Тот стоял возле рабочего стола и делал вид, что сильно занят документами. Он был непосредственным начальником Кати последние шесть лет. Она была не виновата, что ее угораздило выйти замуж за Доренского Илью Сергеевича после его назначения на должность руководителя отдела продаж. Это была любовь с третьего взгляда - так обычно Илья представлял Катерину своим клиентам.
Он гордился этой очаровательной, очень милой и разумной женщиной. Проблема была в том, что Илья был красавчиком, на дух не выносил конкуренции, да и ответственности не любил...
– Что ты хочешь от меня? – покосился в ее сторону Илья. – Ты и так меня подставила, сорвав важный проект! Теперь еще какие-то претензии предъявляешь!
– Начнем с того, что ты сам сделал все, чтобы завалить его! – не выдержала Катерина.
– Чего?! – взбесился ее муж, отшвырнув папку с документами на стол. – Ты вообще-то понимаешь, что по твоей вине мы пролетели?! Сколько раз я просил не лезть со своими идеями в то, что тебе не по зубам?! Нет, ты же у нас самодостаточная! Тебе надо свою компетентность показать - смотрите, я крутая! Мужа могу за пояс заткнуть! Как вы достали, бабы, со своими амбициями! Лезете, куда вас не просят, потом на жалость давите, слезами хотите взять! Не выйдет - придется признавать свои ошибки! И больше не соваться туда, где ты полный ноль!
Катя слушала его вопли, с трудом сдерживая слезы. Ком негодования застрял у нее в глотке, хотелось крикнуть, чтобы Илья заткнулся, но она молчала. Ей казалось, что если сейчас она откроет рот, то истерика ей обеспечена. Илья прекрасно это знал и старался надавить на больное посильнее.
– Ну, давай, заплачь! – медленно двинулся он к ней. – Чего ты? Это же так просто - накосячить, потом всплакнуть и все будет по-твоему!
Катя сжалась, словно увидела хищника, крадущегося по саванне. Она чувствовала себя косулей, прижавшей уши в диком испуге. Сердце в груди трепыхалось, отдавая болью под лопатку. Ей на самом деле было страшно. Илья всегда так делал, когда ему надо было почувствовать свою власть над ней - он тупо доводил ее до паники…
Когда они познакомились, Катя не замечала за этим молодым мужчиной никаких странностей. Он был мил, обаятелен и считался душой коллектива. Катерина тайком поглядывала на него, но старалась лишних знаков внимания не оказывать. Илья был женат и у него был ребенок. Катя всегда считала, что женатый мужчина для нее табу, поэтому она запретила себе вздыхать в сторону этого красавчика. Хотя к некоторым сотрудницам Илья был неравнодушен - он откровенно флиртовал с самыми красивыми из них.
– Наш Илюша снова вышел на охоту! – посмеивалась Марина Владимировна, старший сотрудник. – Ох, берегитесь, девчонки! Прискачет его благоверная и повыдергает вам космы!
– А что, так уже было? – поинтересовалась тогда Катя.
– Разумеется! И не раз! – загадочно улыбнувшись, ответила женщина. – Лучше и не вспоминать…
Кате стало как-то неуютно. Она представила себя на месте девушек с вырванными волосами и ей поплохело.
– И что? Он все равно шашни разводит? – уточнила она у старшей коллеги.
– А ему-то что? Жена дома с ребенком - мол, куда денется? Вот Илюша и отрывается - дело молодое… Прет по служебной лестнице, как паровоз на “зеленый” - только дым валит из одного места! Понятно, папаша его все сделал, чтобы мальчика пристроить…
Катя примолкла: ей стало ясно, почему Доренский такой бесстрашный. У него имелась “крыша”. У нее такой привилегии сроду не водилось - все приходилось добывать своим горбом…
Спустя три года по офису побежал шепоток, что Илья Доренский разводится. Сначала секретарша старого начальника обмолвилась возле кофемашины, потом девочки за обедом в кафе. Ну, и понеслось - мужики в курилке открыто совещались, как бы Илюхе помочь с бракоразводным процессом и оставить его жену-истеричку без средств к существованию. Почему-то никто не подумал о его ребенке - наперегонки накидывали варианты, как алиментов платить поменьше. Катя ловила обрывки разговоров, ее мутило от цинизма, но она молчала. Считала, что это дело Доренского, а не коллектива. Ей было даже жалко его. Он ходил очень унылый, временами казалось, что он толком не спит и не ест.
