2/2

2/2

И вот накануне события на реке Калка, половецкие ханы, предварительно на пару с монголами разгарбившие своих соседей Аланов, вдруг углядели хищный блеск в глазах в свою сторону из раскосых глазах недавних союзников.

После пары столкновений, выживший полвецкий хан Котян почуял, что дело пахнет керосином и побежал за помощью к русскому князю Мстиславу Удатному, по совместительству собственному зятю (женат был Мстислав на дочери хана, чувствуете глубину русскости тамошних князей?) и стал просить о помощи. Хе-хе, вот пишу и сам опосля замечаю, что автоматом добавляю "половецкий" да "русский" к ситуации, хотя по факту это всё поздние упрощения историков и аутентично надо писать просто — пришел хан Котей к князю Удатному.

Кстати, знаете чем заслужил князь Удатный свое прозвище (Удатный по современному значит Удачный)? А в союзе с ханами разгромил и разграбил земли Владимиро-суздальских князей, как вы понимаете, тоже русских. Мама дорогая, это что, русские русских грабили? Да не может быть! Может, ребята, может, потому что всеми этими определениями: "русские", "половецкие" и прочие "литовские", стали позже оперировать историки, для более легкого понимания происходящего. А по факту воевали между собой местные феодалы, которые отличались только в названиях титула: ханы, князья, герцоги/конунги и прочее так далее. А как там разграбляемые народы именовались, никого особо не интересовало. Не субъектно было население в те времена, воевали суверены, а не народы.

И зачастую вся это постоянно грызущаяся элита находилась между собой в родственных отношениях и потому Киевский русский князь вполне мог писать Крымскому хану — дорогой брат, а князю Владимиро-суздальскому — собака шелудивая. Не было в те времена никакой национальной солидарности, а была мешанина феодальных интересов.

И вот если вы исходите из такой объективной картины мира, будут ли у вас какие-то особые претензии к Субэдэю? Да нет конечно, обычный полководец, который в перманентно идущей тогда грызне всех со всеми, отличился умом и сообразительностью. Но как только вы историографию подворачивает к националистической точки зрения, тут у вас и возникают конструкт — монгол Субэдэй русских геноцидил. Да это же практически Гитлер! (Последнее не шутка, именно такие аналогии провел А. Медведев).

И я всё понимаю, граждане, национальное самосознание штука такая, иррациональная — свои и баста. Но что вы в своем национальном вооброжариуме с тувинцами делать будете? У них вот есть свой народный герой — Субэдэй, который был еще задолго до, всех этих националистических заморочек. Вы к ним приходите и говорите — ваш народный герой натурально Гитлер. И? Какие ожидания на такой выпад? Тувинцы "прозреют", падут ниц и воскликнут — простите нас русские за Субэдэя! Так что ли?

А может будет по другому, а может посмотрят на вас и скажут — да? Так наш герой Субэдэй именно с русскими воевал? Не с местными феодалами разной наружности? А если так, а мы знаем, что наш Субэдэй — герой, может это вы, русские, тогда злодеи, и правильно с вами наш герой воевал?

А так и будет, в качелях национальной распри, всегда две стороны работают, и только ткни в болевые точки истории палкой национализма, брызги во все стороны полетят.

Что у нас сухим итогом, если экстраполировать ситуацию с обратным национальным знаком получилась вот такая картина: возвращается русский герой с полей СВО, народ гордится своим войном и хочет наградить его орденом Ильи Муромца, дабы подчеркнуть  историчность и самобытность награды. Выходят тувинцы и говорят — а вообще то ваш Муромец наших предков геноцидил, натурально, как Гитлер. Что вам, других героев мало? Вон возьмите кого-то из ВОВ, чтобы никому обидно не было, а Муромца своего забудьте... Ну и, братцы, как ощущения?

Правильно говорил товарищ Сталин, даже если он этого не говорил — нет у народа больших врагов, чем собственные националисты...