Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Алексей Святенький

Иван Тимбо: кореец с множеством лиц

В ходе своих генеалогических поисков я собираю воображамую коллекцию интересных людей. Этакий ЖЗЛ на минималках. Сейчас продолжаю работать по одной корейской семье из села Благословенное, о которой как-то уже писал. У них обнаружился примечательный родственник, чья судьба - это примерно как сериал для. Итак, встречайте: Иван Александрович Тим-бо (Ким). Кореец с русским подданством. Родился в далекой деревне на Амуре. Жил, учился и работал в Москве, Благовещенске, Харбине. Перебрался в 1921 г. в эмиграцию в Китай. Его дела хранятся в ЦГА Москвы и в фонде БРЭМ в Хабаровске. Человек с множеством лиц, ипостасей, профессий. Исходя из доносов японцев, которых на него набралось немало в архивном деле БРЭМ, он был: Переводчиком
Железнодорожником
Священником
Богословом
Педагогом
Лингвистом
Синологом
Зубным врачом
Советским шпионом (так думали японцы) После всех приключений в эмиграции он умудрился вернуться в СССР в 1950-х годах, переехал в Уфу и стал служить в одном из местных храмов. Удивляюс

В ходе своих генеалогических поисков я собираю воображамую коллекцию интересных людей. Этакий ЖЗЛ на минималках.

Сейчас продолжаю работать по одной корейской семье из села Благословенное, о которой как-то уже писал. У них обнаружился примечательный родственник, чья судьба - это примерно как сериал для.

Итак, встречайте: Иван Александрович Тим-бо (Ким). Кореец с русским подданством. Родился в далекой деревне на Амуре. Жил, учился и работал в Москве, Благовещенске, Харбине. Перебрался в 1921 г. в эмиграцию в Китай. Его дела хранятся в ЦГА Москвы и в фонде БРЭМ в Хабаровске. Человек с множеством лиц, ипостасей, профессий. Исходя из доносов японцев, которых на него набралось немало в архивном деле БРЭМ, он был:

Переводчиком
Железнодорожником
Священником
Богословом
Педагогом
Лингвистом
Синологом
Зубным врачом
Советским шпионом (так думали японцы)

После всех приключений в эмиграции он умудрился вернуться в СССР в 1950-х годах, переехал в Уфу и стал служить в одном из местных храмов.

Удивляюсь, как смог выжить этот человек-оркестр в самое непростое время российской истории.