– Илья, вы поедете на корпоратив? – однажды обратилась Катя к нему от лица общественности.
Девочки в отделе сказали, что с ней Илья точно будет разговаривать. Вроде, она самая добрая и отзывчивая.
– Да, да.., – рассеянно отозвался молодой мужчина, глядя мимо нее.
– Тогда мы выезжаем в четверг в одиннадцать часов от офиса, – немного громче сказала ему Катя. – Вы точно решили?
– Да, Катюша, – отозвался чуть адекватнее Илья, – не сомневайтесь - я буду душой компании! Как когда-то…
Его бледный вид и потерянный взгляд слабо подтверждали эти планы - как-то не вязалось уныние и бодрые речи.
– Хорошо… – кивнула Катерина и оставила его в покое.
“Бедный.., – подумала она, вернувшись к своему столу, – потерялся мужик… Наверное страдает по ребенку… Сын совсем крошка! Видно жену до сих пор любит… Чего она так сразу на развод? Неужели нельзя было как-то договориться? Все-таки ребенок у них…”
Катерина, вернувшись с работы домой, поймала себя на мысли, что думает о Доренском не как о сослуживце, а просто как о человеке. В принципе, он был неплохой малый - веселый, заводила в любой компании, да и у начальства был на хорошем счету. Все в офисе прочили ему кресло Пал Палыча - старого, ворчливого зануду. Офисный “планктон” мечтал, что Илья займет его место. Хотелось свежего ветра перемен и адекватности. Тем более, что Пал Палыч стал часто прибаливать, жалуясь на сердце. Владелица их фирмы, Анастасия Михайловна Гинзбург, недвусмысленно дала понять, что перестановки не за горами. Так и случилось…
После корпоратива, куда Илья Доренский все-таки поехал, он был назначен тем самым начальником отдела, о кресле которого он так давно грезил.
– Илюша! Мы тебя поздравляем! – хором щебетали офисные девицы, обступив кольцом нового босса. – Не забудь с кем чай гонял и лопал котлеты в кафе! А то зазнаешься и перестанешь своих узнавать! Голова закружится от успехов - мы тебя быстро приземлим! Зацелуем до смерти, так и знай!
Илья смущенно улыбался, поглядывая почему-то на Катю. Та стояла поодаль и не принимала участия в глупых подколах новоиспеченного начальника. Она тихонько улыбалась, стараясь не смотреть Илье в глаза. Ей было почему-то неловко…
– Катерина, зайди ко мне! – ее следующий день начался с вызова к Доренскому.
– Я слушаю… – сказала она, едва показавшись на пороге его кабинета.
Тут как-то все изменилось. Кресло и стол были заменены на более массивные, занавески на окнах исчезли, уступив место жалюзи. И вообще, Екатерине показалось, что стало как-то свободнее, но весомее.
“Странное ощущение… – подумала она тогда, – кабинет вроде все тот же, а что-то в нем не то… Может вот этот письменный прибор старинной работы все поменял? Как у генерала какого-то… Дорого-богато, что ли?”
– Катя, у меня есть планы на тебя, – начал Илья очень осторожно.
– Какие?! – испуганно хлопнув глазами, прошептала Катя.
– Самые перспективные! – улыбнулся Илья, – Я хочу, чтобы ты стала моим замом!
– А как же Марина Владимировна? Она специалист высокого класса…
– Ничего, не беспокойся насчет нее! – заверил Илья. – Никакого конфликта не будет. Я переведу ее на более выгодное место. Обещаю!
Катя слегка замялась. Она не знала, можно ли так поступать. И как это будет выглядеть в глазах других сотрудников? Много вопросов вертелось в голове Катерины на тот момент, но, глядя на прямой взгляд Доренского, ей хотелось надеяться, что все будет прозрачно и без жертв.
– Девчонки, ухожу от вас! – загадочно улыбаясь известила молодых коллег Марина Владимировна. – Перевели меня в наш филиал, поближе к дому! Хоть на дорогу по два часа тратить не буду…
Девочки зашушукались. Им срочно надо было узнать кто займет место этой мировой тетки. В неведении коллектив оставался недолго - через пару дней Доренский назначил Екатерину своим замом. Ну, не сам конечно. Приказ был подписан Гинзбург А.М.
