Первыми воспоминаниями из детства Веры является кровать в детском доме. Шестилетняя Вера уже побывала “в семье” и больше туда не хочет ни за что в жизни! Воспитательница Лидия Ивановна называет девочку “горе луковое”, а еще девочка знает о себе, что она из “безымянных”. Уже позже она узнала, что так говорят о тех, кого нашли на улице без каких-либо документов, записок или мать отказалась в роддоме и, даже, имени не дала.
Воспитательница Лидия Ивановна Сухорукова очень любила всех своих воспитанников. Дети платили тем же и называли ее “мама Лида”. Так называла ее и Вера. Лидия Ивановна жалела “горе луковое”, она говорила часто:
— Верка, ты из тех, кому вечно не везет в жизни.
— Почему это? – глядя исподлобья спросила шестилетняя Вера.
— Сама посуди: мать родила и бросила. Потом тебя удочерила наша заведующая - Тамара Андреевна, но когда тебе едва исполнилось четыре года, Тамара Андреевна умерла и тебя снова вернули к нам. Затем Скорыгины опекунство над тобой оформили, но через год твой опекун был осужден за растрату государственного имущества, а опекунша покатилась под откос и тебя снова изъяли из семьи.
Вера ничего не сказала, только вздохнула, а Лидия Ивановна продолжила:
— Но, вот теперь Федулкины на тебя приедут посмотреть. Может тебе повезет, бедолага, – тяжело вздохнула воспитатель.
— Мама Лида, я не хочу ни к каким Федулкиным. Можно я в детском доме останусь? – с тоской в глазах спросила Верочка.
— Нельзя! Глупая ты, Верка. Все мечтают о семье! А ты, прям,... “горе луковое” одним словом!
Когда за Верой приехали муж и жена Федулкины, девочка спряталась под кроватью. Да не под своей, а под кроватью Лидии Ивановны, которая и жила при детском доме в отдельной комнате.
Девочку в тот день не нашли и ужасные Федулкины уехали ни с чем.
Но позже, Федулкины всё-таки добились того, чтобы оформить опекунство над Верочкой. Вера уехала в далёкую деревню, а уже через месяц сбежала оттуда. Маленькую девочку нашли на Привокзальной станции. Федулкины, которые имели огромное хозяйство и пятерых детей, заставляли малышку пасти гусей, уток, кормить кур и цыплят. Девочка каждый день должна была нарвать мешок сочной, зелёной травы , подмести двор и выполнить еще огромное множество домашней работы . С таким количеством работы, не всякий взрослый справлялся.
Все пятеро детей Федулкиных были им не родныеми детьми. Мария Петровна и Олег Дмитриевич были опекунами. Остальные ребята были старше и, может быть, их всё и устраивало, но не Веру. Она решила сбежать и сбежала. Этим самым устроила массу неприятностей опекунам Федулкиным. Чтобы выгородить себя, Федулкины отказались от Веры и вернули её в детский дом, вынеся вердикт: "девочка абсолютно неуправляемая и нуждается в коррекции поведения."
Вера снова оказалась в детском доме и поклялась, что никогда больше не поедет жить "в семью". Несколько раз директор детского дома пытался пристроить Веру , но девочка закатывала такие истерики, что от неё отказывались любые опекуны. "В семью" Вера попала, когда ей исполнилось восемь. В это время она уже оканчивала второй класс. Первой учительницей Веры была София Дмитриевна Гаврилова. Женщина полюбила Веру сразу и навсегда. По-настоящему, по-матерински, безусловно. Часто она ловила себя на мысли, что хочет защищать эту девочку не как учительница, а как её мать. Верочка была словно дикий зверек. Она не вписывалась в класс, где учились домашние дети , да и одноклассники её не принимали . А Софие Дмитриевне до того была жаль маленькую сироту, что она иногда даже теряла контроль над собой, когда например кто-либо из родителей приходил жаловаться на Веру:
— Эта детдомовская ударила моего сына портфелем по голове, — Сказала мать Олега Сичинского — розовощёкого, толстого парня, который был как минимум на две головы выше Веры. Сичинский рыдал, а Вера стояла низко опустив голову, словно маленький воробушек . Она не просила прощения, не извинилась, а просто стояла, низко опустил голову. София Дмитриевна с болью в сердце смотрела она очень короткую юбку, застиранную кофточку и поношенные колготки. Сердце учительницы кровью обливалось. В такие моменты она не выдерживала и высказывала наглой мамаше и её отъевшемуся сыну всё, что она о них думает.
Некоторое время спустя, София Дмитриевна начала приглашать Верочку к себе домой. Она объясняла это тем, что может помочь ей с уроками, а её муж Алексей Иванович — профессор университета , сможет подтянуть Верочку по математике. На самом же деле Софии Дмитриевне хотелось накормить Веру вкусностями , положить в ее портфель побольше конфет, подарить новую кофточку и куклу. Однажды Вера пришла в школу снова в своей старой кофточке. Учительница ничего не сказала, но на перемене позвала Веру к себе:
— Верочка, — шёпотом произнесла учительница, — а почему ты не надеваешь кофточку или платье, которые мы с Алексеем Ивановичем подарили тебе? Тебе не нравится?
