Закон. Мы привыкли, что закон — это основа общества, то, на чем и как строится общество; закон — это то, без чего общество существовать не может. Ну действительно, если взять теоретическое общество, существующее без законов, вот просто вообще без законов, без каких бы то ни было правил, табу, запретов, ограничений, традиций, норм морали, норм общественного устройства — да вообще без любых норм, чем будет такое общество? У нас тут же возникнет страх: страх неопределенности, страх того, что неизвестно, что и как делать, а главное — страх того, что мы ничем не защищены, что с нами кто угодно может сделать что угодно и ему за это ничего не будет. Именно на этом страхе зиждется та самая пугающая картинка «анархии», которую нам старательно рисуют политологи, законники и прочие сторонники государственного контроля и установок «сверху». В данной ситуации мы воспринимаем себя слабыми, беззащитными и способными подвергнуться насилию со стороны любого, кому в голову взбредет. Сам факт того, что люди так боятся «беззакония», подразумевая под этим опасность и неопределенность, активно используется для внедрения мысли, что закон необходим, а следовательно, необходима власть, диктующая и контролирующая закон.
Но давайте разберемся с тем, что такое закон, чем он должен быть и чем является на самом деле. Естественно, общество не может жить без каких-то рамок и правил, которые устанавливают нормы поведения людей в данном обществе. Нормы и правила вырабатываются сами собой, исходя из общих представлений: что правильно, что неправильно. Обычно это народные нормы, по которым на самом деле и живет общество. Ударить кого-либо просто так — неправильно, взять чужое без спроса и разрешения — неправильно. Не потому, что продиктовано придуманным кем-то законом, а потому, что так думает большинство, потому что такие нормы оберегают самого человека от нежелательных действий других людей. Если я не хочу этого, то, естественно, и мне самому не нужно так поступать; такой поступок будет неправильным не только по отношению ко мне, но и по отношению к другим. Конечно, всегда находятся те, кто такие нормы не принимает и пытается их обойти, тогда общество вырабатывает какие-то ответные меры, дозволенные в данной ситуации. Если меня ударили, я имею право ударить в ответ, и это будет правильно. Если кто-то взял мою вещь, он должен ее вернуть и извиниться или заплатить за ее использование без моего спроса. Закон изначально формировался не на пустом месте, не придумывался каким-то философом из одной головы. Изначально закон письменно подтверждал, устанавливал и утверждал существующие устные нормы, нормы, принятые самим обществом. Иначе он не был бы принят народом. Да, конечно, прописывая эти нормы, с которыми все будут согласны, различные цари, короли и философы внедряли в них и свои взгляды, свои желания, свои установки. Если правильно, что нельзя убивать любого встречного, и за то ждет наказание, то так же будет правильно и то, что королю нужно платить подати, ведь это описано в одном законе, в одном своде законов.
И все же помните высказывание «государство — это я»? Незабвенная фраза французского короля вполне описывала реальную ситуацию. За века существования общества люди привыкли, что есть закон: он нужен, он оберегает от нарушений, нежелательных действий, которые сами люди не хотели бы совершать. Они так же привыкли, что в законе могут быть и действия, которые не хотелось бы выполнять, но приходится, потому что это закон, а следовательно, это правильно. Я не хочу отдавать свои деньги королю, но нужно, потому что так указано в законе. Закон принял иную форму. Закон, устанавливая правила, стал устанавливать кару за их нарушение. А следовательно, необходимым и оправданным ради поддержания закона стало наличие государства — того, кто следит за соблюдением закона и карает оступившихся. Со временем понятия правильности и неправильности установленных норм размылись. Правильным стало не то, что желательно и устраивает народ, а то, что сказано в законе. А закон писал кто? Изначально — король. Ну, не собственной рукой, конечно. Писали писари, как правильно сформулировать, подсказывали советники, но закон был в руках короля, в руках власти как таковой. Таковым он остается и сейчас.
Время королей с их единоличной властью ушло в прошлое (ну или почти ушло, не считая некоторых до сих пор существующих монархий, да и то там, как правило, короли больше похожи на музейные реликвии: красиво, традиционно, но реальной власти — около нуля). Им на смену пришли республики. Казалось бы, проблема решена. Если король занимался, по сути, самоуправством (в самом прямом смысле: что хотел, то и делал законом), то республика — штука сложная, штука демократичная и вроде бы как народная. Казалось бы, люди выбирают своих представителей, которые должны отстаивать их интересы, поддерживать и продвигать то, что нужно людям, их избравшим. Но происходит ли так на самом деле? Естественно, нет! Законы принимаются кучкой избранных представителей, которые после избрания про своих избирателей забывают напрочь и блюдут свои интересы, оправдывая все политической необходимостью, важными государственными нуждами и интересами мирового масштаба. Люди ставятся на уровень глупых, ничего не понимающих ни в политике, ни в законодательстве невежд, которые неспособны понять важность не нравящихся им законов. Как результат, мы получаем народ, живущий по правилам и нормам, установленным кучкой людей, — правилам и нормам, которые этих людей даже близко не устраивают. Главное — что они устраивают создателей закона. Король или кучка депутатов — разница невелика. Власть одного сменилась властью нескольких десятков, сотен, пусть даже тысяч, а в стране живут миллионы.
А закон... закон может устанавливаться любой, такой, какой нравится той самой кучке. Когда говорят «закон есть закон», подразумевая, что, нравится — не нравится, нужно исполнять, ведь это законно, я бы посоветовала вспомнить законы, которые исполнялись, а потом вызывали ужас у будущих поколений. В гитлеровской Германии законным было отправлять в концлагеря евреев (да и не только их) лишь за то, что они евреи, чтобы там медленно их уничтожать. Совершенно законно во Франции по приказу короля (ведь король и есть закон) была устроена Варфоломеевская ночь, когда вырезались тысячи протестантов лишь за то, что молились иначе, чем католики. Совершенно законно в США до 1865 года держали рабов и казнили их за попытку побега. Да и у нас торговали людьми на полных законных основаниях до 1861 года. Полностью на законных основаниях в Древнем Риме не только держали рабов, но и устраивали гладиаторские бои на развлечение публики, заставляя людей убивать друг друга на потеху зрителям. Не менее законным было у майя и ацтеков охотиться на людей в соседних племенах специально для того, чтобы приносить их в жертву своим богам — на этом была построена вся их цивилизация. Закон закону рознь, и не всё, что законно — хорошо. Закон может быть не только жестоким, но и преступным с точки зрения последующих поколений. Необходимость соблюдать такой закон — норма? Я сомневаюсь.
Но то, что скажут потомки, — другой вопрос. Вопрос в данном случае в том: логично ли следовать закону, не одобряемому большинством населения? Нелогично. А таких законов множество. Неповиновение им ведет к наказанию со стороны государства, так что их исполнять приходится. Каков же выход из этой ситуации? А выход прост. Законы не должны приниматься государством, не должны приниматься власть имущими, не должны приниматься кучкой тех, кто решил, что они имеют право диктовать нормы и правила другим. Закон должен быть в руках народа, всего народа. Только тогда законы не смогут быть антинародными. Только тогда законы станут соответствовать взглядам и нормам этого общества — реальным взглядам и нормам, а не желаниям власть имущих.
Другие мои ресурсы:
Группа ВК "Правильный Феминизм"
Сайт фонда ФППД "Факел Свободы"
Telegram канал "Социал-либертанство"