Мы заворачиваем за угол, где на обочине стоит черная тачка с вмятиной на боку. Я отчего-то сразу понимаю, что это их. Еще до того, как один из здоровяков щелкает брелоком и та приветственно мигает нам фарами.
Я отчаянно вглядываюсь в темноту, ища спасения. Они завели меня за здание, рядом мусорные баки. Я понимаю, что это мой последний шанс. Если не сейчас – то увезут в неизвестном направлении и вырваться я уже не смогу.
Я делаю шаг вперед. Краем глаза наблюдаю за двоими, что поспешили к машине. Мы же с третьим отморозком отстаем от них на несколько шагов.
Я делаю глубокий вдох. Лезвие все еще приставлено к моей спине. Опасно.
Этот тип слишком близко ко мне находится. Так, что случайный прохожий и не поймет, что я в беде.
От его запаха тошно. От прикосновений тоже.
Но я все же решаюсь на отчаянный шаг. Резко дергаюсь вперед, чтобы быть как можно дальше от ножа, а когда мерзавец хватает меня за руку, грязно выругавшись, врезаю ему коленом. И бегу. Так отчаянно, как никогда в жизни до этого.
Все происходит так быстро, что я даже не успеваю анализировать ситуацию. Инстинкт самосохранения включается сам по себе. У меня всего пара секунд форы, потому что двое других парней сразу же бросаются за мной.
Я кричу. Во все горло, прошу о помощи. Молюсь, чтобы хоть кто-то меня услышал. Но меня в это же мгновенье валят на асфальт. Я больно ударяюсь коленями, ладони адски жжет. Пытаюсь столкнуть с себя мужчину, кричу, царапаюсь, пока второй не закрывает мне рукой рот, а мои собственные руки не оказываются обездвиженными.
Мне кажется, это конец, но несколько долгих секунд спустя, после того как мне в лицо выплевывают сотни ругательств и угроз, тяжесть чужого неприятного тела исчезает и слышится глухой стон боли.
– Эй, чувак, отвали от нас. С девчонкой поссорились, вот и сбежала, – приходит дружку на помощь тот, что зажимал мне рот.
– Отвалю. Обязательно, – слышится до боли знакомый голос. И я поверить боюсь, что это правда, а не мое разыгравшееся воображение. – Как только выбью ваши зубы. Все до последнего, – угрожающе шипит Руслан, снова и снова методично нанося удары моему обидчику.
Мне кажется, что я сплю. Все еще не верю, что Алмазов здесь. Спас меня. Хочется плакать еще больше. Теперь от облегчения. Не верю, что этот ужас закончился.
Между мужчинами завязывается драка. Появляется и тот третий, которому я успела врезать.
Я с замиранием сердца слежу за Русланом. Их трое, а он один. Но это не мешает ему раскидать всех по сторонам.
У него в глазах ярость. Я видела по телевизору, как он дерется на ринге, но в реальности не была готова к такому. Жестокость – это не обо мне. Даже вынужденная. Хотя должна признать, Алмазов смотрится великолепно в своей воинственности.
Я отползаю в сторону, с трудом поднимаюсь на ноги.
– Руслан, хватит, прошу, – обращаюсь к нему, потому что так можно и убить.
Алмазов резко замирает с занесенным над лицом парня кулаком. Смотрит на поверженных идиотов, потом на меня. Отпускает моего обидчика. Сплевывает на землю рядом с ним.
– Увижу еще раз вас – сдам копам. Радуйтесь, что за вас дама попросила, – жестко чеканит он.
В ответ лишь стоны боли. Думаю, эту ночку они надолго запомнят.
Руслан быстрым шагом подходит ко мне.
– Ты в порядке? – взволнованно осматривает меня.
– Да, – киваю на автомате. Все еще дрожу от страха.
– Они ничего не успели сделать тебе?
Отрицательно качаю головой.
– Только испугали очень.
– Хорошо. Пойдем. – Он берет меня за руку, и я шиплю от боли.
– Упала, – поясняю ему, показывая ладошку.
– Прости, – говорит и налитыми кровью глазами зло смотрит на валяющихся на асфальте мерзавцев. Если бы не я, он бы так просто не остановился.
Мы быстро покидаем злосчастный переулок. Не говорим ни слова. Когда подходим к тому месту, где меня зажали, Руслан останавливается рядом с пакетами из супермаркета.
– Это, я так понимаю, твое? – спокойно спрашивает, словно это не он несколько минут назад яростно избивал троих парней.
– Да, – киваю.
Он собирает покупки, что вывалились из пакета, берет их в одну руку, а вторую кладет мне на поясницу.
