Дроны на передовой превратились в настоящий бич. Массированные налёты давно перестали быть редкостью, а традиционные средства противовоздушной обороны, заточенные под крупные и скоростные цели, пробуксовывают, когда речь заходит о рое маленьких и юрких беспилотников. Решение нашлось в Твери — разработчик Дмитрий Лыткин создал систему, способную без участия человека наводить беспилотник-перехватчик на цель, основываясь исключительно на данных радиолокационной станции. Это не просто очередной антидрон, это, по сути, компактный зенитный комплекс с искусственным интеллектом.
Давайте разложим эту технологию по косточкам, чтобы понять, почему она может изменить правила игры в борьбе с дронами.
Как это работает: РЛС + нейросеть + роевое мышление
Классический подход к перехвату дронов давно упёрся в потолок. Самый распространённый метод сегодня — когда оператор в очках виртуальной реальности, ориентируясь по картинке с камеры собственного дрона, пытается догнать и протаранить чужой. Это требует высочайшего мастерства и железных нервов. А что будет, если таких целей десяток, и они заходят с разных сторон? Никакой оператор не справится.
В основе разработки Лыткина лежит принципиально другой подход. Вся операция разбивается на четыре автоматизированных этапа.
Первый этап — обнаружение. Наземная радиолокационная станция засекает малоразмерную воздушную цель и в автоматическом режиме вычисляет её координаты, скорость, фазовые характеристики и параметры движения. Тут же происходит первичная фильтрация данных — отделение реальных угроз от помех и ложных целей.
Второй этап — передача данных. С РЛС информация в зашифрованном виде уходит напрямую на борт беспилотного перехватчика по высокоскоростному радиоканалу. Именно «напрямую» здесь ключевое слово — исключается промежуточный пункт управления и, соответственно, человеческий фактор.
Третий этап — интеллектуальная обработка. Получив целеуказание, дрон-перехватчик подключает собственные датчики — акселерометр, гироскоп и, что самое важное, встроенный персептрон. Это нейросеть с несколькими скрытыми слоями, способная в реальном времени прогнозировать траекторию цели, оценивать вероятность успешного перехвата и рассчитывать наиболее оптимальный манёвр для атаки. Алгоритм учитывает высоту полёта, силу и направление ветра, а также остаток энергии на борту. Это позволяет выбрать не просто кратчайшую, а самую энергоэффективную траекторию, которая гарантирует, что аккумулятора хватит до момента удара.
Четвёртый этап — поражение. Система выдаёт управляющий сигнал в виде вектора, который передаётся на исполнительные механизмы. Дальше дрон либо идёт на кинетический таран, либо, в зависимости от модификации, применяет направленный заряд. Как заявлено в реферате патента, «обеспечивается повышение вероятности уничтожения небольших дронов-нарушителей самолётного типа».
Но самая сильная сторона системы — это возможность создания роя. Патент предусматривает, что комплекс содержит не один, а множество беспилотных перехватчиков, работающих как единая сеть. Одна РЛС может одновременно наводить целую стаю дронов на групповую цель, что позволяет перехватывать не одиночек, а целые волны налётов. При этом каждый перехватчик автономен: потеря одного никак не сказывается на выполнении задачи остальными.
Хотя новость об изобретении появилась в СМИ только в мае 2026 года, сам патент Российской Федерации № 2854957 был опубликован ещё 22 января 2026 года. Патентообладателем указан лично Дмитрий Ильич Лыткин, а адрес для переписки — вполне конкретная квартира в Твери.
Это сразу переводит историю из разряда «очередной оборонный стартап» в разряд «гражданский изобретатель, который сделал то, до чего не додумались большие КБ». Фактически, это патент, который решает одну из главных проблем современной ПВО — как закрыть небо от роя дронов без необходимости строить дорогостоящие комплексы.
Если посмотреть на эволюцию подобных систем, становится понятно, что идея носилась в воздухе. Уже в апреле 2024 года гендиректор АНО «НПЦ "Ушкуйник"» Алексей Чадаев рассказывал ТАСС, что российские специалисты работают над скоростными дронами-перехватчиками, которые «при помощи искусственного интеллекта обнаруживают цель». А в 2025 году «Ростех» показал компактную РЛС для наведения БПЛА-перехватчиков с автономными системами электропитания и позиционирования. Но ни одна из этих разработок не была доведена до уровня полноценного патента с математически описанным алгоритмом. Лыткин же сделал ровно это — перевёл концепцию в конкретную техническую документацию.
Элементы ИИ: в чём именно заключается «интеллект» системы
Часто под «искусственным интеллектом» в военных разработках понимают обычную автоматику. Здесь случай иной. В патенте чётко указано использование персептрона — одной из базовых архитектур нейронных сетей. Это не просто программа, действующая по жёсткому алгоритму, а система, способная к обучению и адаптации.
В чём это выражается? Во-первых, в прогнозировании. Нейросеть не просто фиксирует текущее положение цели, а рассчитывает, где она окажется через несколько секунд, исходя из её скорости, траектории и манёвров. Во-вторых, в оценке вероятностей. Алгоритм анализирует, насколько вообще возможен успешный перехват, и если цель заведомо недосягаема, система не будет расходовать дрон впустую. В-третьих, в оптимизации. Перехватчик может выбрать маршрут атаки, который минимизирует энергозатраты, что критически важно для аппаратов с ограниченным временем полёта.
Наконец, в адаптации к помехам. В условиях активного применения РЭБ канал связи может быть нарушен, и тогда персептрон переходит на полностью автономный режим, полагаясь только на данные собственных акселерометра и гироскопа.
🔮 Эффект на поле боя и гражданские перспективы
Эта технология способна в корне изменить тактику борьбы с дронами. Представьте: вы устанавливаете одну РЛС и зарядную станцию с десятком перехватчиков. Всё. Дальше система работает сама. Как только РЛС обнаруживает цель, ближайший перехватчик автоматически стартует, получает координаты и идёт на таран. Без участия оператора, без командного пункта, без спутниковой связи.
Для гражданской инфраструктуры это тоже открывает новые возможности. Нефтеперерабатывающие заводы, атомные станции, аэропорты — все они могут быть прикрыты сетью таких автоматических постов, которые не требуют постоянного дежурства операторов.
Безусловно, технология ещё требует доводки. Наземная РЛС должна быть достаточно компактной и дешёвой для массового развёртывания. Персептрону нужно накопить базу учебных сценариев для повышения точности. Система связи должна быть защищена от РЭБ. Но ключевой шаг уже сделан: патент закрепляет саму идею автономного радиолокационного наведения роя перехватчиков, и это открывает дорогу для её практической реализации.
В конечном счёте, когда физик-ядерщик или разработчик дронов говорит «я знаю, как это исправить» и подкрепляет слова патентом, за этим стоит не просто инженерная смекалка, а глубокое понимание физики процесса и программирования. Лыткин показал, что талантливый изобретатель с паяльником и знанием машинного обучения способен предложить решение, до которого конструкторские бюро могут идти годами. Теперь дело за масштабированием. Если эта технология пойдёт в серию, небо над полем боя станет ещё более опасным для любой беспилотной техники противника.
Впереди лето и ещё больше интересного, подписывайтесь, чтобы не пропустить.