“Справлюсь ли? – думала Катя, принимая поздравления сослуживцев. – Такая ответственность… Да и опыта у меня, по сравнению с Марией Владимировной, маловато. Хоть бы не опозориться!”
Ей было важно оправдать доверие руководства. Тем более, что в последнее время Илья активно оказывал ей знаки внимания. Не наглел, но был очень настойчив.
– Катюш, давай все-таки отпразднуем твое назначение! – однажды в пятницу предложил он. – Можем обсудить в ресторане перспективы на будущее. Правда, я могу только до десяти вечера - сыну обещал приехать… Тебя не смутит, что я исчезну после ужина?
Катерина пожала плечами. Она не знала соглашаться или нет. Вроде ничего такого в этом ужине не было. Тем более, что Доренский не настаивал на продолжении банкета.
Он воспринял ее молчание, как знак согласия.
– Вот и отлично! Тогда в семь в ресторане на Космонавтов! – добродушно улыбнулся Илья. – Я буду тебя ждать…
Щеки Кати мгновенно вспыхнули от интонации, с которой он сказал последнюю фразу - там было столько подтекста, что она почувствовала, как неприличные мурашки побежали по ее телу.
“Господи! Что это со с мной?! – чувствуя, как пульс подскочил за разумную отметку, подумала девушка. – Да, он очень хорош.., но у него семья, ну почти семья и вообще…”
Что было за этим “вообще” она пока не знала, вернее, не разобралась. Ее тянуло к этому высокому, плечистому красавчику, но остатки разума твердили, что надо быть осторожнее…
– Катя! Я здесь! – махнул ей рукой Илья, приподнявшись с места.
Катя только что вошла в ресторан и настороженно оглянулась. Место было шикарное, народу было немного, несмотря на вечер пятницы.
– Вас ожидают! – вырос перед ней администратор. – Прошу вас, проходите…
Катя несмело двинулась к столику Ильи. Он встал и лично отодвинул ее стул, предлагая присесть.
– Я взял смелость сделать заказ на свое усмотрение, – начал он, устраиваясь напротив.
“Был уверен, что я приду.., – промелькнуло в голове у девушки. – Понятно: он начальник, я подчиненная. Куда мне деваться?”
– Я не хочу показаться навязчивым, Катюша, – продолжал Илья, глядя ей в глаза. – Но, у меня на завтра два билета на спектакль… Пойдем?
Она совсем растерялась. Одно дело праздновать ее назначение, к которому Доренский приложил руку, а другое ходить по театрам. Катерина крепко задумалась.
– Я понимаю, что звучит это немного странно, но моя мама заболела, а билеты пропадают.., – тихо, как-то по семейному, пояснил Илья. – Выручишь? Или можете с подругой сходить, если мое общество тебе не нравится…
Катя осторожно кашлянула, поправила салфетку на коленях и кивнула:
– Я с радостью составлю вам компанию… А что с вашей мамой?
– Ой, там такая история! – воодушевился Илья. – Я потом как-нибудь расскажу! А сейчас давай пить шампанское и отдыхать! Я так устал за последнюю неделю… Просто с ног валюсь, но надо держаться - сынишке слово дал…
Они ужинали морепродуктами, не спеша пили белое вино, бросая взгляды друг на друга. После десерта с кофе Илья протянул руку к Катиной ладони и накрыл ее своей:
– Катюша, ты очень красивая девушка! Но, даже это не главное - ты очень умна, не по годам ответственна и тебя ждет блестящее будущее!
Катерина смутилась. Ей очень хотелось именно этого – карьерных высот, признания окружения и любви. Да, той самой любви, о которой мечтают девушки любого возраста.
– Я надеюсь, что ваши пророчества сбудутся, – покраснев, ответила она, но руку не убрала.
Ей нравилось его теплое прикосновение, очень не хотелось, чтобы Илья сейчас встал и ушел. Однако, время, отведенное для нее заканчивалось и Илья все чаще поглядывал на часы.
– Вам надо бежать.., – осторожно намекнула она, – вы идите… Я потом сама доберусь…
– Катюша, ты за кого меня принимаешь?! – искренне удивился Илья. – Говори адрес, я сейчас вызову такси и обязательно наберу тебе чуть позже, чтобы убедиться что ты добралась в целости и сохранности! Такую девушку, как ты, запросто могут украсть по дороге. Я себе этого не прощу!
