Есть люди, которые и после смерти не дают покоя. Генерал Джордж Паттон — из таких. Вроде бы всё ясно. Погиб в автокатастрофе в декабре 1945 года. Ехал на джипе, столкнулся с грузовиком. Сломал шейные позвонки. Умер в госпитале через двенадцать дней.
Версия ясная. Официальная. Скучная.
А теперь давайте посмотрим на неё пристальнее.
Что произошло
9 декабря 1945 года. Германия, Мангейм. Паттон едет на джипе с начальником штаба генералом Хобартом Гэем. За рулём — рядовой Хорэс Вудринг. Джип выезжает на перекрёсток. Впереди — американский грузовик. Водитель грузовика резко поворачивает налево. Столкновение.
Все, кроме Паттона, отделались испугом. Паттона швырнуло вперёд. Он ударился головой о перегородку. Перелом шейных позвонков. Паралич ниже шеи.
Его отвезли в госпиталь в Гейдельберге. Жена прилетела из Штатов. Двенадцать дней он лежал в гипсовом корсете. Разговаривал. Шутил. Сказал врачам: «Если я выживу, буду дураком. Если умру — героем». 21 декабря его не стало.
Версия — несчастный случай.
Но слишком много «но».
Странности
Первое. Грузовик был американский. Водитель — свой. И он единственный, кто пострадал? Он вообще не пострадал. А самый ценный пассажир джипа — погиб.
Второе. За несколько дней до аварии Паттон дал интервью. Сказал, что после увольнения из армии хочет заняться политикой. И что ему есть что рассказать. Много чего. Про то, как союзники договаривались с русскими. Про то, почему войну закончили не так. Про то, кому было выгодно остановиться на Эльбе.
Третье. Паттона к тому времени уже отстранили от командования Третьей армией. Дали символическую должность. Командовать архивом. Лучший танковый генерал Америки — и вдруг бумажки перекладывает.
Четвёртое. Он говорил то, что думал. Всегда. Без оглядки на политику. Называл русских «варварами», но при этом требовал не церемониться с ними. Предлагал перевооружить пленных немцев и двинуть их на восток. Считал, что следующая война неизбежна. И говорил об этом вслух.
Такие люди неудобны. Особенно в мирное время.
Кому он мешал
Вариантов несколько.
Эйзенхауэр. Бывший подчинённый Паттона, а теперь его начальник. Они терпели друг друга с трудом. Паттон считал Эйзенхауэра политиканом. Эйзенхауэр считал Паттона бешеной собакой.
Американские политики. Паттон хотел воевать с русскими. Прямо сейчас. Пока у них армия обескровлена. Американское правительство хотело мира. Им нужен был послевоенный порядок. Паттон в этот порядок не вписывался.
Британцы. Монтгомери, с которым Паттон конкурировал всю войну. После победы Монти остался в фаворе. Паттона задвинули. Кому нужен конкурент с громким голосом?
Свои же генералы. Он критиковал всё и всех. Медленное наступление. Снабжение. Политические решения. Он нажил врагов внутри армии.
Версия убийства
Она появилась не сразу. Спустя годы. Бывший агент УСС Дуглас Базата утверждал, что Паттона убрали по приказу сверху. Якобы он сам участвовал в операции. Якобы авария была подстроена. Водитель грузовика был подставным.
Доказательств Базата не предоставил. Только слова. Но они легли на уже существующие подозрения.
В 2008 году вышла книга «Цель — Паттон». Автор Роберт Уилкокс провёл своё расследование. Опросил свидетелей. Поднял архивные документы. И пришёл к выводу — авария была не случайной. Слишком много совпадений. Слишком много нестыковок.
Но прямых доказательств нет до сих пор.
Что говорят противники версии
Первое — война кончилась. Паттон был уже не опасен. Зачем убивать того, кого просто уволили?
Второе — он сам создавал проблемы. Мог ляпнуть что-то и поставить под удар всю американскую дипломатию. Но для этого не обязательно убивать. Достаточно отправить в отставку.
Третье — авария действительно выглядит как случайность. Грузовик, плохая видимость, зимняя дорога. Таких аварий были сотни.
Что в итоге
Я не знаю, убили Паттона или нет. Доказательств убийства нет. Но и версия случайной смерти выглядит небезупречно.
Есть старая мудрость: если смерть удобна слишком многим — вряд ли она случайна.
Паттон был удобен мёртвым. Он стал героем. Легендой. Символом. Мёртвый генерал не говорит лишнего. Не лезет в политику. Не портит отношения с союзниками.
А живой был проблемой. И он сам это понимал. Незадолго до смерти он сказал жене: «Дорогая, меня, наверное, скоро убьют». Шутка? Возможно. Но шутки у Паттона были мрачные.
Вот такая история.
А вы что думаете? Случайность или убрали?