Наталья Гончарова была не просто главной женой в жизни Пушкина. Согласно нумерологии самого поэта, она была его 113-й, а по другой, более скромной версии — 130-й любовью. Привычка вести хронометраж собственных влюбленностей была у нашего гения такой же органичной, как и привычка писать стихи, оставляя ученым мужем после себя больше загадок, чем ответов на вопрос: сколько же на самом деле женщин побывало в его сердце?
И не ждите здесь точной цифры. Ее не знали даже самые дотошные пушкинисты. Был «Донжуанский список», была тайная нумерация любовниц, были десятки муз, чьи профили усеяли черновики «Онегина». Давайте разбираться в этой запутанной амурной арифметике.
Альбом в подарок: откуда взялся «Донжуанский список»
Зимой 1829–30 года в Москве Пушкин был частым гостем в доме Ушаковых. Юные Екатерина и Елизавета считались главными красавицами столицы, и поэт ухаживал за ними с изящной небрежностью — больше для поддержания тонуса. Мыслями он был уже в другом месте — с Натальей Гончаровой.
И вот в один из вечеров (уж не в шутку ли, пытаясь покорить очередную красавицу?) Пушкин открыл альбом Елизаветы Николаевны и стал набрасывать в столбик женские имена. За годы творчества и любви этой привычке он не изменял, так что появление длинного перечня было лишь вопросом времени.
Позже этот перечень назовут «Донжуанским списком». У поэта их было целых два. В первом — женщины, внушившие серьезные чувства (там последней стояла Наталья Гончарова). Во втором — героини более легких и мимолетных увлечений.
Магия чисел: сколько их было
Любой человек, у которого в жизни было 130 женщин, должен был обладать исключительной внешностью и харизмой. Пушкин, как мы знаем, был далек от идеалов красоты — зато его харизмы хватало на всех.
Итак, основная путаница возникает из двух источников:
- Донжуанский список из 37 дам. Официальная версия исследователей. Строгий реестр, по которому они пытаются опознать каждую женщину, иногда ошибаясь в идентификации (например, под именем «Наталья I» могла скрываться и горничная, и графиня, и крепостная актриса).
- Помеченные номерами «113» и «130». Фанаты цифр считают, что раз Наталья, которую поэт любил и на которой женился, была 130-й, значит, до нее была целая армия увлечений.
Но исследователи творчества сходятся в одном: «Донжуанский список» был своего рода салонной шуткой. Он далеко не полон, полон условностей, и некоторые женщины, внесенные туда, упомянуты лишь для красного словца, а не для статистики. Пушкин легко мог кокетничать, записывая очередную красавицу в уже существующий чарт.
Музы от «А» до «Я»: главные и неожиданные
Изучая этот список, натыкаешься на целую россыпь знаковых фигур:
- Наталья Гончарова, конечно, главный объект. Но на пути к ней были невероятные женщины. Анна Керн, которой он посвятил строки «Я помню чудное мгновенье...», стала лишь кратким эпизодом (и далеко не единственным)..
- Амалия Ризнич. Жена высокопоставленного чиновника, которая рано умерла. Ее профилями усеяны страницы «Евгения Онегина».
- Загадочное «NN». В списке номер 4 числится некая «NN». Личность этой дамы до сих пор не раскрыта. Кто это? Императрица Елизавета или просто фантазия поэта?.
Главное, что Пушкин не просто завоевывал. Каждой своей музе он оставлял бесценное — стихи. И далеко не всегда эти стихи были про «вечную любовь». В одном из писем он признавался: «Я был влюблен во всех хорошеньких женщин, которых встречал». И это, пожалуй, самая честная автобиография поэта.