или четырех поправок он сделал все так, как я хотел. Дирижер, конечно, был недоволен – оркестр играл только самые базовые партии. А он очень гордился тем, что написал. Но оркестр нужен был мне лишь как аккомпанемент для вокала.

В студии с нами был цыганский скрипач. Когда мы записали концовку, оркестр остановился, а скрипач продолжил играть прекрасную музыку в венгерском духе. Он импровизировал так две минуты, и это было просто невероятно. Я посмотрел на инженера Мартина Бёрча и понял, что запись окончена. Я сказал: «Это просто фантастика!», а Мартин добавил: «Только есть одна проблема… пленка кончилась!». Мне было очень жаль, он играл просто невероятные скрипичные импровизации, но мы их не записали».

«Я не могу разбирать музыку на части, но если я буду вынужден дать ей какое-то определение, то я бы сказал, что это длинный, тяжелый рок с большим упором в мелодию, которой многим сегодняшним рок-н-ролльным группам не хватает».