Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Журнал VictoryCon

Элиа Фаббиан о традициях оперы, любви к Петербургу и великих русских голосах

Итальянский баритон Элиа Фаббиан, выступавший на сценах Ла Скала, Берлина и Льежа, только что завершил яркие гастроли в рамках XXXIII сезона фестиваля «Дворцы Санкт-Петербурга». В эксклюзивном интервью он рассказал, почему опера должна сохранять традиции, чем отличается петербургская публика, кого из русских певцов считает своими кумирами и когда вернётся в город, который называет своей «второй Италией». Элиа, в чём Вы видите свою главную миссию как артиста? Моя миссия как артиста — тронуть зрителя и увлечь его в самую глубину, в самое сердце того персонажа, которого я воплощаю на сцене. Нуждается ли опера в радикальных экспериментах или прежде всего должна сохранять традиции? По моему мнению, опера должна сохранять традиции. Не кажется ли Вам, что современная опера стала слишком политизированной и коммерциализированной? Что, на Ваш взгляд, должна давать настоящая искусство зрителю XXI века? Я считаю, что чувства и сюжеты, которые лежат в основе оперы, универсальны. Для меня настоящее

Итальянский баритон Элиа Фаббиан, выступавший на сценах Ла Скала, Берлина и Льежа, только что завершил яркие гастроли в рамках XXXIII сезона фестиваля «Дворцы Санкт-Петербурга». В эксклюзивном интервью он рассказал, почему опера должна сохранять традиции, чем отличается петербургская публика, кого из русских певцов считает своими кумирами и когда вернётся в город, который называет своей «второй Италией».

Элиа, в чём Вы видите свою главную миссию как артиста?

Моя миссия как артиста — тронуть зрителя и увлечь его в самую глубину, в самое сердце того персонажа, которого я воплощаю на сцене.

Нуждается ли опера в радикальных экспериментах или прежде всего должна сохранять традиции?

По моему мнению, опера должна сохранять традиции.

Не кажется ли Вам, что современная опера стала слишком политизированной и коммерциализированной? Что, на Ваш взгляд, должна давать настоящая искусство зрителю XXI века?

Я считаю, что чувства и сюжеты, которые лежат в основе оперы, универсальны. Для меня настоящее искусство — это прежде всего продолжение передачи того самого эмоционального опыта.

Допустимо ли запрещать произведения или отказывать артистам по политическим причинам? Где, по-Вашему, проходит граница между этикой и цензурой?

Искусство не имеет государства. Артист и человек — это два разных понятия, и наше внимание всегда должно быть сосредоточено именно на артисте. Поэтому никаких нехудожественных причин для запрета или отказа в выступлении быть не должно.

-2

Как Вы оцениваете свои гастроли в Санкт-Петербурге в рамках XXXIII сезона фестиваля «Дворцы Санкт-Петербурга»? Вы выступали на четырёх исторических площадках города.

Было по-настоящему трогательно стать частью этой концертной серии. Выбранные для выступлений площадки потрясающие, с великолепной акустикой. У меня сложилось впечатление, что Санкт-Петербург — город, который глубоко переживает искусство во всех его проявлениях и относится к нему с огромным уважением. Фестиваль «Дворцы Санкт-Петербурга» организует концерты в исторических залах, дворцах и музеях: ведущий рассказывает об истории места, а музыкальная программа помогает зрителю полностью погрузиться в атмосферу. С точки зрения артиста, возможность выступать в таких местах, как Екатерининский дворец или Эрмитаж, означает стать частью той истории, которую они собой олицетворяют. Это личное обогащение, которое по-настоящему бесценно.
Организаторы и спонсоры фестиваля заслуживают самых высоких похвал за то, что сохраняют историю и искусство во всём их многообразии. Такие события нельзя воспринимать как нечто само собой разумеющееся — в мире они встречаются далеко не везде. Это ещё раз подтверждает, что у Санкт-Петербурга есть ярко выраженное артистическое призвание. Искренне благодарю организаторов и Марию Сафарьянц за приглашение.

Чем петербургская публика отличается от зрителей Ла Скала, Берлина или Льежа?

В каждой стране, где мне посчастливилось выступать, публика всегда была невероятно тёплой — и здесь, в Санкт-Петербурге, это тоже так. Как искусство не имеет национальности, так и тепло публики не зависит от страны.

Какие российские певцы оказали на Вас наибольшее влияние?

Говоря об искусстве и особенно о российских артистах, я могу опираться только на личный опыт. В моей памяти очень ярко сохранились три великих современных артиста: Владимир Галузин, Дмитрий Хворостовский и Анна Нетребко. Мне посчастливилось слышать их вживую и оценить не только высочайший профессионализм, но и исключительную школу.

Что приносит Вам наибольшую радость в жизни артиста, а что, наоборот, огорчает или беспокоит?

Самое большое удовлетворение в моей артистической жизни — это ощущение, что тебя ценит публика. А больше всего огорчает, когда коммерческая сторона искусства, которая, конечно, неизбежна, начинает буквально затмевать само искусство.

В 2013 году Вы исполняли партию Скарпиа в «Тоске» под управлением Фабио Мастранжело. Какое впечатление он оставил у вас как дирижёр и музыкант?

Моё сотрудничество с маэстро Мастранжело началось в 2013 году и продолжалось на протяжении многих лет. У него по-настоящему электризующая энергия. Он верен партитуре и при этом очень поддерживает певцов. Для меня было огромной радостью делить с ним и сцену, и время. Я с нетерпением жду нашей следующей встречи.

Когда Санкт-Петербург сможет принять Вас вновь?

Я очень люблю ваш город — он действительно очень похож на мою родную Италию. Любовь итальянцев к Петербургу очевидна из истории: столько великих архитекторов, художников и композиторов оставили здесь свой след. Надеюсь, мне тоже удалось оставить свой небольшой след, и я получу ещё одно приглашение на фестиваль «Дворцы Санкт-Петербурга».
В свой первый тур по Петербургу я выступил только на четырёх дворцовых площадках, а у вас их больше двухсот. Я с огромным удовольствием спою для вас снова.

Виктория Кучма