— Очень нравится, София Дмитриевна. Только Вы мне ничего больше не дарите, зачем тратить деньги без толку?
— Почему же? Мы хотели доставить тебе удовольствие! Разве тебе не понравилось, Вера? Ты же так радовалась у нас дома! -- всплеснула руками учитель.
— Радовалась, конечно, — вздохнула девочка, — только вот девчонки в детском доме кофточку разорвали в лоскуты, а платье я успела спрятать, — второклассница перешла на тихий шепот, — если узнают, что у меня ещё и платье есть, ему несдобровать, а оно такое красивое, как у принцессы, — Вера приложила руки к сердцу и закатила глаза , а София Дмитриевна чуть не расплакалась.
— Это ты принцесса, Верочка! Ты! Мы с Алексеем Ивановичем купим тебе еще очень много платьев и все их ты будешь носить, не скрываясь, — сквозь слёзы произнесла София Дмитриевна.
— Как это? – удивилась школьница.
— А вот так! Мы тебя удочерим, Верочка. Ты хочешь этого? — с замиранием в сердце спросила первая учительница Веры.
— А Ваш муж захочет, чтобы я была Вашей дочкой? — с испугом в глазах, растягивая слова по слогам, спросила второклассница.
— Конечно! Он сам мне и предложил побыстрее забрать тебя. Слово только за тобой! Ты согласна, милая? — в ожидании ответа, София Дмитриевна дрожала всем телом от страха. Она боялась, что Вера не захочет принять их с Алексеем как родителей.
Своих детей у супругов Гавриловых не было. Возраст супругов приближался уже к пятидесяти, а это значит, что уже и не будет!
Когда-то давно, когда они были молоды, влюблены и счастливы, у них родился сын Боря. Но когда мальчику исполнилось одиннадцать лет, его не стало. Это был такой удар для родителей, что они сломались. Гавриловы не могли больше видеть друг друга, смотреть друг другу в глаза и расстались. Думали найдут спасение, но в чем его искать, если вокруг пустота. Поняли, что порознь никак и снова начали жить вместе, поддерживать друг друга. Так прошли годы, уже и не надеялись ни на что, а тут вдруг Вера! И мир перевернулся и снова ожило сердце, захотелось жить.
— Это наша дочь, Сонечка, – однажды сказал Алексей Иванович.
— Ты тоже это чувствуешь, Леша? Тоже? И я почувствовала сразу, только боялась тебе признаться, – с замиранием сердца сказала София Дмитриевна.
— Мы должны ее забрать из детского дома! – категорично заявил профессор Гаврилов.
— Нужно у Веры спросить, – покачала головой София Дмитриевна, – если она согласится, я буду счастлива.
*****
— Я согласна! – вскочила на ноги Вера, – я буду! Буду вашей дочкой!
София Дмитриевна “ойкнула” схватилась за сердце, а потом закрыла лицо ладонями и горько заплакала.
Спустя некоторое время, как только удалось уладить некоторые моменты и оформить документы, Вера переехала жить в дом Гавриловых. Теперь она, тоже, стала Гаврилова! А отчество - Алексеевна. С этого дня жизнь Веры круто изменилась.
Своё детство она вспоминает, как лучшее время в жизни. Мама и папа всегда были для нее примером. Гавриловы вкладывали душу и сердце в свою дочь, заботились, воспитывали, научили быть человеком. А отец научил её видеть мир через призму математики. Математики видят мир по-другому — это Вера теперь точно знает и этому научил её Отец.
— Вы знаете, с помощью математики можно описать весь мир?! Правда. Вы мне верите? – спросила вдруг Вера и посмотрела искоса на Михаила.
— Верю, – растерянно улыбнулся он. “Боже мой, какая она красивая, —- подумал Калинин, — почему я раньше этого не замечал?”
— Да, это так, – кивнула женщина, — если захотите, я Вам когда-нибудь это объясняю. Но не сейчас. Я очень устала и хочу прилечь.
Михаил увидел, что под глазами женщины пролегли темные круги, вероятно, она не спала сутки или больше. Молодой человек очень испугался, ведь это он задерживает ее. Сейчас он и забыл, зачем пришел сегодня, но как же хорошо, что оказался рядом с ней в такое тяжелое время. Можно ли его присутствие назвать поддержкой - этого Михаил не знал, но об этом сейчас не хотелось думать. Он думал только о том, чтобы уйти поскорее, позволить Вере отдохнуть.
Едва Калинин вышел в коридор и закрыл за собой дверь, оперся спиной о холодную стену и вздохнул:
— Что это было? – задал он сам себе вопрос и ответил на него, — я влюбился в замужнюю женщину с ребенком.
Мужчина схватился за голову и побежал по ступенькам вниз. То и дело он мысленно повторял ее имя: “Вера… Вера…. Вера!” Старался не думать о ней, но думал постоянно.
*****
Утром Вера проснулась слишком рано, чтобы вставать. Так и лежала, глядя в потолок. Рядом посапывал сынок. Через час нужно будет его разбудить, отвезти в детский сад, а потом искать работу. Лучше не затягивать с этим, ведь на плечах Веры теперь висит долг и за похороны отца.