Катя понимала, что он шутит. Но его серые глаза, которые тщательно изучали ее лицо, были совершенно серьезными. Ей показалось, что там поселилась какая-то грусть и он не знает, как от нее избавиться…
– Никто меня не украдет, – покачала она головой, – а вот вас сын заждался… Так, что бегите…
Илья подозвал официанта, расплатился по счету, заказал ей такси и предложил выйти на улицу. Подышать, как он сказал.
Когда подъехала машина, Илья нагнулся ее щеке и едва коснулся губами пылающей щеки девушки.
– Спасибо, Катюша… Я буду ждать завтрашнего вечера, чтобы увидеть тебя…
Катерина села в такси, откинулась на сидение и проводила взглядом своего начальника. Он стоял, засунув руки в карманы брюк, подняв голову к вечернему небу, словно думал о чем-то своем. На лице застыла маска печали.
“Наверное, не сладко ему, – думала Катя, вернувшись домой. – Мама еще заболела…”
Илья действительно написал ей в этот вечер. Правда, после полуночи. Катя не спала, она думала о Доренском…
На следующий день они были в театре, потом гуляли по бульвару, говорили обо всем на свете и Катерина поняла, что влюбилась окончательно и бесповоротно. Илья тоже сиял, как начищенный самовар. Эти перемены все сотрудники заметили в понедельник утром. Всю следующую неделю офис обсуждал служебный роман начальника отдела продаж и его заместителя - Екатерины Гориной.
Спустя полгода молодые люди поженились. Они были абсолютно счастливы. Совместная работа сближала, общие интересы мотивировали на новые планы и любовь, которая кружила их головы, давала надежду на прекрасное будущее. Так продолжалось шесть лет. За это время Катя выросла в профессиональном плане настолько, что уже не нуждалась в советах своего мужа. Он дико раздражался, если она не считала нужным поставить его в известность в каких-то мелочах.
– Ты совсем уже! – возмущался Илья. – Я все-таки твой непосредственный начальник! Ты обязана мне обо всем докладывать!
– Илюша, ну это же такие мелочи! – пыталась сгладить углы Катя. – Ты так занят, а тут я еще со своей ерундой ! Я берегу твое время, милый…
– Так дело не пойдет! – кипятился муж. – Ты возомнила себя бог знает кем, и выставляешь это на всеобщее обозрение! По офису уже ходит слушок, что я у тебя под каблуком! В мое кресло метишь?! Не выйдет! Я как был твоим шефом, так и останусь! Тебе через меня не перепрыгнуть! И вообще, давно пора задуматься о ребенке! Тебе еще недолго осталось в фертильном возрасте бегать - часики тикают!
Когда он заводил разговор о детях, Катю словно ошпаривали кипятком. С тех пор, как они поженились, Илья перестал общаться сыном от первого брака. Он говорил, что его жена запрещает ему, но Катя с трудом в это верила. Однажды она случайно подслушала разговор Ильи и своей свекрови, где они активно обсуждали замужество бывшей жены. По обрывкам фраз Катерина поняла, что теперь сын Ильи это головная боль нового избранника бывшей жены. Во всяком случае, Илья так сказал…
– Я подумаю насчет детей… – уклончиво отвечала Катя в таких случаях.
Что-то ее останавливало. Ей почему-то все время казалось, что она может оказаться на месте бывшей жены Ильи - с ребенком на руках и без всякой опоры.
“Время такое, что приходится надеяться только на себя, – убеждала она себя, наблюдая за женщинами своего возраста. – Как-то все очень ненадежно стало… Три раза подумаешь, чтобы рожать… Но, Илья прав - часики тикают…”
Когда-то, лет десять назад, она думала совершенно по другому. Ей хотелось крепкую семью, надежного мужа и кучу ребятишек. Уж двоих точно. Однако, вскоре она поняла, что построить хорошую карьеру, не отказавшись от чего-то важного, практически невозможно - обязательно просядет какая-то из сфер.
Они с мужем работали, как проклятые - от зари до темна, приходили домой уставшие, наспех ели готовую еду из доставки и валились замертво спать. Утром эта нескончаемая карусель продолжалась с мерзкой регулярностью. Бег по кругу иногда прерывался на приятные моменты в виде отпуска на каких-нибудь далеких островах с белым песочком, коктейлями, нырянием с аквалангами и жаркими ночами, полными безудержной страсти. По возвращению оба супруга снова превращались в рабочих лошадок. Наездником была Гинзбург А.М.
Погонять она умела знатно, “свистя” над их головами распоряжениями и новыми директивами.
– Если кому-то надоело получать достойную зарплату в приличной компании, то я не держу! – обычно так начинала свой разнос владелица фирмы. – Вас наняли для того, чтобы мой бизнес расцветал, а не сводил концы с концами! Кому до сих пор это нужно объяснять, вылетит со своего места, как пробка из бутылки! Всем ясно?! Тогда по местам и работаем!
Екатерине после таких совещаний почему-то казалось, что Анастасия Михайловна исчезает из офиса на помеле ведьмы. Не может быть, чтобы обычная женщина была такой неутомимой. У самой Кати столько сил на работу не всегда хватало. Иногда она просто валилась с ног и тогда приходилось работать из дома. Это не очень приветствовалось руководством, но пару дней можно было взять под свое недомогание. Илья тоже был недоволен. Он привык, что Катя всегда под рукой и в любой момент ее можно дернуть по самому незначительному вопросу.
– Катюша, мне не очень нравится, что ты стала часто болеть! – как-то вечером заявил Илья.
Он смотрел на покрасневшие от компьютера глаза своей жены, водил носом, пытаясь унюхать запах еды, но понимал, что ужина как не было, так и нет. Катя не особо любила готовить. Вернее, сначала она пыталась удивлять мужа кулинарными способностями, но у него было столько замечаний, что она решила, что проще заказывать еду, чем видеть его недовольное лицо. Тем более, что времени на все это уходила уйма, а никакой благодарности Катерина не получала.
Илья частенько ворчал:
– Быстро ты, однако, сдалась… Моя бывшая продержалась подольше… Ох, уж эти современные женщины! Доставка процветает…
– Илья, ты же сам говоришь, что тебе не нравится моя стряпня, – отвечала Катерина. – Зачем мне тебя мучить? Да и себя тоже бесполезным занятием?
– Милая, ты давно могла бы научиться этому нехитрому делу, – чуть мягче парировал муж. – Например у моей мамы… Она прекрасный кулинар и вообще хозяйка от бога! А ты совсем не хочешь с ней общаться. Она, кстати, переживает по этому поводу… Надо быть чуть терпимее к моим родителям. Все-таки не чужие нам люди.
– Илюш, ты прекрасно знаешь, как я отношусь к ним, – вздыхала Катя. – Просто у нас нет общих точек соприкосновений. У меня работа, у мамы твоей только домоводство. Нам даже поговорить не о чем…
Кате в этот момент хотелось добавить “к счастью”, но она вовремя прикусывала язык. Скандала не хотелось.
– Вот, а были бы внуки, глядишь и общие интересы бы нашлись! – садился на своего любимого конька муж. – Когда же ты нас порадуешь? Тебе уже тридцать шесть, дорогая! Пока есть возможность, надо этим пользоваться. Чтобы потом локти не кусать..
– Илья, ты прекрасно знаешь, что у меня проект за проектом! – начинала заводиться Катерина. – Сначала ты заваливаешь меня работой, а потом упрекаешь в том, что я не думаю о детях! Ты же убедил меня, что на мне все завязано - даже насморк мне не положен, мол, все остановится! Приходим домой и начинается - Катя, часики! Как вы все достали со своими сроками! Я может сама решу, когда производить на свет потомство?! Каждая собака в офисе знает, как мне лучше жить! Что вам всем от меня надо?!
Обычно Илья в такие моменты выглядел раздраженным, но в однажды Катя заметила в его глазах какой-то странный победный огонек - ее муж словно мысленно потирал ручки от удовольствия.
“Ему нравиться меня кошмарить! – мелькнула неприятная мысль у нее голове. – Он просто развлекается, доводя меня до белого каления! Типа спортивного интереса - доведу Катю, не доведу Катю!”
