Глава, в которой Джин много узнаёт в плену лорда Вендела
Сидя в клетке, Джин внимательно осматривалась. Как она попала в клетку было непонятно, но скорее всего магически. Теперь главным было разобраться, где она, и как выбраться.
Клетка была из прутьев толщиной в три пальца, прутья были из какого-то черного сплава. Она пощупала его и поджала губы. Если это было на Земле, то она подумала бы, что сплав металла с какой-то керамикой, но про технологии этого мира она не успела многого узнать, хотя по логике это какой-то антимагический сплав. Сколько прошло времени, она не знала, но судя потому, что чувствовала себя отдохнувшей, не менее восьми часов.
Страха не было, Джин привыкла сидеть в клетках – в клетках ошибок и обид, у тех клеток прутья были гораздо прочнее, чем здесь, и были сплетены из боли от обид.
Она задумалась, потому что никогда не представляла какого цвета её обиды. Представила и нахмурилась они были цвета расплавленного базальта – кроваво-чёрные с огненным блеском. Мысленно усмехнулась сколько было переживаний, энергию которых она не использовала!
Арахи-учителя говорили, что любая обида должна быть рационально использована и вплетена в защитный щит души. Он временный и со временем должен исчезнуть, когда ты поймешь, что обида – это твои просчеты. Нельзя обидеть, если ты сам не подставишься!
Джин качнула головой и сморщилась. Голова побаливала, так как въехали ей по затылку основательно. Она вспомнила чёрную плеть в руках Вендела. Он замахнулся, она ушла от удара и не заметила ещё кого-то.
Джин зажмурилась и зашипела по-кошачьи.
– Стыдно! Что скажу Алхою?! – представила, как усмехнётся Тайгрис, и расстроилась ещё больше. – А я ещё хотела показать этому типу, где раки зимуют?! Вот и показала! Ну, как не заметила ещё одного?!
Она потрогала шишку на голове и в тот момент, когда коснулась волос, её окатило жаром. (Что это? Тайг ищет меня? Неужели догадался, что это я с ним прощалась? А может это не он, а его подсознание?)
Джин не просила помощи у его сознания, а напоминала подсознанию Тайгриса о глубоко пережитом.
Люди по глупости считают, что близость во время секса – это наслаждение, но это и связь подсознаний. Очень прочная, однако сознание может эту связь порвать. Конечно, место разрыва болит, это же душа страдает, не позволяя человеку стать животным или роботом. Любовь ведь не лекарство! Ведь часто даже когда любишь, причиняешь любимому страдание. Любовь – это когда ты веришь вопреки всему и готов общаться, говорить, искать способ быть вместе. Вот для этого-то и нужна душа, в которой любовь копит силы. Легче всего любви достучаться через подсознание.
Джин горько усмехнулась. Увы, подсознание Тайгриса, если и сообщило что-то ему, то ей никак не могло помочь. Видимо поэтому её собственное подсознание изо всех сил закричало ей: «Очнись!».
Она встала и несколько раз присела, разминаясь.
– Всё, пора работать. Пора искать выход! – она теперь иначе рассматривала место, куда попала.
Клетка стояла в обширной пещере с очень высоким потолком, теряющемся во мраке. Освещение было чисто земным – светильниками служили электрические лампочки. Девушка хмыкнула, даже арахи при необходимости использовали шары свечения, продукт местных магов, здесь же почему-то ими не пользовались.
– Может здесь магия не работает, или эти шары могут выдать присутствие кого-то? Жаль, что я не спросила у самок арахов, как изменяют поле сил магические шары? – Джин прыгнула и, уцепившись за прутья потолка клетки, подтянулась, чтобы рассмотреть, как высок потолок пещеры.
– Эй! – раздался крик высокого дроу с изуродованным лицом – у него был обрублен нос и на его месте была черная повязка и не было одного глаза и на этом месте также красовалась черная перевязь. Дроу с размаху бабахнул железной цепью по прутьям клетки. – Вниз! Спустись вниз, шавка!
Джин спрыгнула на пол клетки и задумалась. Что это, следствие чрезмерного усердия или ещё один женоненавистник? Она попыталась по внешнему виду определить, насколько опасен ей этот дроу. Вообще, это был здоровенный широкоплечий малый, гибкий, как атлет, занимающийся спортивной гимнастикой.
Тот, обнаружив её пристальное рассматривание, взбесился:
– Что вылупилась? – изуродованный дроу показал ей цепь. – Хочешь цепью по голове?!
– Баран, – беззлобно отреагировала она и, не обращая на него внимания, послала, как учили арахи, сильно замаскированный мысленный щуп.
