В Коми восьмилетних мальчиков объявили «вандалами» за игры на кубиках, посвященных Дню Победы. Дело дошло до угрозы забрать первоклашек из семей и поместить в центр для несовершеннолетних правонарушителей.
В Сыктывкаре троих первоклассников 2017 года рождения фактически объявили «вандалами» после того, как они играли на конструкции ко Дню Победы — металлических кубах с фотопечатями к 9 Мая в форме пирамиды, никак не огороженных.
Против них пытались возбудить уголовное дело по факту … вандализма. От настоящей тюрьмы восьмилеток и десятилеток спас только их возраст.
Из документов, которые есть у мам на руках, следует: сначала была реальная проверка по уголовным статьям 214 и 167 УК РФ — «Вандализм» и «Умышленное повреждение имущества». Да, именно так.
«…эти действия грубо нарушают общественный порядок, спокойствие граждан, нормы общественной нравственности», — написано в постановлении УМВД по городу Сыктывкару.
Тем не менее сейчас детям грозит изъятие из семей и помещение в ЦВСНП (Центр временного содержания несовершеннолетних правонарушителей), суд назначен на 4 июня.
Когда мне рассказали эту историю московские правозащитники, я не поверила. Ну, от слова "совсем". Потому что даже по нынешним временам, когда абсурд некоторых инициатив иногда зашкаливает, всему есть предел. Ну, не может же полиция всерьез заниматься первачками, которые лазали по праздничной инсталляции?
Не может государственная машина, огромная, тяжелая, неповоротливая, всерьез раскручивать уголовную историю вокруг восьмилеток?
Оказалось, еще как может.
Ну, так вот, на обычной городской площадке Сыктывкара возле бассейна стояли металлические красные кубы с фотопечатью военных снимков. Из них была сложена пирамида. Стояли уже не первый год. И в прошлом году по ней, как пишут сейчас в соцсетях, тоже ползали и лазали дети, на их фоне фотографировались взрослые.
Инсталляция ничем не огорожена. И никак не охранялась. Просто красочные кубы посреди сквера с изображением на них канонических фотографий времен войны и памятными надписями к 9 Мая, куда весной ежедневно приезжал школьный автобус.
И вот именно туда после уроков 17 апреля приехали первоклашки.
Бегали. Играли в догонялки. Прыгали. Прятались за кубами. Делали ровно то, что делают обычные пацаны во всех дворах мира.
А потом один из кубов оказался поврежден. И наутро 18 апреля 2026 года бдительный дворник Макаров по линии 02 подал рапорт об этом. Что на кубе то ли вмятина, то ли появилась дыра в дне: что произошло конкретно, история умалчивает, экспертизы я не видела, но, согласно документации, «имущество утратило часть полезных свойств», чем нарушило «общественную нравственность», и это является «преступлением».
Обнаружилось видео с городской камеры, что бегали вокруг кубиков семеро детей, трое — особенно интенсивно. Их и решили привлечь.
Мать особо отличившегося озорника Алеши (имя изменено ) Ирина К. до сих пор не может поверить, что это происходит не в страшном сне.
Уголовное дело не возбудили по факту малолетнего возраста, но детей грозят отобрать из семей и перевоспитать в Центре временного содержания несовершеннолетних правонарушителей. Сроком на 30 дней. По иску полиции.
«Я сама не понимаю, на каком основании создан этот иск, — говорит Ирина К. — Мне просто вручили бумаги. Я читаю и не понимаю: за что моего ребенка хотят поместить в ЦВСНП? Да, когда его допрашивали, он честно признался в том, что бегал и играл. Когда они уходили, кубики были целые. Но теперь получается, что он чуть ли не государственный преступник».
Ирина — многодетная мать. Как и вторая женщина, Анна, чей сын Миша (имя изменено) тоже оказался в числе обвиняемых.
В обеих семьях по четверо детей, то есть это ровно то, к чему призывают стремиться наши власти.
Не маргинальные. Не асоциальные. Не брошенные дети. Наоборот, матери изо всех сил пытаются сейчас защитить сыновей от репрессивной машины, которая уже раскрутилась вовсю и теперь никак не может остановиться, потому что надо довести это показательное дело до конца. Республиканский детский омбудсмен, кстати, особо сильно за мальчишек не вступилась, хотя и подчеркнула, что информация об изъятии из семей преждевременна и что их судьбу должен решить суд.
Ещё она добавила, что один из мальчиков уже попадался в поле зрения правоохранительных органов: как стало известно нам, хулиганил в супермаркете.