С того момента она стала пристально наблюдать за мужем. Что он говорит, что делает, как сам реагирует на все, что связано с его женой. Она обнаружила шокирующий факт - ее муж отчаянно завидует. Всем, не только своей жене! У него буквально сводило скулы, когда Гинзбург кого-то хвалила в его присутствии. Кате казалось, что Илья с трудом сдерживается, чтобы не броситься на Анастасию Михайловну. Она у него вызывала странные чувства - от лакейской предупредительности до жуткой ненависти. Поведение Ильи было соответствующим. Дома он вел себя, как господин, а на работе пресмыкался перед Гинзбург. Катерину это всегда раздражало, но она объясняла поведение мужа желанием сгладить углы. Все в офисе знали какой характер у хозяйки фирмы. Связываться с ней никто не стремился…
– Так, милочка! Я смотрю вас жизнь ничему не учит! – рычала на Катю Гинзбург, не стесняясь в выражениях.
Она вызвала ее “на ковер” на следующий день после неудачной презентации.
– Откуда такая нерасторопность? – грохотала Анастасия Михайловна. – Почему не проверили данные, когда готовили проект?!
Катя молча стояла перед ней, сцепив побелевшие пальцы. Она знала причину провала, но не могла подставить мужа, который подсунул ей папку с цифрами в самый последний момент. Об этом даже разговора не было.
– Что, язык проглотила? – не унималась владелица фирмы. – Если так дальше пойдет, то вылетишь у меня, как миленькая! И не посмотрю, что муж твой за тебя заступается! Иди, исправляй все и чтоб в следующий раз такого не повторялось!
Катя молча повернулась и вышла из кабинета, глотая слезы. Обида душила с такой силой, что хотелось выть от боли. Она вышла из здания и направилась в ближайшее кафе - как раз подошло время обеда. Есть не хотелось, но сидеть на рабочем месте, давясь слезами, было выше ее сил.
Зайдя внутрь, она направилась в туалет, чтобы вымыть руки, да и просто посмотреть на себя в зеркало. Видок у нее был затрапезный. Да еще, как на грех, живот крутило так, что терпение было на исходе. Шмыгнув в кабинку, Катя тяжело вздохнула. Ей очень хотелось спрятаться и никого не видеть. Неожиданно раздались знакомые голоса:
– Да что ты думаешь? Илюша выкрутиться!
– Конечно выкрутиться! Куда ему деваться? Грымза рявкнет и он все сделает, как миленький!
– Ну, да! Зря что-ли она ему приказала на Катьке женится! Знала ведьма, что он за ней, как за каменной стеной будет! Сам-то он умишком не блещет - зачем ему, если Катя все сделает! Да и папа молодец - посадил сыночка в теплое кресло, а сноха пашет, как каторжная!
– Да, он ее плотно на крючке держит! Костьми ляжет, а не даст в декрет уйти!
– О чем ты? Он на третий день взвоет! Катьку жалко - промурыжит он ее, а сам потом к молодой свалит! Да и не нужны ему дети! Вспомни, как он с Анжеликой поступил - вычеркнул из жизни, словно и не было ее!
– Вот мужики пошли! Ничего святого!
– И не говори - одни уроды!
Катя перестала дышать. Она даже забыла, что у нее бурлило в животе - весь организм превратился в слух.
– А Илюша все-таки красавчик! Если бы он не боялся Анастасию Михайловну, то можно было бы романчик замутить!
– Ага! Размечталась! Илья Сергеевич так за свое место держится, что ему хоть голой на столе спляши - даже ухом не поведет! Мне иногда кажется, что “Ведьма” ему пояс верности лично выдала… Только для его ненаглядной Катеньки!
– Точно! Боится, что уведут ее! Тогда все - продажам хана!
Катя кашлянула и женские голоса стихли.