Внезапно раздался короткий звонок. Словно тот, кто пришел боялся разбудить Никиту. Быть может это Сережа? – подумала Вера и поднялась с кровати.
На пороге стояла женщина лет шестидесяти пяти. Она была одета в строгий костюм, а в руках держала большую дорожную сумку.
— Привет, Веруня.
— Доброе…. а Вы кто? – растерянно спросила хозяйка квартиры.
— Не узнала, что ли? Ну, ты и “горе луковое”, – покачала головой женщина.
— Лидия Ивановна? – широко открыла глаза Вера, обняла свою воспитательницу, которую не видела почти двадцать лет и заплакала.
— Ладно тебе, детка. ладно! Дай пройду-то. Ноги не казенные да и не молодая уже
— Проходите, проходите! А как Вы меня нашли? – Вера размазывала по щекам слезы.
— Так… Калинин нашел. Люди его заявились ко мне домой, рассказали все объяснили. Я собралась и к тебе! Работать у тебя буду! Работающий пенсионер, так сказать, – подмигнула Лидия Ивановна.
— Как у меня? Кем? — растерялась Вера.
— Воспитателей, няней, помощницей по хозяйству, – деловито сказала бывшая воспитательница, – да ты не волнуйся, мы с Калининым все вопросы решили. Михаил Всеволодович - очень хороший человек, щедрый. Нашел меня, рассказал, что помочь тебе хочет и мне заодно. Ты ведь теперь в его компании будешь работать, а Никиту куда? Вот! Я и буду ребенком заниматься. Вас вырастила сотни и все порядочными людьми выросли. Ни одного уголовника в моем выпуске за тридцать лет, – похвасталась Лидия Ивановна.
— А что это он распоряжается? – поставила руки в бок Вера, – я еще не решила насчет работы.
— Что тут решать, горе ты луковое. Тебе работа нужна? – скривилась Лидия Ивановна и пристально посмотрела на свою бывшую воспитанницу.
— Нужна, – кивнула Вера.
— Ну, так иди и работай!
Вера снова задумалась. Вообще-то, предложение было очень заманчивым, но женщину раздражало то, что Калинин сам принял решение, а у нее даже не спросил.
— Глупая ты, Вера, – вздохнула Лидия Ивановна, – ведь так и должно быть! Не мужик, а мечта! Сам проблемы твои решает на лету. Да о таком только мечтать можно! Сама подумай: спать легла с массой проблем, а проснулась - ни одной. Вот тебе работа, вот тебе зарплата хорошая, вот тебе няня для ребенка. И не какая-нибудь, а лучшая! – подняла палец вверх Лидия Ивановна.
Вера задумалась! А ведь Лидия Ивановна права! Но все равно, она выскажет свое недовольство Михаилу Калинину. Пусть не думает, что он может так безапелляционно вмешиваться в ее жизнь. В конце концов, она ему не родственница и не жена!
Вскоре проснулся Никита. С Лидией Ивановной малыш сразу же нашел общий язык. Буквально, мгновенно. И на мамин вопрос: останется ли он дома с няней, ответил положительно.
— Лидия Ивановна, как у Вас это получается? — пожала плечами Вера, – Вас любят все дети! Все!
— Опыт, милая моя! Опыт! – деловито ответила Лидия Ивановна и подмигнула Никите, – ну, показывай мне мою комнату! Я вот что тебе скажу, милый друг, когда твоя мама была маленькой…. – сын Веры и ее воспитательница пошли вдвоем по коридору, держась за руки. Мальчик, раскрыв рот, слушал Лидию Ивановну, а она рада была, что снова продолжит дело всей своей жизни - воспитание детей.
Вера быстро приняла душ, оделась, позавтракала на ходу и вышла из дома. Она направлялась в офис компании “Строй инвест”, чтобы поговорить с Михаилом Калининым. Конечно, она поблагодарит этого человека и будет работать в его компании, если ее знания пригодятся, но для начала выскажет все, что держит сейчас в голове.
Едва Вера Гаврилова зашла в приемную, Ниночка поперхнулась чаем, поднялась со стула и выпучила глаза:
— Верааа? Тыыы? А ты… ты …. ты….
— Ниночка, доброе утро, – улыбнулась слегка Вера, — что с тобой? Замкнуло что ли?
— Ой, извини, я просто не ожидала. Это так неожиданно.
— Калинин у себя? – кивнула в сторону кабинета Вера.
— Да, у себя, – тут же кивнула Нина и пошла в кабинет, чтобы сообщить шефу о том, что пришла на прием Гаврилова.
Услышав, что пришла Вера, Михаил вскочил из кресла так, что едва не перевернул его. Затем он вышел из кабинета и, широко улыбаясь, уставился на Веру. Ниночка со стороны наблюдала за шефом и искоса - за его гостьей. Едва Михаил Всеволодович и Вера скрылись за дверью кабинета, секретарша Калинина тут же начала подслушивать разговор. Полчаса спустя, когда Вера вышла из кабинета, Нина сидела за своим столом, а глаза ее были полны слез.
— Нина Константиновна, — слегка улыбаясь, произнес Калинин, – покажите Вере Алексеевне ее рабочее место.