– Может, в клинику? – предлагает он, окидывая меня взволнованным взглядом.
– Все в порядке. Промою рану, заклею пластырем и буду как новенькая, – нарочито бодро отвечаю ему.
Мы довольно-таки быстро добираемся до отеля. Или мне просто так кажется. Хотя нет, здесь осталось-то совсем ничего идти.
Руслан никак не комментирует мое ночное приключение, за что я ему благодарна.
В отеле на нас все пялятся. Еще бы, у меня ужасный вид, и мне за это безумно стыдно. Кажется, какой-то ушлый журналюга нас даже успевает заснять. Но сейчас Руслан не обращает на это внимания. Не отбирает у него камеру, заставляя удалить фото. Он вообще ничего вокруг не замечает, лишь меня. Как бы странно ни звучало, но я чувствую его заботу и волнение в каждом взгляде и движении.
Когда заходим в номер, я просто замираю у двери. Не сразу удается собраться с мыслями.
– Ярослав с Кирой остался. Она уснула. Иди в ванную, я сейчас аптечку принесу, и осмотрим тебя. Благо аптечка у меня отменная. На все случаи жизни, – пытается пошутить он и подталкивает меня к двери, где находится его спальня.
У него в апартаментах, оказывается, есть собственная небольшая ванная комната.
Он закрывает за мной дверь. Я подхожу к раковине и ловлю свой дикий испуганный взгляд в отражении зеркала.
Господи, выгляжу отвратительно.
Включаю кран и стискиваю зубы, когда раны начинает жечь. Долго-долго смотрю на текущую из крана воду, пребывая в странном состоянии.
Дверь открывается без стука, и рядом со мной на раковине появляется аптечка. Руслан ловит мой взгляд в отражении.
Я поворачиваюсь к нему лицом. Хочу поблагодарить, сказать хоть что-то, но вместо этого из моего горла рвутся лишь громкие всхлипы, а из глаз позорно брызгают слезы.
Руслан неожиданно притягивает меня к себе и заключает в объятия. Я утыкаюсь носом в его грудь, вдыхаю приятный мужской аромат. Прижимаюсь сильнее к нему. И плачу. Громко. Без лишнего стеснения. Просто даю волю эмоциям, что переполнили меня сегодня. Даже в тот день, когда Стас проиграл меня, я так не плакала.
– Ну, тихо, Вик, все-все. Они ничего тебе не сделают больше. Не причинят вреда. Я бы тебя в обиду не дал. Никогда. Не плачь, малышка. – Руслан успокаивающе гладит меня по спине, целует в висок. Но сейчас я слишком выжата и дезориентирована, чтобы придавать такому целомудренному поцелую какое-то особенное значение.
Мне стыдно за свою несдержанность. Но я напугана до безумия. Теплые объятия и успокаивающий голос Алмазова – это то, что мне сейчас нужно.
Я все еще всхлипываю, лицо от слез мокрое, футболка Руслана тоже пропиталась и стала влажной. Но истерика медленно сошла на нет, и я начала чувствовать себя в безопасности. Рядом с мужчиной, которого можно сравнить со скалой. С виду грозный и циничный, а в реальности мягкий по отношению к близким и готов прийти на помощь в трудной ситуации.
Я медленно отрываюсь от его груди. Задираю голову вверх, встречаясь с ним взглядом, и от того водоворота эмоций, которые замечаю в его глазах, перехватывает дыхание.
Губы размыкаются, и из горла вырывается рваный вдох. Слова застревают внутри меня, не в силах вырваться на свет. Я наблюдаю за тем, как взгляд Руслана медленно скользит по моему лицу вниз. В этот же момент Руслан резко подается вперед, разрушая мой привычный мир жестким, требовательным поцелуем.
Где-то на задворках сознания я понимаю, что это неправильно. Так не должно быть. Такой мужчина, как Алмазов, не для меня. Я не потяну его. Я влюбчивая до ужаса, меня не привлекают отношения на одну ночь, но отстраниться и остановить его не могу.
Он мастер в утешении девушек. Если у меня спросят, отчего я убивалась так сильно всего минуту назад, – не сразу вспомню. В голове розовая дымка и ни единой связной мысли. По всему телу дрожь.
Господи, что я делаю? Это реальность или все же сон?
– В комнату, – хрипло командует он.
– А ты знаешь, как утешать девушек, попавших в беду, – пытаюсь пошутить я.