“Это что же получается? – думала Катерина, выйдя из кабинки. – Илье приказали на мне жениться в обмен на кресло? Да ну - ерунда какая-то… Девчонки просто сплетничают! Я же помню, как он ухаживал за мной… Сколько тепла в его глазах было… Так не один актер не сыграет! Мы были абсолютно счастливы… Да, потом это куда-то исчезло, но так у всех бывает… Нельзя же вечно смотреть друг на друга влюбленными глазами! Тем более, что мы круглосуточно вместе. Да и вообще уже давно вместе…”
Она шла, спотыкаясь, обратно в офис. Катины мысли торговались друг с другом, как торговки на базаре. Одна упрямо твердила, что подслушанный разговор полная бредятина, другая накидывала компромат на Илью. Неожиданно вспомнилось все, что так коробило Катерину в ее браке. Например то, что Илья обожал доводить ее до истерики. Иногда ей казалось, что это она сама виновата - могла бы спокойнее реагировать на его колкости. Тем более, что он всегда пытался свести все к шутке и выставлял Катю истеричкой. Она ела себя поедом после таких стычек - ей действительно начинало казаться, что она все преувеличивает, что надо проще относиться ко всему, но что-то внутри нее сопротивлялось этому. И сделать с этим ничего было нельзя…
– Где ты ходишь?! – встретил ее муж, когда она вернулась в офис. – Обед давно закончился! Дел невпроворот, а она гуляет! Не жди, поблажек не будет - на работе я начальник, а ты всего лишь подчиненная!
В этот момент Кате показалось, что Илья панически чего-то боится. Она молча ему кивнула и прошла к себе. Надо было разобраться во всем, что происходило вокруг без шума, который намеренно создавал ее муж. Илья двинулся за ней, давая понять, что разговор не закончен.
“Он боится меня потерять! – неприятно осенило ее. – Не как человека, а как рабочую лошадку… Его неуверенность просто из ушей у него лезет! Как я раньше не замечала, что вся его амбициозность дутая, как мыльный пузырь? Может мне хотелось видеть то, чего и в помине нет? Нарисовала себе красавчика, который уверенно делает карьеру, а по факту это просто чей-то продвиженец! Свекр мой лучше всех его знает, вот и загнал сыночка под крыло Гинзбург… Интересно, что их связывает? Почему Анастасия Михайловна столько лет возится с Ильей? И вот это - “она приказала Илюше жениться на Кате”? Вообще, верится с трудом, но все же…”
Мысли летали в ее голове, как шарики в настольном теннисе – с подкруткой, со свистом, готовые вот-вот превратиться в потерю очка. Кате не хотелось проиграть эту партию. Что-то ей подсказывало, что победа будет за ней, даже если придется играть ва-банк.
– Илья Сергеевич, я была на обеде, – подчеркнуто деловито начала она. – Вы без меня минуты прожить не можете?
– Что ты несешь?! – побелев от злости, рявкнул муж. – Мне документы нужны, а не ты!
Катя четко зафиксировала, что Илья понял, что прокололся на таком простом тесте. Он тут же осекся и запаниковал.
– Я имею в виду, что надо срочно исправлять то, что ты накосячила!
– Я так и поняла! – оборвала его Катя. – Именно этим я и собираюсь заняться! О результатах доложу ближе к вечеру.
– Кать, ну чего ты начинаешь? – не сдавался Илья, видя, что в ней что-то изменилось.
Он физически ощутил, что теряет контроль над собственной женой. Паника липким потом взмокла между его лопаток. Такого еще раз Илья не мог себе позволить. Бывшая жена Анжелика с ее разводом тут же всплыла в его памяти…
– Все в порядке! – спокойно отреагировала Катя.
Она крутанулась на шпильке перед его носом и уселась за стол, словно ей не было никакого дела, что Илья ворчит, не стесняясь удивленных взглядов сотрудников. Катя демонстративно уткнулась в документы, будто его уже не было рядом.
“Как я раньше не догадалась о его истинных намерениях? – думала она, щелкая клавишами ноутбука. – Все же шито белыми нитками - меня поставили его замом, чтобы Илья горя не знал на работе! Даже жениться пришлось бедолаге! На что только не пойдешь, когда хочется карьеры…”
Последняя фраза, как ни странно больше всего отозвалась внутри Катерины. Она словно сказала ей о себе. Стало мерзко до тошноты. Ей захотелось закончить все это немедленно, прямо сейчас. Побарабанив ногтями по столу, она задумалась на несколько секунд, потом выдернула папку с документами из верхнего ящика стола и резко встала. Надо было расставить все точки над “i”...
– Анастасия Михайловна, я на минуту! – твердо сказала Катя, входя в кабинет Гинзбург.
Та слегка опешила от такой наглости - обычно к ней без доклада секретарши никто не вламывался.
– Чего тебе, Доренская? – насупилась старая “Ведьма”.
– Вот документы, которые я готовила для презентации! – Катя буквально шлепнула папкой об стол.
– Обалдела что-ли?! – дернулась Гинзбург. – Совсем нюх потеряли! Как к себе домой вваливаются!
