Свершилось: певец Shaman жестко ответил на критику в свой адрес, которая возникла после того, как он перекрестился у собственного портрета в Твери. Что это было? Искренний жест верующего человека? Неловкий момент, вырванный из контекста? Или артист настолько заигрался в статус главной звезды патриотической эстрады, что уже перестал понимать, как это выглядит со стороны.
«Отвечать буду только перед Богом»
После того как видео разошлось по соцсетям и Telegram-каналам, Shaman дал комментарий РИА Новости. Он заявил, что крестное знамение для него является символом веры: поэтому будет отвечать только перед Богом, а не перед теми, кто «ищет, кого распять».
Да мы и не пытаемся распять. Мы просто просим либо нижнее белье надет, - которое, как вы знаете, певец не носит, - либо крестик снять. А пока нет баланса, люди в поступке «Роднулькина» видят не тихий религиозный жест, а сцену самовозвеличивания.
Shaman, к слову, не покаялся, а показал срендний палец: это разве не оскорбление чувств верующих? Танцевать на фоне храма нельзя, а публично креститься на фоне собственного портрета можно?
Ощущение неприкосновенности
И ладно бы был бы единичный эпизод. Так нет ж! То он лёд Байкала лижет, то без белья кое-что показывает.
А тем временем вокруг него выстроен огромный публичный образ: «Я русский», «Встанем», большие концерты, государственные площадки, звание заслуженного артиста России, участие в громких музыкальных проектах.
«Роднулькин» стал не просто певцом, а символом определенной культурной линии последних лет. А раз так, соответствуй. Потому что любой твой жест теперь считывается не как частная случайность, а как часть большого образа: когда человек с таким медийным весом крестится у собственного портрета, публика неизбежно вопрошает:
"Это еще вера или уже культ личности в концертной упаковке?".
Shaman, судя по его реакции, считает критику несправедливой: не понравился жест — значит, «ищешь, кого распять», усомнился в образе — значит, нападаешь на веру.
Как тут не вспомнить мем: ой, как удобно!
Никто не запрещает артисту креститься. Вопрос в другом: почему этот жест был сделан именно так, именно в таком месте и почему после этого последовал настолько резкий ответ? Публичный человек обязан понимать, что камера превращает любой поступок в сообщение. А если сообщение выглядит двусмысленно, зритель имеет право на свою трактовку.
В итоге Shaman сам загнал себя в неудобную позицию. Он хотел, вероятно, показать твердость и независимость от критиков. Но получилось иначе: артист снова подтвердил, что воспринимает любую насмешку как личную атаку и отвечает так, будто находится не в мире шоу-бизнеса, а на поле моральной битвы.
Shaman, публика все видит. И даже если часть аудитории тебя поддержит, другая часть запомнит этот эпизод именно так: артист перекрестился у собственного портрета, а потом жестко объяснил, что отвечать будет только перед Богом. Для сцены это, может быть, эффектно. Для репутации — уже вопрос.