— Какое? — выпучила глаза Ниночка.
— В проектном отделе, – глядя прямо в глаза секретарше, произнес Калинин.
— Новый стол возле окна? – словно загипнотизированный кролик, смотрела секретарша на шефа.
— Новый стол возле окна, – кивнул директор и повернулся к Верочке, — Вера Алексеевна, я зайду за Вами перед началом обеденного перерыва. Нужно поговорить по поводу тендера и ошибки в проекте. Заодно, пообедаем.
— Да, хорошо, Михаил Всеволодович, — растерянно и одновременно улыбаясь ответила новый сотрудник компании.
Нина побежала следом за Верой, мелко перебирая своими каблучками:
— Вера Алексеевна! Вера Алексеевна, извините, но я….
— Нина, – Вера мгновенно остановилась, – не называй меня по имени отчеству. Ничего не изменилось! Мы ведь подруги? — новая сотрудница проектного отдела протянула секретарше директора руку и Нина удивленно уставилась на протянутую ладонь:
— Я не знаю, — растерянно произнесла Ниночка и губы ее задрожали.
Вера тут же обняла секретаршу и погладила ее по спине:
— Да, что же ты так волнуешься? Все нормально! Изменилась моя должность, но отношения между нами не изменились, – как можно более спокойно произнесла новая сотрудница.
— Ой, Верочка, какая ты хорошая, – отозвалась секретарша директора и зарыдала.
Проводив Веру до ее рабочего стола, Ниночка срочно поспешила к директору и, зайдя в приемную, сразу же постучала в дверь кабинета.
— Войдите! — послышалось в ответ. Нина коротко вздохнула и уверенно открыла дверь.
— Михаил Всеволодович, мне нужно с Вами серьезно поговорить, – начала с порога Нина.
— Даже так? – радостно улыбнулся директор. Настроение у шефа было прекрасным и Нина решила, что самое время поговорить о своей проблеме.
— Михаил Всеволодович, — начала всхлипывать секретарь, – мне нужно с Вами серьезно поговорить! Ни есть, ни спать не могу.
— Что такое? Что случилось, Ниночка? — нахмурился шеф, но одновременно Михаил Всеволодович улыбался.
— Понимаете, в прошлый раз, когда Вы уволили Веру, мы поговорили немного в коридоре….
— Так! Продолжайте, – шеф сел на край стола и моментально стал серьезен.
— Между нами возникло недопонимание. Вера сказала кое-что, а я не правильно поняла, в общем….
— Нина Константиновна, не тяните! Через двадцать минут в моем кабинете начнется планерка, – Михаил посмотрел на часы.
— Я и не тяну. Понимаете, я подумала, что между Вами и Верой отношения. Ну, что Вы влюбились в нее, – развела руками Нина, а шеф почесал кончик носа, чтобы не было заметно, что он улыбается, – в общем, я рассказала об этом девчонкам и как-то оно само разнеслось по всему офису, – Нина закусила губу и тут же горько заплакала.
— Нина, ну, что же Вы плачете? — растерялся Михаил Всеволодович, – ну, сказали и сказали! С кем не бывает.
— Значит, Вы меня не уволите? – широко раскрыла глаза девушка.
— Нет, конечно. Что за ерунда? С какой стати мне Вас увольнять? Работу Вы свою выполняете идеально, да и привык у к Вам. Идите, работайте, – махнул рукой Калинин, а Ниночка взвизгнула и побежала к двери, — Нина Константиновна, – остановил девушку Калинин, – а ведь Вы не во всем ошиблись в том случае.
— Что Вы имеете в виду? – взмахнула нарощенными ресницами секретарша, но шеф только махнул рукой и уселся в свое кресло.
Целый день у Михаила было отличное настроение. Как только он представлял, что здесь недалеко - всего в нескольких метрах от него сидит Вера, на душе становилось радостно и спокойно. “Пусть так будет всегда”, – подумал директор крупнейшей строительной компании в городе.
Михаилу Калинину было уже 32 года. Мама и бабушка то и дело вздыхали. Им хотелось, чтобы Миша женился, подарил внуков, но молодой человек с этим не спешил. Романов у него было множество и каждый из таких романов дарил родным Михаила надежду, но предложение руки и сердца молодой человек до сих пор не сделал никому!
Своего отца Михаил не знает. Его воспитал с пяти лет Всеволод Андреевич Калинин, который стал Михаилу настоящим отцом - дал свое имя, фамилию. До восемнадцати лет Миша, вообще, не знал, что отец ему не родной, но потом случилось вот что…
Между матерью - Татьяной Леонидовной и отцом - Всеволодом Андреевичем замечательные отношения. Они любят друг друга, как и в день первой встречи, когда начинающий бизнесмен впервые увидел на стройке штукатура Таню Любавину. Оказалось, что Татьяна не только бедная, но и одна воспитывает маленького сына, да еще живет в общежитии, но Всеволода Калинина это не испугало.
Он привел возлюбленную в свой дом и его мать - Евгения Петровна приняла невестку с радостью, а маленького Мишу полюбила как родного внука. Сейчас это уже даже не обсуждается. Миша - родной внук и точка.
