В 1963 году издательство «Молодая гвардия» продолжило серию ежегодников отечественной фантастики. Второй выпуск, «Фантастика, 1963 год», оказался не только успешным, но и одним из самых удачных за всё время существования серии. В состав сборника вошли произведения двенадцати авторов, десять из которых оставили заметный след в истории советской фантастики, а некоторые так вообще стали её классиками. Среди них братья Стругацкие, Илья Варшавский, Исай Лукодьянов и Евгений Войскунский, Анатолий Днепров, Еремей Парнов и Михаил Емцев, Владислав Крапивин, Александр Полещук, Владимир Григорьев.
С обложки в суровых зелёно-чёрных тонах на читателя взирает строитель коммунизма, изображённый в плакатном стиле, более подходящем для агитационных брошюр. Заголовок расположен в левой стороны и развёрнут по вертикали. Буква Ф в названии выделена яркой красной подложкой. Более никаких изысков, тем более иллюстраций в оформлении не наблюдается. Оформил книгу художник Владимир Нагаев. К фантастике он обращался довольно редко, известно оформление двух книг Немцова.
Редактирует сборник Белла Клюева. Томик стандартного формата в твёрдом картонном переплёте получился довольно объёмным, 368 страниц. Тираж ему положили по тем временам невеликий, 75 тысяч экземпляров, видимо ещё сомневались, каким будет спрос. Печатали книгу в Москве, в издательской типографии «Красное знамя». В печать подписали в начале ноябре, что значило, в продаже она появится уже в следующем году. Цена была весьма демократичной, доступной даже школьнику – 68 копеек.
На обороте титульного листа расположена эмблема издательской серии «Приключения Путешествия Фантастика» а также имя составителя – К. Андреев.
В первом выпуске, который составлял тот же Андреев, вместо предисловия/послесловия была напечатана программная статья о фантастике Ивана Ефремова. Зато во втором Кирилл Константинович взял реванш и разразился пространным текстом на полтора десятка страниц под названием «Бег времени», большую часть которого составили рассуждения обо всём на свете, разве что о сургуче и капусте умолчал. Несколько удивило применение термина астронавт в контексте первого полёта в космос.
Во второй части предисловия, ближе к концу, Андреев переходит собственно к фантастике, причём некоторые его роложения стоит процитировать:
«Подлинная современная фантастика, в какие бы одежды она не рядилась, это окружающая нас необыкновенная реальность, а не выдумка и не или игра ума». Советская фантастика «качественно стала совсем иной. Из детского чтения она превратилась в один из отрядов огромной советской литературы – на равных с другими правами». Здесь следует отметить, что теоретик фантастики и специалист по Жюлю Верну считает всю фантастику как минимум довоенного периода детским чтением, а также наивно декларирует отношение издателей и критики к фантастике, как мэйнстриму. Отмечает Андреев и отличия фантастического произведения от бытового романа:
« Ведь нельзя описывать борьбу за завоевание высопотемпературной плазмы языком Тургенева»(!). Однако и в этом потоке фантастического реализма можно обнаружить интересные моменты, но, это уже другая история. Забавны упоминания некотрых литераторов, которых Андреев относит к популярным фантастам – Ф. Кандыба, А. Глебов...
Всё же, рассказывая о фантастике именно 1962 года, он хвалит Стругацких, Войскунского с Лукодьяновым, Днепрова, Гансовского, правда более всего уделяя внимание Гору. Завершает предисловие Андреев словами, с которыми нельзя не согласиться:
«Молодая фантастика полна сил. Она наступает, она борется, она непобедима, потому что за ней будущее».
Открывает антологию повесть Еремея Парнова и Михаила Емцева «Уравнение с Бледного Нептуна». Авторы замешали жёсткую научную фантастику на антифашисткой теме. Для вящей наукообразности текст в нескольких местах разбавили математическими формулами. Фамилии авторов даны не в алфавитном порядке, что указывает ведущую роль в писательском тандеме Парнова.
Повесть «Чёрный столб» бакинцев Войскунского и Лукодьянова посвящена исследованиям земных глубин, о которых авторы говорят:
« ...что мы знаем о земных недрах? Мы знаем, и то прескверно, тонкий лист бумаги, наклееный на глобус». Сверхглубинное бурение приводит к неожиданным результатам. Сюжет не нов, вспомнить хотя бы А.К. Дойла, но авторы сумели найти интересный поворот темы, правда без подвига с трагическим концом не обошлись, что довольно типично для фантастических произведений о международных проектах, в которых мир спасают советские специалисты. Практически одновременно повесть вышла в одноимённом сборнике фантастики издательства «Знание» (1963) , в то время ещё не ставшим серийным.
«Я иду встречать брата» Владислава Крапивина, по видимому первая, и весьма успешная, попытка автора выступить на поле научной фантастики, можно сказать проба пера. Прочитав этот рассказ я воспринимал Крапивина исключительно как писателя-фантаста и на протяжении долгого времени недоумевал, где же его новые фантастические пооизведения. Однако прошло два десятилетия, прежде чем писатель, не отходя от подростковой проблематики вновь обратился к фантастике, теперь уже всерьёз и надолго.
Небольшая парадоксальная новелла
«О странствующих и путешествующих» Аркадия и Бориса Стругацких с их любимым героем космодесантником Леонидом Горбовским показывает неожданный взгляд на контакты с цивилизациями, стоящими на более высоком уровне развития. Включена во второй вариант повести «Полдень, XXII век» 1967 года.
Довольно мрачная шутка Анатолия Днепрова «Когда задают вопросы» показывает неожиданный взгляд на природу памяти. Впрочем, каков вопрос, таков и ответ. Рассказ не раз переиздавался, в т.ч. в совместном со Стругацкими выпуске «Библиотеки приключений» (том 17/1969).
В сборник вошли три рассказа Ильи Варшавского. Все они невелики по объёму, но такие количественные показатели на качество текстов у Варшавского если и влияют, то только в положительную сторону. Среди них подборка космических новелл, в диапазоне от трагического до комизма, в т.ч. знаменитые «Неедяки» и юмористические рассказы на биологическую и кибернетическую тематику.
Глеб Анфилов, ответственный секретарь журнала «Знание – сила», занимавшийся в основном научпопом и пробовавший силы в фантастике, представил рассказ «Эрэм» об эмоциональном, почти одушевлённом роботе и бездушных людях, ранее опубликованный в журнале «Знание – сила» (#6/1962).
Анатолий Глебов и Александр Полещук обратились к античной теме, сделав героями своих поизведений Демокрита и Гомера. Более эти произведения не публиковались в советский период, но... рассказ Полещука «Тайна Гомера» был переведён на ряд иностранных языков.
Владимир Григорьев выступил с произведением оригинального жанра, определённого как «юморо-фантастическая быль», на тему хроноклазма под названием «А могла бы и быть». Юмористический подход к путешествиям во времени был тогда довольно популярен. Первая публикация состоялась в журнале «Техника – молодёжи» (#11/1963).
Тему хронопутешествий продолжают Парнов и Емцев с рассказом «Снежок», впоследствии включённый в антологию советской фантастики в серии «Библиотека современной фантастики»(БСФ, т. 14/1967).
Завершает сборник рассказ Ромэна Ярова «До свиданья, марсианин». Рассказ скорее лирический, его фантастическая составляющая происходит в мечтаниях юного героя о встрече с инопланетянами.
Имя Р. Ярова, довольно часто встречается в фантастике шестидесятых, а затем он исчезает с литературного горизонта. Причина кроется в эмиграции автора. Его единственное крупное пооизведение, роман посвящённый Аристотелю, был снят с печати, типографский набор рассыпан, и неясно даже, фантастический ли этот роман или же исторический.
P.S. Далеко не в первый раз обращаю внимание на любопытную деталь, в книгах тех лет, в одном и том же издании часть авторов публикуется с полными именами, часть только под инициалами. В данном сборнике лишь четыре автора публикуются с полными именами: Аркадий и Борис Стругацкие, Глеб Анфилов, Анатолий Глебов и Владимир Григорьев. Имена остальных, включая составителя, обозначены инициалами.