Самое страшное во всей этой истории даже не юридическое безумие.
Самое страшное — лица детей.
«Мама, меня посадят?» — спросил восьмилетний сын Анны, Миша, шепотом, глядя в пол.
Анна рассказывает это и чуть не плачет:
— Мне пришлось объяснять восьмилетнему мальчику, что такое профилактический учет. Он не понял. А потом заплакал и сказал: “Но я же не врал. Я сказал, что так уже было”.
На видео, которое есть у полиции, кстати, не видно, кем именно повреждена конструкция. Более того, по словам родителей, на записи вообще нет самого момента разрушения.
Почему взяли только 20 минут записи — от момента прибытия школьного автобуса, хотя камера работала весь день? Ответа нет. Почему не изучили видео полностью — с момента установки конструкции?
Был ли акт приемки кубов? Экспертиза? Ведь стояли они уже не первый год на этом месте. Проверка состояния «до» и «после»? Пока все это до суда покрыто мраком неизвестности. Во всяком случае обвиняемые семьи этого не знают.
По словам матерей, если бы кто-то из детей весом 30 кг действительно продавил конструкцию, он должен был бы провалиться внутрь — и это обязательно попало бы на камеру. Но ничего такого нет.
И, что особенно поразительно, судя по фотографиям из материалов проверки, речь идет не о полностью разрушенной композиции и не об уничтоженном умышленно мемориале, так как пирамида из кубов так и осталась стоять дальше до праздника, никуда не делась.
Но все это время с апреля семьи терроризируют сперва уголовщиной, теперь изъятием.
В их обиходе появилось слово «ЦВСНП», которое обвиняемые первоклассники теперь знают лучше, чем буквы в алфавите. И ещё появилось ощущение какой-то чудовищной несправедливости.
Потому что, простите, дети всегда лазили на танки.
На памятники, на пушки, на бетонные плиты, даже на подиум с вечным огнем... Сотни тысяч фотографий советского времени — дети на военной мемориальной технике. И никому не приходило в голову объявлять их за это вандалами и преступниками. Наоборот — это считалось естественным прикосновением к памяти. Живым интересом. Продолжением связи поколений.
А теперь что? Теперь у нас священны не память и не Победа, а плохо сваренные кем-то железные кубы?
И если ребенок на них залез, значит, ему надо чуть ли не сломать жизнь?
История уже вызвала огромный общественный резонанс. О ней написали правозащитные каналы, общественные организации, блогеры. Вступилась за детей и Екатерина Мизулина. Потому что даже люди с очень разными политическими взглядами вдруг увидели одно и то же: что-то пошло совсем не так.
Но особенно дико было читать комментарии некоторых чиновников, которые, кажется, вообще не поняли, чем возмущены люди. Не тем, что детям не объясняют значение Дня Победы. А тем, что кто-то окончательно стер границу между воспитанием и наказанием. И второе уже полностью заменено первым даже в детском возрасте.
Потому что, когда взрослый маргинал по пьяни жарит шашлык на Вечном огне, — это одно.
А когда первоклассники бегают на конструкции, которую сами же взрослые установили посреди детского сквера без ограждений и табличек, — это не про память. А про систему, которой вдруг понадобилась отчетность ко Дню Победы.
Анна говорит страшную фразу:
— Чему мы учим детей? Что врать безопаснее? Что правда — это слабость? Что, если ты честный, тебя все равно накажут?
Кстати, первоначально комиссия по делам несовершеннолетних должна была состояться 2 июня. Но ее перенесли якобы из-за нехватки документов. Зато суд по иску о возможном помещении в ЦВСНП пока никто не отменял.
В соцсетях люди пишут: "Люди, опомнитесь, вы понимаете, что у этих детей День Победы будет ассоциироваться не с подвигом прадедов, не с песнями, не с георгиевскими ленточками, а со страхом, с полицией, с допросами, с ощущением, что тебя могут забрать из семьи".
Одна из матерей сказала мне фразу, от которой внутри все переворачивается:
— Мой дед-зенитчик воевал на Кольском полуострове не для того, чтобы дети боялись Победы. Не ради кубиков. Ради правнуков.
И тут уже добавить нечего.
Да, память о войне священна. Да, уважение к истории необходимо взращивать с малых лет.
Но, если ради этого мы начинаем калечить детские души, значит, где-то мы свернули совсем не туда.
Потому что кубик можно починить. А детскую душу — вряд ли.
Подпишитесь на Telegram "МК": еще больше эксклюзивов и видео!
Автор: Екатерина Сажнева