Тем более, что других внуков у Евгении Петровны нет, несмотря на то, что у нее двое детей - Всеволод и его младшая сестра Валерия. Именно она - Валерия Калинина рассказала Михаилу, что он не родной сын ее брата Всеволода. За язык “тетушку” никто не тянул, но вот такая она стерва! Решила разрушить добрые отношения между отцом и сыном, влезла в семью, разбередила душу молодому парню.
Но у нее ничего не получилось. Отношения между отцом и сыном как были крепкими, так и остались. Михаил любит своего отца, бабушку, маму и благодарен им за все, что они сделали в жизни. В этот момент раздался телефонный звонок, который и оторвал Михаила от мыслей. Звонил отец:
— Привет, папа. Только вот думал о тебе, и маме, и вдруг твой звонок, – засмеялся Михаил.
— Что это ты о нас на работе думаешь, сынок? Довольно странно. Должен ведь думать о тендере, который вскоре пройдет, а ты о родителях, – засмеялся Всеволод Андреевич.
– Да, так, – Михаил почесал затылок. Ему очень хотелось рассказать отцу и Вере, но он не знал с чего начать.
— Что…. что, сын? – заинтересованно спросил отец, – неужели это то, о чем я думаю?
— Нууу, как сказать, – снова улыбнулся Михаил.
— О, Господи, да мама и бабушка с ума сойдут от радости, – громко засмеялся отец., а Михаил услышал в трубку голос матери: “что я узнаю, милый? “
Михаил улыбнулся. Ему нравилось как его родители общаются между собой. Взаимоотношения матери и отца всегда были для него примером. Именно поэтому, Михаил до сих пор ещё не женился: Он хотел чтобы его семья была такая же, как у матери и отца.
— Так что, сынок, ты нам расскажешь с мамой? — снова спросил отец. Михаил понял что отпираться нет смысла.
— Мама, папа, я кажется влюбился! - Осторожно произнёс сын.
— О боже мой, Какое счастье: мой сын влюбился, — Татьяна Леонидовна засмеялась звонко и захлопала в ладоши. Женщина вела себя, словно девочка.
— Поверь моему опыту, сынок: если тебе кажется, то тебе не кажется, — засмеялся отец, а потом стал серьёзен, — Поздравляю тебя, сынок. Любовь — это большое счастье. Если мужчина не любил, он не жил.
— Кто она? — крикнула в трубку мама.
— Она — женщина! Самая прекрасная на Земле, — растерянно ответил Михаил. Он совершенно не знал, что сказать.
— Ну, в этом мы ни капли не сомневаемся , — улыбнулся отец — Ты должен нас познакомить.
— Обязательно, — тут же согласилась Татьяна Леонидовна, — Никакие отговорки не принимаются. Мы очень хотим познакомиться с твоей любимой женщиной…
Закончив разговор с родителями, Михаил задумался. Его несдержанность сыграла злую шутку. Он знал, что сейчас мама поговорит с бабушкой — своей любимой свекровью и они обе начнут требовать от Михаила знакомства с его возлюбленной.
Все бы хорошо. Познакомиться возлюбленную со своей семьей, Михаил только рад, вот только возлюбленная не знает, пока, что она возлюбленная! “Ну, что же”, — вздохнул Михаил, — “не знает, так узнает”.
Приближалось время обеда, а Калинин никак не мог дождаться этого момента. Очень уж хотелось снова остаться наедине с Верой: смотреть в ее глаза, чувствовать запах ее духов, иногда как бы невзначай, касаться ее руки. И вот это время настало. Калинин и его новая сотрудница сидят за столиком в ресторане, а она говорит о каких-то расчетах, цифрах, новом проекте и еще о том, что компания успеет подать заявку на участие….
— Михаил, Вы слышите меня? – нахмурила брови Вера, – такое ощущение, что Вы не слушаете, что я говорю! Скажите честно: Вы не воспринимаете меня серьезно, а взяли на работу только потому, что Вам меня жаль?
— Нет, Вера, я слушаю, – приложил ладонь к сердцу Михаил, — Вы не правы, я никогда не принимаю на работу знакомых, родственников, друзей, приятелей только потому, что мы имеем какие-либо приятельские отношения или мне просто кого-то жаль, как Вы выразились. В “Строй инвест” работают только профессионалы.
— Да, я вижу, – Вера приподняла папку, которую держала в руках, — подобные ошибки недопустимы!
— Это получилось случайно, поверьте, — Михаил почувствовал, что пытается оправдаться перед своей подчиненной и ему стало смешно.
— Что Вы смеетесь? – нахмурилась Вера.
— Да, вот, сейчас поймал себя на мысли, что Вы заставили меня оправдываться! Вот она - женская сила, – поднял палец вверх директор и Вера тут же улыбнулась.
— Вера, у меня есть одна просьба. Давайте перейдем на “ты”. Пусть на работе останется все так, как есть, а вот вне работы, когда будем видеться, то….
— А мы будем видеться вне работы? – широко открыла глаза женщина.