– Я пишу заявление по собственному, но сначала вы убедитесь, что моей вины нет в том, что презентация сорвалась!
– Чего?! Какое “по собственному”?! – побледнела то ли от злости, то ли от бессилия Анастасия Михайловна.
– Обыкновенное, – спокойно ответила Катя. – Здесь мне не место.
Она открыто посмотрела в глаза Гинзбург и поняла, что все сделала правильно. Хоть “Ведьма” и была бабой стервозной, но умом бог ее не обидел - она видела людей насквозь и спуску никому не давала.
– Иди к себе! – рявкнула она. – Посмотрю все сама и там решим, что с тобой делать…
– Нет, я все решила - я ухожу! Я больше не могу работать с человеком, который может предать меня в любой момент! Мне это не подходит.
– Ты о чем? – прищурилась Гинзбург. – Про Илюшу, что ли?
– Да, с ним я тоже расстаюсь! – дернув подбородком, ответила Катя. – Хватит с меня!
Анастасия Михайловна, стащив очки с носа, почему-то тяжело вздохнула.
– Катя, ты сейчас иди.., – нехотя выдавила она из себя, – а потом мы решим, как лучше сделать…
Катерина вдруг увидела, как плечи пожилой женщины опустились, лицо стало дряблым, а глаза словно помутнели. Ей стало не по себе.
– Я пойду.., – попятилась она к двери, не спуская глаз с начальницы.
Та молча кивнула. Катя буквально вылетела пулей за дверь, закрыла ее и прислонилась к обивке.
– Сережа, твой Илюша оболтус! – услышала Катя голос Гинзбург. – Профукали вы девку! А что я? Я твоим детям не нянька, мой дорогой! Не знаю, как вы ее будете возвращать! Она с характером, да еще с каким! Прям я в молодости! Чего ты там ржешь?! Помнит он! У тебя уже склероз должен быть по моим подсчетам! Мало ли, как в молодости чемурили… Прошли те времена… Ладно, ладно - придумаю, что-нибудь… Давай, на связи!
Катя не дыша, отползла от двери и боком просочилась в дверь на выход. Она вернулась к себе, посидела минуту, раздумывая еще раз над тем, правильно ли она поступает. Часы над входом громко стучали, словно отсчитывая ее время вылета из офиса. Сердце вторило им в такт, трепыхаясь в груди, словно загнанный в силки птенец. Кате казалось, что еще мгновение и у нее начнется истерика.
– Доренская, к Анастасии Михайловне! - раздался звонок по внутреннему телефону.
Катя с трудом поднялась и побрела к “Ведьме”. Гинзбург сидела за столом с каменным выражением лица, грозно постукивая ручкой, словно вколачивала сваи в карьеру Екатерины.
– Присядь! – приказала хозяйка, едва Катя переступила порог ее кабинета.
Рывком подняв свое немолодое тело из кресла, Анастасия Михайловна прошла к окну.
– Значит так! С завтрашнего дня ты работаешь с Марией Владимировной в нашем филиале! И не спорь со мной - вопрос решенный. Маша все время твердит, что ей нужна помощница, а я думаю, что это она будет твоей правой рукой. Тетенька она уже пожилая, хоть соображает не хуже вас, молодых. Что там у вас с Илюшей, не мое дело - разберетесь…
Екатерина попыталась что-то возразить, но Гинзбург остановила ее суровым взглядом.
– Ты, красавица, горячку то не пори, – как-то по-матерински сказала она. – Мужья сегодня есть, а завтра нет… А ты со своими способностями всегда себе на жизнь заработаешь. Если мозгами будешь думать, а не сердцем… Иди давай! Уселась она…
Катерина безмолвно глянула на свою теперь уже спасительницу, криво улыбнулась и поднялась с места с прямой спиной. Она шагнула к двери, обернулась и увидела, что Гинзбург подмигнула ей ободряюще. Ей ничего не оставалось, как подчиниться приказу. Надо было на что-то жить.
Вопрос о разводе е ее голове уже был решен - окончательно и бесповоротно…
- Дисклеймер: Все имена, события и персонажи вымышлены. Любые совпадения считать случайными.
Спасибо за внимание.
Благодарю за лайки, подписки и комментарии.
На канале есть истории, которые отзовутся в вашем сердце: