Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

«Банановые острова». Соседи были против

Конечно же, эта запись появилась у меня дома на катушке «Свема» где-то в середине 80-х. И слушать её хотелось исключительно на полной громкости — иначе половина удовольствия терялась. Домочадцы были озадачены. Соседи — раздражены. Потому что музыка Юрия Чернавского вообще не собиралась укладываться в привычные советские представления о “нормальных песнях”. Ни странный вокал, ни эта новая волна с синтезаторами, ни тексты, в которых одновременно соседствовали юмор, абсурд и ощущение лёгкого музыкального хулиганства. Всё звучало не так. И именно поэтому было так здорово. Столько непонятностей в одном альбоме я тогда ещё не слышал. Сейчас уже нет смысла вспоминать, насколько неожиданно “Банановые острова” вообще появились в советской музыке. На дворе ещё вполне себе СССР, по телевизору продолжают петь правильные люди с серьёзными лицами, а тут внезапно вылезает работа, будто случайно сбежавшая из какого-то европейского синти-поп-нью-вейв-подполья. Причём состав музыкантов там был весьма ин

Конечно же, эта запись появилась у меня дома на катушке «Свема» где-то в середине 80-х. И слушать её хотелось исключительно на полной громкости — иначе половина удовольствия терялась.

Домочадцы были озадачены. Соседи — раздражены.

Потому что музыка Юрия Чернавского вообще не собиралась укладываться в привычные советские представления о “нормальных песнях”. Ни странный вокал, ни эта новая волна с синтезаторами, ни тексты, в которых одновременно соседствовали юмор, абсурд и ощущение лёгкого музыкального хулиганства.

Всё звучало не так. И именно поэтому было так здорово. Столько непонятностей в одном альбоме я тогда ещё не слышал.

Сейчас уже нет смысла вспоминать, насколько неожиданно “Банановые острова” вообще появились в советской музыке. На дворе ещё вполне себе СССР, по телевизору продолжают петь правильные люди с серьёзными лицами, а тут внезапно вылезает работа, будто случайно сбежавшая из какого-то европейского синти-поп-нью-вейв-подполья.

Причём состав музыкантов там был весьма интересный.

В записи кроме Юрия Чернавского и Владимира Матецкого участвовали Александр Буйнов, Алексей Глызин, Сергей Рыжов и музыканты ВИА «Весёлые ребята». А за ударные отвечал Юрий Китаев — человек, прекрасно понимавший, что такое ритм, драйв и как сделать так, чтобы соседи окончательно возненавидели твою катушку «Свема».

Чернавский к тому времени давно считался человеком крайне опасным для музыкальной рутины. В хорошем смысле слова.

Он вообще умел делать советскую музыку какой-то… несоветской. И это ощущалось моментально.

Отдельное удовольствие — тексты. Они ведь до сих пор звучат непонятно. Не “глубокомысленно странно”, как иногда любят делать рок-музыканты, а именно весело, нахально и с ощущением человека, которому самому интересно, что он сейчас вытворит в следующей строчке.

Кстати, одного моего знакомого после этого альбома до сих пор называют Банананом.

Вот что музыка делает с людьми.

И да — виниловую пластинку я таки купил пару лет назад. Не смог пройти мимо. Некоторые вещи уже давно перестают быть просто музыкой и начинают работать как машина времени.

Только без ремней безопасности.