– Я мастер в утешении. Но если именно так я заставлю тебя прекратить плакать, то готов делать это несколько раз на день. Ты такая красивая. Еще когда в казино увидел – взгляд не мог отвести. И злился, что непутёвая такая.
– Но спас же… такую непутевую, – с трудом выталкиваю из себя слова.
– Спас, – утвердительно произносит он, не отрывая от меня взгляда, в котором полыхает жар.
С Русланом все не так.
Он нежен и в то же время дико страстный. Он заботится о моем удовольствии, но и сам до жути требователен.
Потом приходит неловкость. Для меня. Я с прикрытыми веками просто лежу рядом, прислушиваюсь к дыханию Алмазова. Он нежно выводит пальцами узоры на моем животе, о чем-то думает.
– Мне… мне, наверное, к Кире нужно. – Пытаюсь освободиться и сползти с кровати. Сейчас я понимаю, какую ошибку допустила. У меня самолет через четыре дня. А Руслан здесь останется. С дочкой. И… Софи.
По телу проходит неприятная дрожь, во рту появляется вкус горечи.
– Лежи, – пригвоздил меня к постели Руслан. – Если нужна будет твоя помощь, Ярослав позовет.
Лицо краснеет от позора. Ярослав наверняка слышал нас.
– Расслабься, Вика. Хорошо ведь все, – потягивается Алмазов и сбивает под головой подушку.
– Как ты нашел меня? – спрашиваю, чтобы хоть как-то заполнить тишину между нами.
– Ты трубку не брала, поэтому просто включил отслеживание маячка.
– Что? Ты на телефон маячок поставил?
– Ты с моей дочкой оставалась. Я должен был перестраховаться, Вика. Не злись.
Я втягиваю носом воздух. Он прав. Конечно, он прав. Я бы еще и камеру в комнате оставила. Или он так и сделал? Не хочу знать. Я ведь столько раз там переодевалась, а сейчас окажется, что у меня зрители были.
– Потом услышал твой крик и побежал на звук. Хорошо, что успел. – Он нависает надо мной, легко целует в губы. Блуждает руками по телу. Щекотно немного, но так хорошо и спокойно вдруг становится. – Поспи, тебе нужно отдохнуть. Я сам за дочкой присмотрю.
– Угу, – выдыхаю ему в губы и понимаю, что одним разом этой ночью не обойдемся.
Я пробудилась ото сна из-за голосов, что доносились за дверью. Не сразу поняла, что нахожусь не в своей комнате. Испугалась, что могла придавить малышку, потому что спала, разлегшись почти на всей кровати. И мысленно отругала Руслана, что не согласился купить кроватку.
А потом замерла.
Потому что не моя это комната.
Несколько секунд понадобилось, прежде чем до меня дошли воспоминания прошлой ночи. Покраснела. Приложила ладони к щекам, а потом затаилась, пытаясь разобрать слова.
Мужчины явно спорили. Причем интонации Ярослава были более агрессивными и злыми. Я поднялась с постели, подняла с пола свою одежду и прошла в ванную комнату.
Меня всю колотило от того, что произошло этой ночь.
Я подошла к раковине. Взглянула на себя в зеркало и ахнула. Губы опухшие и красные, в глазах странный дикий блеск. Волосы на голове растрепаны. А на лице играет улыбка сытой женщины.
Я быстро принимаю душ и привожу себя в порядок. Не могу понять, как себя теперь с Русланом вести. Сама все усложнила. Вот как теперь улетать? Как забыть обо всем этом? Как малышку из сердца вычеркнуть? Я ведь уже привыкла и к ней, и к колючему Алмазову, и даже к излишне эмоциональному Ярославу.
Приведя себя в порядок, я иду к выходу. Делаю несколько глубоких вдохов, решая, что буду вести себя как прежде, взвалив инициативу действий на Руслана.
Вышла из комнаты, и разговор сразу же затих. Оба мужчины повернули головы в мою сторону.
– Привет, – смущенно улыбнулась я и помахала рукой.
Ярослав недовольно поджал губы. Руслан подмигнул в ответ и спросил:
– Завтракать будешь? Хотел в постель тебе принести, но кое-кто пристал с глупыми вопросами, – покосился он на друга.
Ярослав промолчал.
– Что ж, раз я уже не нужен – ухожу. У меня тоже куча своих дел, в которые не входит присматривать всю ночь за чужим ребенком, пока некоторые… – он замолкает, напоровшись на предупреждающий нервный взгляд Руслана.
Улыбка с моего лица сползла полностью. Когда за спиной Ярослава закрылась дверь, Руслан произнес:
– Не обращай на него внимания, у него свиданка не состоялась из-за нас. Сядь поешь. – Похлопал по стулу рядом с собой, и я подчинилась.