— А разве нет? — Михаил уставился на Веру и пристально смотрел ей в глаза, пока она не отвела взгляд:
— Я не знаю, Михаил, если у Вас… у тебя есть время и тебе хочется видеть меня, нас… – Вера покраснела и опустила глаза. В этот момент Михаил понял, что, тоже, нравится ей.
— Я очень хочу видеть и тебя, и Никиту… и Лидию Ивановну, – ударил ладонями по столу Михаил, – я совсем забыл! Она ведь приехала, правда?
— Приехала, – кивнула одними глазами Вера, – и я хотела сказать Вам…. тебе большое спасибо! Мама Лида очень близкий для меня человек. Сейчас, когда никого из родных не осталось, когда “ушел” папа, мама Лида - это спасение для меня. Тем более, что она, тоже, одинока и я вижу, что рада оказаться рядом с нами. Но как тебе удалось найти ее?
— Я - внимательный слушатель, Верочка, – как же приятно называть ее “Верочка”, подумал мужчина, но вслух продолжил другими словами, — когда ты позавчера рассказала мне о своей жизни, о детстве, то кроме родителей, я отметил еще одного человека, кто был добр к тебе. Это Лидия Ивановна Сухорукова - твоя воспитательница. Информацию я передал начальнику службы безопасности и его ребята быстро нашли пенсионерку Сухорукову, которая помнит тебя, любит и с радостью согласилась помочь. Причем, как ты правильно заметила, Лидия Ивановна одинока, поэтому с радостью ухватилась за наше предложение. Ты рада, Верочка.
– Очень! Очень рада! Никто и никогда для меня не сделал столько хорошего, как ты Михаил, – женщина снова покраснела, а Калинин облегченно вздохнул и осмелел:
— Можно сегодня вечером приехать к вам в гости? Хочется познакомиться с Лидией Ивановной.
— Конечно, – кивнула Вера, — с радостью примем тебя дома.
Лидии Ивановне Калинин понравился. Воспитательница долго благодарила мужчину, даже, всплакнула и долго не отпускала, рассказывая о том, какая Верочка была в детстве, вспоминала некоторые моменты из жизни своей воспитанницы, ну, а когда в виде Ивановна достала альбомы с многочисленными фотографиями своих воспитанников, среди которых была и Вера, Калинин и хозяйка квартиры переглянулись и закатили глаза:
— Лидии Ивановны, Давайте в следующий раз? Михаил обязательно приедет к нам ещё. Правда, Миша? — Вера многозначительно посмотрела на Михаила.
— Да, конечно! Я теперь буду часто в гостям в вашем доме, — засмеялся Михаил.
— Серьёзно? — удивлённо приподняла бровь воспитательница, — Вам, наверное, нравится наша Верочка?
— Лидии Ивановна, ну что вы такое говорите? — Вера покраснела как вареный рак.
— Всё правильно говорит Лидия Ивановна, — покачал головой Калинин, — мне действительно очень нравится Верочка, Лидия Ивановна, а ещё нравится ваши пирожки. Офис компании расположен в 2 минутах от вашего дома, Так что я часто буду захаживать на пирожки.
— Приходите, мой дорогой, — приложила руки к сердцу Лидия Ивановна, — для меня, старухи, это такая радость — видеть вас, молодёжь, общаться с вами, дети мои.
— И со мной? — радостно спросил Никита.
— С тобой, дорогой, в первую очередь! Ты в этом доме — главный человек, хотя ты этого пока не понимаешь.
Вечер прошел прекрасно. С этого дня Михаил Калинин, действительно, стал частым гостем в доме Гавриловых. Если он, по какой-либо причине, был занят, то кого-то уже даже не хватало в этом доме. А удивлённая Лидия Ивановна разводила руками и спрашивала:
— А где Миша? У меня стол накрыт. Он что же сегодня, не будет ужинать дома?
— Лидия Ивановна, Вы иногда, действительно, заговариваетесь! Миша не должен ужинать у нас каждый день. У него есть своя семья — мама, папа, бабушка, тётя там какая-то, — рассердилась Вера.
— Понятное дело, — тяжело вздохнула Лидия Ивановна, — у каждого человека есть твоя семья. Только что то мне кажется, что скоро в эту семью войдёшь и ты Верочка. Не просто так он здесь ошивается.
— Что значит ошивается? Лидия Ивановна, право слово, Ну что же Вы? — всплеснула руками Вера.
— Да, ладно тебе - к словам придираться, — махнула рукой Лидия, — любит он тебя и пора познакомиться с его семьей. Выяснить что за люди, как относятся, какие между ними взаимоотношения в доме. Я тебя лишь бы кому не отдам, дорогая моя.
— О чем Вы говорите, мама Лида? — в глазах воспитанницы вдруг появилась вселенская грусть, -- Вы забыли, что я замужем?
— Да, где же он - муж твой? — посмотрела по сторонам воспитатель, – а-у, муж, ты где? Сбежал он, Верочка, бросил тебя в тяжелое время, а значит и не муж это вовсе, а предатель. Гнать такого поганой метлой!
— По документам он муж и от этого никуда не деться, —тяжело вздохнула Вера, поднялась со стула и начала собираться ко сну.
— Разведись с ним, Верочка, — буквально, шёпотом произнесла Лидия Ивановна и широко открыла глаза, — подай заявление на развод и дело с концом! У тебя новые отношения намечаются.Такой шикарный мужчина в тебя влюблён — настоящий рыцарь! И нам с Никитой нравится. Тем более, обеспеченные, умный, галантный, заботливый, а красавец какой — умереть не встать.
— Ну, Вы уж захвалили Мишу, — тихонько засмеялась Вера, хотя, она была полностью согласна со своей воспитательницей, — не так уж это и просто развестись с тем, который ушел из дома!
— Почему же? -- удивленно приподняла бровь мама Лида.
— Потому что законы! Потому что в правовом государстве живём, а не в лесу. Для начала нужно человека признать без вести пропавшим и делается это через суд. Заявление можно подать, если человек не нашёлся в течение года и не проживал весь этот год по адресу. А Серёжа ушёл из дома всего лишь 2 месяца назад.
******
Долгое время, Вера отказывалась от знакомства с семьей Михаила и, в основном по той причине, что она считала себя замужней женщиной. И хотя отношения между Михаилом и Верой были уже достаточно близкими, женщина не могла переступить через себя:
— Я ведь замужняя женщина, что я скажу твоим близким? Скажу, что мы - любовники и у меня муж есть? – заламывая пальцы, спросила Вера.
Михаил подошёл к возлюбленной и взял её за руку:
— Что-нибудь скажем, Верочка, — грустно улыбнулся мужчина, — ты не знаешь ещё мою семью. Они у меня замечательные и очень полюбят тебя, потому что ты самая лучшая в мире. Муж бросил тебя с ребёнком, когда ваша семья находилась в очень тяжёлом положении. Формально он твой муж, но на самом деле уже давно таковым не является. Ты — моя женщина, моя жена, моя возлюбленная и мне не важно, что написано в каких-то там документах.
— Ни в каких-то там, а в самых настоящих. Миша, ну как ты не понимаешь Это же грех - замужней женщине жить со свободным мужчиной.
— Любовь —- это не грех и в моей семье это понимают. По-моему, Верочка, это понимают все, кроме тебя.
Разговор снова и снова заходил в тупик. Дома, Михаила уже не трогает. В семье понимали — что-то происходит, но что конкретно — об этом у Миши даже не спрашивали. Молодой человек нервничал, иногда срывался, если его спрашивали о Вере. Бабушка, мама, и папа решили оставить его в покое. Но однажды ситуация круто изменилась. Было это так:
Вечером, когда Михаил и Вера, как обычно, пришли домой на ужин, а мама Лида подала вкуснейший жульен, в дверь квартиры Гавриловых постучали. На пороге стояла соседка Баба Маша и Лидия Ивановна сразу же пригласила соседку к столу. Чего-чего, а гостеприимства у мамы Лиды не отнять:
— Заходи, Маша, а мы как раз ужинать собрались. Миша с Верой пришли с работы, — подмигнула мама Лида и потащила соседку к столу.
— Ой, нет, Лида, я же по делу! — замахала руками соседка.
— Одно другому не мешает. Такого жульена ты никогда в жизни не пробовала, — Лидия Ивановна подняла указательный палец вверх.
— Жульен я вкуснее готовлю и ты даже не спорь, — поджала губы соседка, но тем не менее прошла к столу, — Добрый вечер, Верочка. Добрый вечер, Миша.
— Баба Маша, завтра Вам привезут рассаду, кивнул головой в знак приветствия Михаил.
— Ой, сынок, — баба Маша схватилась за сердце, — как же мне благодарить тебя? Слушай, а может твои архаровцы и на дачу меня завтра подкинут?
— Ну, ты, Мария и наглая, — ударила себя по бокам мама Лида.
— А что такого? И ты, Лида с Никиткой собирайтесь. Выходные на даче у меня проведем, воздухом подышите. Лето ведь на пороге!
— Ура, —закричал Никита, — мы поедем на дачу к бабе Маше.
— Это как мама решит, — подмигнул Михаил мальчику.
— Мамочка, можно? — сложил ладони словно молитве, Никита.
— Хорошо, поедете, — кивнула Вера и улыбнулась. Ей сейчас было очень хорошо. Она чувствовала себя в своей семье, которая ассоциировалась с некоторых пор только с Михаилом, а не с Сергеем.
— Значит, завтра ровно в восемь будьте готовы! — потер ладони Михаил, — к восьми машина будет у подъезда!
— И рассада? – покосилась баба Маша.
— И рассада, – засмеялся Миша.
Некоторое время ели молча. Баба Маша с удовольствием съела полную тарелку и попросила добавки, но после ужина, отказалась признать первенство за Лидией Ивановной, – и, все-таки, у меня жульен вкуснее. Я в него секретный ингредиент добавляю, только рецепт не спрашивай. Не дам, – деловито сказала соседка.
— А вот мы, значит, всей семьей в следующий раз к тебе на ужин придем и жульен твой “секретный” попробуем, – ухмыльнулась Лидия Ивановна.
— Ой, да что ты, Лидушка, – махнула рукой баба Маша, — не стоит беспокоиться, я рецепт тебе дам.
Присутствующие переглянулись и громко засмеялись. В общем, ужин прошел в теплой дружеской обстановке, а когда Вера подала чай и заварные пирожные, баба Маша, наконец-то, сказала:
— Вообще-то, Веруня, я по делу пришла, – женщина опустила глаза и вздохнула, — только вот слишком уж оно деликатное. Не знаю, можно ли при Михаиле говорить.
Вера сразу все поняла и отвела сына в детскую, а заодно отнесла чай, конфеты, пирожные и включила любимые мультики. Вернувшись на кухню, женщина посмотрела на соседку:
— Что же там такого? – испугалась Вера, — у меня от Миши секретов нет, но если дело касается Вас лично, то можем в комнате поговорить.
— Меня оно не касается, а вот тебя - точно, — пенсионерка прищурил один глаз и сделала глоток чая , – ох, горячий!
— Мария, не тяни, – строго произнесла Лидия Ивановна.
— Я и не тяну, – снова вздохнула соседка, — Сергея я сегодня видела.
— Какого Сергея? — растерялась Лидия Ивановна.
— Ну, что ты, Лида! Мужа Веры нашей - вот какого, – рассердилась баба Маша.
— Где же Вы его видели? Это точно он? — схватилась за сердце Вера.
— Он! С бабой какой-то. Идут в обнимку, улыбаются. На центральном рынке видела. Клубнику раннюю выбирали. И так вот, прям, он ей клубничку подает, а она ест из его рук, – скривилась баба Маша, – бессовестный! Жену бросил, сына, а теперь кривляется ходит по рынку.
— Да, может быть, это и не он? — снова спросила Лидия Ивановна.
— Вот, так и знала, Лида что ты сомневаться будешь, – ткнула указательным пальцем соседка, – поэтому и сфотографировала!
Баба Маша достала носовой платок, аккуратно развернула его, достала смартфон и надела очки:
— Вот, – приподняла телефон соседка, — фирменная вещь! Внук подарил на День рождения. Смотрите, – пенсионерка включила экран, зашла в фотогалерею и предъявила доказательства - несколько четких фотографий.
Все присутствующие, кроме Михаила, подошли к соседке и заглянули в телефон. Вере хватило пары секунд. Женщина тут же отошла, села на свое место и низко опустила голову.
— Ну, Верунь, что? – с замиранием сердца спросил Михаил.
— Он это, – коротко кивнула хозяйка квартиры, – Сергей Викторович Живоглотов!
— Живоглотов? – удивился Михаил.
– Да, именно так. Он ведь мою фамилию взял, когда мы расписывались. Сказал, что намучился со своей фамилией. Все жизнь смеются да издеваются, прозвища придумывают. Уж, лучше, говорит, Гавриловым буду. Знала бы. что он такой подлец, ни за что бы не позволила папину фамилию взять, – вздохнула Вера, — ведь, даже, когда разведемся, он вправе будет носить фамилию моих родителей приемных.
—- Обязательно разведетесь, обязательно! — сразу же сказал Михаил, — я сегодня же свяжусь с начальником службы безопасности и его найдут, Верочка. Если сам не захочет развестись, заставим, — сурово посмотрел куда-то в сторону Михаил.
— Ой, Миша, только не бейте его, – схватилась за сердце Вера, он ведь подлый очень, в полицию пойдет. Неприятности потом у тебя будут!
— Не волнуйся, Верочка, все будет хорошо, – Михаил накрыл ладонь возлюбленной, своей ладонью.
А когда они остались наедине и Вера пошла проводить Мишу, он не выдержал и обнял ее, прижал к стене на лестничной площадке, поцеловал крепко и улыбнулся:
— Ну, что, жив Сергей, а значит скоро развод состоится, – улыбнулся мужчина.
— Ой, Миша, его ведь еще найти нужно! — обняла возлюбленного Вера и теперь уже сама поцеловала.
— Ерунда! Дело времени. Все решу, милая, — Михаил зарылся в волосы женщины, – как же мне не хочется уезжать от тебя. Так бы и стоял здесь у лестницы.
— Мы же не влюбленные подростки, Миша! – улыбнулась Вера.
— Да, но ведем себя именно так, — тихонько засмеялся молодой человек, — сколько мы еще будем вот так? Хочу, чтобы мы жили вместе, чтобы ты поскорее стала моей женой.
— Потерпи, милый, – с грустью в глазах произнесла Вера, — скоро так и будет. Вот разведусь и сразу заявление в ЗАГС подадим. А пока…. — Вера хитро посмотрела на возлюбленного.
— Что? Ну. говори же…
— Я согласна познакомиться с твоей семьей, – с улыбкой сказала Вера, – Лидия Ивановна и Никита будут следующие три дня на даче, так что мы можем поехать к тебе, если меня, конечно, пригласят.
— Если пригласят? – удивился мужчина, — да, тебя ждут каждый день! – засмеялся Миша.
Это была правда! Семья Калининых с нетерпением ждала знакомства с Верой и едва Миша сообщил своим близким об этом, как Веру пригласили на ужин на следующий же день.
Вся семья, да и сама Вера с нетерпением ждали встречи, только никто из них не знал, чем закончится это знакомство…