Когда старшие мальчишки были совсем маленькими, мы обязательно читали перед сном книжки. Это было наше любимое время на троих, без суеты, без отвлеканий, за закрытой дверью, с включённым ночником на стене. Некоторые я знала наизусть, могла с закрытыми глазами их “читать”, не забегая вперёд и не перелистывая страницы раньше-позже времени. Сыновья за этим строго следили)). Потому что уставшая Мама после работы могла зрительно выключаться, закрою глаза — и рассказываю, но книжку надо было озвучивать строго по страничкам, количеству оговорённых глав на вечер. Одна из самых любимых была “Мышонок Пик”. Мы перечитали её, наверное, сто тысяч раз. История, как маленького мышонка жизнь покрутила и пронесла через разные перепетии. Он чудом выжил и вернулся в дом, к ребятам, кто помог ему “потеряться”. Книжка была потрёпанная, прошла через много рук и чтений. Затертые страницы говорили, что она нравилась предыдущим хозяевам. Как она к нам попала, кто подарил — не помню. Но она стала для нас волшебным маячком, Пик — примером живучести и смелости. Вроде простая выдуманная история про мышонка, но запала в сердца. Я её недавно вспомнила. Надо не отчаиваться перед лицом трудностей. Ведь даже самое маленькое и беззащитное существо способно выжить в опасном диком мире благодаря храбрости и находчивости, а нам сам Бог велел..
Пройдет время, и я смогу говорить об этом периоде жизни без надрыва, спокойно. Объяснить, что творилось со мной, что кипело в голове, что обжигало сердце, как стонала душа, и как удалось через всё пройти.. Но пока я, как в давние времена, в Ромину болезнь, в дни принятия после его потери, записываю между строк, в блокноте, где уже нет живого места от эмоций. Складываю пояснения в сундук памяти под семь замков, прячу. Старый добрый сундучок, покрытый домотканой дорожкой половичком, из него тянет ароматом воспоминаний вперемешку с засушенными полевыми цветами, дурманит мятой. Такой стоял у Бабушки Кати в деревне в доме, он живет в моём сердце и помогает выжить. Пока я не готова писать подробно, каждый день, рассказывать, какова она жизнь сегодняшняя.. Она то покусывает, оголяя старые раны, то смазывает йодом, лечит добрым словом Солнечных людей. Даже своя болезнь после последних операций, реабилитации идёт очень сложно. Не так, как хотелось, не так, как напланировала в своей голове. Возможно, потому что свалилось всё в единый снежный ком в этот непонятный год. Кони, лошади, женщины, горящие избы.. Как у Некрасова..
Но жизнь иногда заставляет сделать шаг к пропасти. Заставляет встать на край и посмотреть вниз, глубоко вдохнуть и дышать, даже если больно и не хочется принимать какие-либо действия. Ступить туда, куда не планировала, вернее, откладывала, отодвигала.. Мои задумки и записывания будущей книги или книг идёт вперемешку. То записи про себя “от начала”, то про Рому, то про Диму. Я не могу определиться, смешать всё вместе или разделить на отдельные томики. А тут обстоятельства так сложились, что меня заставляют буквально застенографировать несколько лет жизни из далёкого прошлого. Мне нужно рассказать о временах, когда родился Дима, как рос, как учился. Подробно описать с доказательствами, кто в его жизни был, кто воспитывал, кто растил. Когда судья озвучила свои требования, мне словно сверху прошептали: “Ну вот, а ты всё откладывала болючие моменты воспоминаний. Теперь придётся. Пиши”..
Так совпало, что значимые походы по судам выпали на май. Тёплый, весенний месяц, со слезами на глазах, солоноватый на вкус и с горчинкой на губах. Каждое число ёкает по-своему. Раньше 19 мая был ярким и горьковатым, как руккола. Воспоминание, которое навсегда поселилось во мне, про отъезд в Москву с Ромой, про больницу с чудо-докторами.. В том году добавилось 20 мая — последний раз говорила, переписывалась с Димой..
Год, как не слышала тебя, Дорогой. В этот день закончились эсэмэски, говорящие кружочки, последние твои фото и любящие слова поддержки..
Я твержу себе: “Ты обещал.. Я жду.. И пусть иногда со слезами на глазах, я надеюсь и верю. Мой хороший, жду..“
И я всё равно обожаю май.. За последние звонки в школах, за красоту природы, за ночную трель птиц за окном, за дурманящий аромат черёмухи и сирени. Мне кажется, что он длиннее других, тянется, как жевательная резинка, наполняя жизнь новыми чувствами. Пусть послевкусие будет приятным..
Апрель для меня совсем другой.. Как жаворонок, он словно маленькая птичка, звонкая и быстрая. Месяц напоминание, с нижним подчеркиванием. Месяц ожидание, что вот-вот и случится.. Напоминание, как давно не виделись с Димой.. Я всё связываю, перемешиваю. Словно слепая, нащупываю точки по Брайлю, ищу алгоритм чтения в непонятных иероглифах судьбы, в книге жизни. Природа, погода, месяца расставаний, встреч. Жизнь с пузырьками в бутылке. Или бурлящий горный родник, который то бежит и журчит радостно, то прячется между камней и не хочет показываться... В этом году апрель пролетел для меня ракетой, в сравнении с маем. С задачами — невыполнимыми, одновременными и очень разными. Одни пугали, другие радовали. Я то окунулась в трудности, по намеченному плану: юристы, заявления, ожидание дней икс. То ждала заветной звёздочки в ежедневнике: “обязательно выполнить”, даже если сил не будет. Это было посещение выступления Внучки на соревнованиях по танцам и спектакль Младшего в кадетке. Два маячка помогли не увязнуть в болоте проблем, помогли не утонуть в суете дел, помогли замечать хорошее и верить. Помогли выжить в непонятную весну и не унывать от мысли, что уже год не видела Диму..
Радостные моменты, которые выдергивают, заставляют привести себя в порядок, вздернуть невидимый колпачок на макушке и улыбаться. Пусть их будет побольше, хоть и тяжело, но я справлюсь.. Вчера был чудесный праздник Вознесение, и с колокольным звоном в сердце звучало: последнее слово всегда за Господом.. Ведь Он не ушел, не оставил землю много лет назад. Он стал ближе к нам и навсегда с нами, и если мы обращаемся к Нему, то Бог сражается вместе с нами…