– Где Кира? – Бросила взгляд на диван, но ее не обнаружила.
– Накормлена, обцелована, спит. – В глазах Руслана загорелась нежность. – Тебе с джемом или с маслом тост? – спрашивает, подвигая ко мне чашку с заваренным кофе.
– Я и сама могу.
– Дай за девушкой поухаживать.
Я прямо-таки не узнаю Руслана. Он чаще всего хмурый ходит и весь такой недовольный, а тут… Одна ночь – и словно кот в сметане. Может, ему этого самого и не хватало, чтоб подобрел? Женщины, что ли, не дают? Распугал всех своей мрачностью и дурацким чувством юмора?
– Ты сегодня тоже допоздна уйдешь? – спрашиваю и тянусь за ветчиной. Какой джем, когда мясо есть?
– Нет. Сегодня останусь с вами. Ты как? Отошла от вчерашнего? – Взволнованно проходится по мне взглядом.
Я с трудом сглатываю слюну, киваю.
– Не вспоминай, до сих пор трясет. Как подумаю, что…
– Не думай, Вика. Просто помни, что я не дал бы этому произойти.
Снова киваю.
– Серьги только жалко. Мне мама подарила. – С досадой поджимаю губы.
А потом с аппетитом принимаюсь уплетать наш завтрак. Руслан придвигается ближе, время от времени прикасается ко мне, поглаживает бедро, дарит легкие поцелуи в шею, которые вызывают щекотку и бабочки в животе. Я много смеюсь, а он говорит, что мне идет улыбка. Если честно, все это на сюр какой-то похоже. Но я наслаждаюсь моментом, стараясь не забегать наперед.
Правда, ночью, когда мы укладываем малышку, которая долго не хотела засыпать, он снова тянет меня к своей комнате, и я позволяю. А утром рядом с кроватью нахожу огромный букет белых роз и небольшую подарочную коробочку на тумбочке.
Я с замиранием сердца открываю подарок. То, что это от Руслана, и так понятно. Внутри прекрасные серьги. Отчего-то сразу понимаю, что с бриллиантами. Но я бы и цирконию была рада.
Я млею от счастья. В ночной сорочке, с улыбкой на лице выскакиваю из спальни и несусь в объятия Алмазова.
– Спасибо. – Целую его, обвивая руками шею. – И цветы, и серьги прекрасные.
– Больше не плачь только, малыш, – в ответ целует меня Алмазов.
Я позволяю мечтам укорениться в своем сердце. После всего, что у нас с Русланом было, после общих тайн нашу связь вряд ли просто так можно обрубить. Тем более он всем своим видом показывает свою заинтересованность во мне. Или же я просто маленькая, глупая, наивная девочка, которая снова спутала любовь.
Мы не говорим о моем отлете. У меня язык не поворачивается спросить и смелости не хватает. Я просто надеюсь, что Руслан попросит меня остаться. Или скажет, что тоже взял билет и мы полетим все вместе.
Несколько дней проходят словно во сне. Я забываю обо всех невзгодах. Мы находимся в номере, гулять, конечно же, никуда не выходим из-за репортеров. Наше фото с той роковой ночи и так появилось в желтой прессе, и теперь куча сплетен в сети о том, кто я такая и почему с Русланом в таком виде появилась в отеле.
Иногда Руслану звонили. Я слышала имя матери Киры, и это здорово так охлаждало пыл. Он ее все еще искал. Конечно, как же иначе? С ней ведь что-то случиться могло. Но ревность так выедала сердце изнутри. Я убеждала себя, что он давно остыл к ней. Не зря же они столько времени не общались, а она даже о дочери ему не сообщила. Я успокаивала себя, но все равно тревога не отпускала. Не давала грудью свободно вдохнуть. И каждую ночь я прижималась к Руслану сильно-сильно, боясь, что утром все может оказаться сном.
Глупое-глупое сердце так просто впустило мужчину, о котором я почти ничего не знаю. Который старше меня. Но я ведь вижу, как он смотрит на меня. С нежностью, желанием. И относится с уважением, не позволяя себе ни одного оскорбительного слова в мой адрес. Лишь в ту ночь, когда мы познакомились, облил меня таким болотом, что с трудом отмыла. Но сейчас ведь все не так?
Автор: «Двойное чудо для генерального», Тая Смоленская.
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Продолжение следует...
- Часть 10 - будет опубликована 04.06 в 06:00
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
***
Содержание:
- Часть 10 - будет опубликована 04.06 в 06:00