Её исследование показало, что в пещере находится шесть клеток, все на постаментах. Значит и её клетка стоит на постаменте. Постамент тоже играл роль антимагической защиты. Значит в клетках держали магов. В дальней клетке и в соседней сидели живые пленники, а в остальных – след мёртвых тел. Пленник самой дальней клетки защищал свой мозг, и было непонятно кто это, в клетке рядом девушка ощутила наблюдателя. Рисунок мозга показал, что это женщина. Хотя самих пленников было не видно, видимо, была какая-то магическая защита.
– Отзовитесь! Кто здесь? – закричала Джин. Она полагала, что по реакции пленников разберется, кто они.
Дроу охранник зарычал и опять полоснул цепью по прутьям клетки.
– Молчать!
– У тебя что, паранойя? – поинтересовалась Джин. – Я же в клетке, ты что надрываешься? Боишься что ли, суслик трепетный!
– У-у, Проклятое семя! – дроу опять полоснул цепью по прутьям, но близко не подошел.
– И тебе не болеть! А кто со мной сидит, ну кроме тебя, конечно?
– Предатели, – угрюмо гавкнул тот.
– О как! Что, разболтали, где хранится золото, которое вы натырили?
Дроу зарычал, а из дальнего угла раздался женский смех.
– Ничего, скоро тебя научат уважать законы дроу, – охранник плюнул в её сторону, но промахнулся.
– Мне на ваши законы чхать! Самец, ты забыл, что говоришь с самкой араха? – надменно спросила Джин.
– Врёшь, таких не бывает трансформаций. Хотя… И самок арахов мы убивали, – зло сообщил тот.
– Вот как?! Мужик, советую отойти, ибо я не забуду последнего, – Джин внимательно осмотрела его с ног до головы.
– Ха! Вот-вот! Посмотри на меня. Я выжил!
– Жаль, что из ума, – в дальнем углу опять засмеялись, а дроу выскочил из пещеры. – Кто здесь? Давайте знакомиться. Я Джин А-Асакварс.
Женщина из соседней клетки дрожащим голосом прошептала:
– Мы третьи посредники. Тихо, женщина, не зли его!
– Посредники? Как-то я не вижу апартаментов для переговоров. Между кем и кем мы посредники? – Джин усмехнулась, запах женщины выдал её, она недавно принимала ванную и пахла дорогими духами. Видимо, здесь врагов априори считают глупее себя. Она взяла это на заметку, потому что это – слабость.
Узница в кавычках умело всхлипнула и прошелестела:
– Мы вынашиваем детей для мужчин дроу, ну или для тех, кто заплати хозяину.
– А как тебя зовут?
Женщина зарыдала:
– У меня нет личности. Я не помню прошлого!
Джин почувствовала, как из дальнего угла пришёл сигнал «Осторожно!».
(О! У меня есть союзник!).
Девушка подёргала дверь с мудрёным замком Тот, кто повесил устрашающе огромный замок просчитался – дужка была сделана из довольно мягкого железа. Хоть дужка и была толстой, но Джин, оценив металл, поняла, что снесет её мгновенно. Она скорчила скорбную физиономию и утешила шпионку, а Джин в этом не сомневалась, почувствовав, что та кого-то мысленно позвала.
– Эй, не расстраивайся! Думать о прошлом здесь бесполезно.
– Как ты можешь, нас же убивают после рождения детей?! – проблеяла шпионка и попыталась просканировать её эмоции.
Оценив её умение, Джин поставила на пути щупа шпионки сияющую до белизны ярость. Шпионка мысленно отшатнулась. Да! Это опасно, мысленно усмехнулась Джин, тебя ждет смерть, если ты еще раз сунешься.
Теперь Джин слушала только ту, которая была в клетке в дальнем углу пещеры, оттуда пришла такая печаль, что девушка вздрогнула. Эта подсадная утка не соврала. Женщин после рождения детей действительно убивали. Осознав что пленница в дальней клетке если не союзник, то не враг, Джин приступила к изящному допросу.
– А кто наша соседка?
– Какая разница? – сидящая рядом всхлипнула. – Она всё равно загнётся.
Издалека пришел отзвук холодного негодования.
– Это почему? – Джин придала голосу тон озабоченности.
Подсадная утка попалась в ловушку и закрякала:
– Охранник сказал, что она сидит уже пятьдесят лет. Как выжила? Не стоит с ней говорить, она всё равно не отвечает.
