Автор воспоминаний – Алёна.
Мне тогда едва исполнилось восемь лет, я только-только пошла во второй класс. Стояла ранняя осень, и в улусный центр съезжались первые школьники, нехотя возвращаясь с затянувшихся летних каникул. Народу в школе было ещё совсем мало. На дворе увядала природа, и в наших классах было прохладно – помещение ещё не отапливалось. Поэтому все уроки завершились до полудня.
В тот день всё как-то сразу, с самого утра, пошло наперекосяк. Только вышла из дома – вспомнила, что оставила сменные кроссовки. Побежала обратно. Снова пошла – и уже на полпути поняла, что пенал остался на столе. Пришлось возвращаться во второй раз. Должно быть, из-за этой суеты и беготни на втором уроке мне внезапно стало не по себе: к горлу подкатила тошнота, сердце бешено заколотилось. Едва успела выскочить из класса в туалет. Голову раскалывало от дикой боли. Учительница, посмотрев на мой бледный вид, тут же отвела меня за руку к школьному фельдшеру, и после осмотра меня поскорее отправили отлёживаться домой.
Для восьмилетней девочки мой дом стоял прилично далеко – добрых один-два километра, или, как говорила по старинке моя бабушка, целая верста. После затяжных осенних дождей привычную дорогу вдоль речки развезло так, что там образовалось сплошное грязное месиво. Пришлось идти поверху, в обход, огибая косогор по возвышенности.
И вот, когда я, уставшая и бледная, едва волоча ноги, уныло плелась по этой бесконечной дороге, мой взгляд внезапно зацепился за знакомый “УАЗик”, припаркованный у склада райпо. Ошибки быть не могло – это была машина моего дедушки, который всю жизнь трудился там шофёром. Моё сердце подпрыгнуло от радости: «Ура! Дедушка подвезёт!». Позабыв про сильную головную боль, я припустила к машине изо всех сил, то переходя на бег, то снова шагая. Долетела за минуту. Подбежала ближе и сквозь стекло увидела за рулём родное дедушкино лицо – от облегчения у меня аж слёзы навернулись на глаза.
Я подбежала и сразу дёрнула ручку передней пассажирской двери, но замок не поддался. Дедушка даже не повернулся, словно и не заметил, что кто-то подошёл к машине. Я дёрнула ручку ещё раз – никакого внимания. Тогда я обошла “УАЗик” со стороны водителя и изо всех сил застучала кулачком по стеклу:
– Дедушка! Дедушка, открой дверь!
Только тогда он медленно повернул голову. Увидев меня, он ласково улыбнулся, его лицо посветлело. Но стоило мне потянуться к ручке, чтобы запрыгнуть в тепло салона, как он мягко остановил меня.
– Твой дедушка ушёл далеко... – тихо сказал он.
Вместо того чтобы открыть дверь, он стал расспрашивать сквозь открытое стекло, как мои успехи в школе и почему меня отпустили так рано. Напоследок он добавил: «Старайся, внученька, учись хорошо и никогда не болей». А потом высунулся и как-то странно, будто прощаясь, нежно поцеловал меня прямо в лоб.
От этого его поцелуя и тихих слов меня вдруг обдало такой волной необъяснимого волнения, что сердце сжалось, а из глаз хлынули слёзы. Чтобы не показывать дедушке свою минутную слабость, я быстро отвернулась, шмыгнула носом и на ходу бросила: «Ты мне вечером гостинец только привези!». И, не оборачиваясь, побрела дальше по раскисшей дороге в сторону дома.
Когда я наконец дошла до дома, то замерла у ворот: у нашего двора стояли две машины. И одна из них – тот самый дедушкин “УАЗик”. Едва я взглянула на него, как моё детское сердце обожгла горькая, злая обида. «Значит, обманул меня дедушка! Нарочно в тёплую машину не пустил, заставил больную пешком по грязи тащиться!» – думала я. Глотая подступившие слёзы и крепко сжав зубы, я с размаху распахнула входную дверь и ворвалась в дом.
На веранде меня встретила странная, пугающая тишина. Большое зеркало, висевшее напротив вешалки, почему-то было наглухо занавешено плотной тёмной тканью. Из зала доносился чей-то приглушенный, едва слышный шёпот. Мой старший брат и невестка с заплаканными лицами растерянно ходили туда-сюда из комнаты в комнату.
Услышав хлопок двери, в коридор быстро вышла мама. Увидев меня, она вдруг бессильно упала передо мной на колени, судорожно, до боли прижала к себе и тихо произнесла слова, от которых у меня застыла кровь:
– Доченька... Нашего дедушки больше нет. Час назад в гараже сердце прихватило...
И только тогда я вспомнила закрытую дверь “УАЗика” у склада райпо и его тихий, прощальный голос: “Твой дедушка ушёл далеко...”
В голове не укладывалось: как же так? Мне хотелось крикнуть, что они все врут, что это какая-то глупая, жестокая шутка... Но тяжёлый, застывший в воздухе дух горя, воцарившийся в доме, безмолвно доказывал обратное. Да и разве стали бы взрослые играть с таким страшным грехом? Но и поверить в смерть дедушки я не могла – ведь всего несколько минут назад мы разговаривали с ним у ворот райпо! Он был там, живой, в своем “УАЗике”...
И всё же чудо не случилось. Дедушки действительно больше не было с нами. Окончательно я осознала это и поверила, лишь когда зашла в его комнату и увидела, как он неподвижно лежит на кровати – бледный, скрестив руки на груди.
...Прошли годы. Став взрослой и всё переосмыслив, я решилась рассказать маме о той нашей странной встрече у склада. Мама выслушала меня, на мгновение задумалась, а потом тихо ответила:
– Ол аата эһэҥ кэлэн, бырастыылаһан, оҕотун – тапталлаах сиэнин сыллаан бардаҕа... Это значит, доченька, что дедушка перед дальней дорогой приходил с тобой попрощаться. Пришёл, чтобы обнять и поцеловать свою самую любимую внучку.
Жизнь – удивительная и загадочная вещь. В ней порой случается то, о чём человеческий разум даже помыслить не может. Но любовь близких, кажется, способна преодолеть даже границу между мирами.
Алёна.
Перевод с якутского языка и редактура: Айсан. Материал подготовлен из личного издательского архива журналиста.
Уважаемые читатели! Если эта история тронула ваше сердце, пожалуйста, поддержите канал лайком и подпишитесь. Это помогает алгоритмам Дзена находить новых читателей для наших невыдуманных историй.
Как вы относитесь к подобным необъяснимым, таинственным знакам прощания? Считаете ли, что подобное могло произойти на самом деле? Делитесь своими мыслями, воспоминаниями...
#Якутия #мистика #невыдуманныеистории #рассказы #семейныеузы #сибирь