Джин усмехнулась. Это что же, безносый ей сказал? Как же! Он слишком любит унижать тех, кто ему не может дать сдачи. Значит эта шпионка узнала про пятьдесят лет не от него.
Оговорка – «загнётся» окончательно убедила Джин в том, что её соседка не очень умна, или фанатично презирает всех, кто не её расы. Она присмотрелась. Женщина была дроу, а Чайнимира говорила, что они все остальные расы считают чернью, хоть и скрывают. У этой прорвалась её надменность, ну и самоувереннсть.
Значит надо очень аккуратно сыграть эту партию. Джин зло шарахнула по прутьям.
– Подонки, её заставляли рожать? – она послала мысленный сигнал узнице в дальней клетке, что спасёт её, и чуть не оглохла – стены пещеры сильно экранировали. Её собственный сигнал ещё долго звучал колокольным звоном в голове. Джин зарычала в досаде на свою оплошность. – Твою ж!!
Подсадная утка отодвинулась в клетке подальше от Джин.
– Ты что хотела что-то просить у той мегеры, что там сидит? Зря! Она страшная ведьма и никого не подпускает, но и сбежать не может. Когда один охранник переступил вон ту белую черту у клетки, то расплавился. Я сама видела! Лорд так ругался!
– А как ты узнала, что это лорд? Сама говоришь, что стёрли личность, значит и память, – мгновенно среагировала Джин.
Женщина растерянно сглотнула.
– Не знаю, я же… – она закрыла лицо руками и заплакала без слёз, от растерянности, шпионка не успела приготовиться к такому разговору.
– Эй, там! В углу! – закричала Джин, теперь она не решалась на мысленное послание, которому научили её арахи. – Не печалься, я вытащу нас. Держись!
Из угла прилетела легкое недоумение и… Нежность?
– Кому ты теперь нужна? – шпионка старательно зарыдала.
– Это почему же? – Джин теперь спросила напористо и нахально, формируя у шпионки образ тупого бойца.
Из угла прилетела тень одобрения. Джин кивнула, чтобы поблагодарить её, полагая, что так им будет легче выстоять.
Шпионка осторожно проговорила:
– Лорд Вендел ненавидит род Каррас, и всех женщин этого рода извёл. Он сам это говорил.
Джин мысленно поразилась глупости шпионки, хотя, возможно, это был расчет. Шпионка опять забыла, что ничего не помнит. Хотя, может этим в клетках полагалось не помнить только прошлое их рода и их самих? Она мелком взглянула на пленницу. Женщина внимательно отслеживала реакцию Джин на имя Каррас, но девушке это имя ничего не говорило, и она решила просто спросить:
– Надо же! Этот род враждебный ему?
– Э-э… Не знаю… – шпионка не ожидала такого вопроса, полагая, что Джин будет спрашивать иное. Она умело всхлипнула и закрыв лицо руками пробормотала. – Я ничего не знаю, но я видела, что лорд заставил их женщин рожать троллей. Он говорил, что они из рода Каррас.
– Что ты врёшь, тролли яйцекладущие?! – возмутилась, как и положено тупому бойцу Джин.
– Вот они и рожали яйца, а потом умирали, – шпионка тихо и ненатурально испуганно завыла.
Джин очень осторожно бросила паутину истины на потолок, оттуда та спланировала на подсадную утку. Женщина не лгала и видела, как пленницы рожали какие-то яйца, конечно, не здесь, а в комнате, выложенной золотыми с изящной чеканкой, плитами. Джин увидела в её памяти, что этих женщин потом рубили на куски, живыми. Потрясена была и тем, что многие женщины были магами и сами останавливали свое сердце, остальные умирали в ужасных мучениях.
– Лорд эти яйца потом помещал в золотые корзины для экспериментов, – прохрипела шпионка.
– Золотые? Хм… Значит богат. Что же его так разбирает? – пророкотала Джин, соображая, для чего это было изуверство.
– Хм… Интересуешься мной? Я подумаю, как тебя использовать.
Джин неторопливо повернулась на знакомый голос. Лорд стоял в парадной одежде и насмешливо рассматривал её.
– Вендел, так это ты был в плащике? Надеешься, что так лучше сохранишься? Иммунитет подводит? – она очень хотела, чтобы он подошел поближе, и она смогла бы хотя бы разодрать его личико.
Он внимательно посмотрел на неё и вокруг заструилось поле защиты, Джин чуть повела бровью так же защищаясь, понимая что этот противник гораздо умнее той, что сидела в клетке и крякала.
Лорд с силой пнул дверцу клетки.
– Да, точно, ты нашей порроды! Дерзкая. А хорошая мне пришла идея – сделать с тобой ребёнка? Это лучше, чем то, о чём я мечтал раньше – уничтожить единственного отпрыска.
– Какого рода? – она спросила очень нейтрально, чтобы он ответил.
– Хочешь знать? А зачем?
Джин сосредоточенно подбирала вопрос-ответ, потому что появился шанс узнать, кто её биологические мать и отец, уж враг-то точно это знал. Её молчание было неправильно понято, и одноглазо-безносый охранник шарахнул по клетке цепью.
– Страшно?
– Воспитанный пёс не начнёт гавкать раньше своего хозяина, – Вендел хмыкнул, а Джин подначила его. – Ой, наверное, это ты, Вендел, его хозяин.
В результате охранник получил по зубам и отправился из пещеры.
– Нрравится, когда бьют мужчин, паучиха? – промурлыкал Вендел, рассматривая её.
Джин презрительно выпятила губы и спросила:
– А что, у тебя с этим мужиком проблемы? Ну, так заведи себе другого. В чём проблема?!
Лорд даже опешил, никто с ним так не смел разговаривать.
Пленница-шпионка со страха даже отодвинулась, потому что знала, каков он в гневе. Джин же просто сложила руки на груди. Лорду неожиданно стало интересно, ведь она рассматривала его не как злодея или врага, а как обычного мужчину. У него появилась редкая возможность - просто поговорить.
Однажды он болтал в ночном клубе с какой-то девицей, которую он счел ночной бабочкой. Та поразила его своей философией, когда сказала, что она не выбирает ни зло, ни добро, а просто живет, как получится. Когда какой-то пьяный мажор ту девчонку при всех ударил, то она выплеснула ему в лицо виски и сбежала. Лорду тогда сказали, что это его бывшая невеста. Потом вызывали «скорую помощь», потому что девица, сбегая воткнула изо всех сил рюмку в руку мажора. Крови было много. Лорд тогда ещё подумал, что девица действительно живет, и всё. В этот раз у неё получилось, обидчика увезли на «скорой помощи» зашивать руку, и никто ничего не сказал полиции, а камеры не показывали именно это место.
Вспомнив, что та девица в клубе внешне была хрупкой и расслабленной, Вендел отошел от клетки подальше ( кто его знает, что умеет эта Джин) и как тогда в клубе спросил:
– А ты часто на Земле меняла мужиков? – он из рассказов Звенислава, знал, что она одинока. Венделу было интересно, почему, она одна? Он рассчитывал, что та вспылит или ударится в философию.
Она фыркнула.
– А что тебе за дело? Или на Земле тебя заласкали? Подойди ближе, я это исправлю – выдерну всё, до чего дотянусь.
Вендел отошёл подальше и одобрительно заметил:
– Ты истинная дроу! Зачем только твой отец связался с гнусной оркенкой? Не понимаю!
– Вот такие мы извращенцы, – буркнула Джин, – любим оркенов, хоть тут тресни.
– Не зря тебя столько лет оркены прятали! – Вендел хохотнул. – Мне даже и в голову не могло прийти, что я нашёл дочь ненавистного брата.
Джин пережила потрясение, но арахи научили её, что врага надо не только ненавидеть, но и уважать, потому что только он является источником правдивой и нужной тебе информации. Надо только уметь достать её.
Однако нетерпение сжигало её, оно под ребрами обожгло её так больно, что она едва не закричала. Потребовалась секунда, чтобы спросить правильно:
– О, мне так не повезло?! Надо же, так ты мой дядя! Что тебе надо от меня, дядя?
– Пока не придумал, – лорд Вендел захохотал – хороший разговор получался – ни добро, ни зло. – Могу рассказать, что я многое о нем знаю. Все-таки брат. Твой отец думал, что сможет отнять колдовство жриц-дроу, построил замок-крепость, где собррал древнее колдовство.
– Зачем? – прошептала, замирая от нетерпения, Джин.
– Хотел уничтожить зло. Чистоплюй!! Ненавижу! С первого дня ненавижу его, как только увидел, – Вендел внезапно потерял самообладание (не получается жить, когда ни добро, ни зло). Он сжал кулаки и, потрясая ими, заорал. – Норг Каррас! Не помогло тебе, что ты, забыв про магию дедов, обратился к Госпоже за помощью! Не помгло-о!!
Все предохранители сгорели, и Джин также закричала:
– Лорд Норг Каррас! Отец мой! Если есть возможность узнать, то знай. Я пришла расплатиться за тебя. Я жива, и я твоя дочь всегда на твоей стороне! Я жива!
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: