Лучшее научное исследование околосмертного опыта и жизни после смерти от Оливера Лазара
Доктор Оливер Лазар — профессор информационных технологий, к тому же имеющий медицинскую подготовку. Это человек, привыкший доверять тому, что можно измерить, проверить и доказать.
Будем рады если вы подпишитесь на наш телеграм канал
9 октября 2017 года Оливер вёз свою 13-летнюю дочь в школу. В какой-то момент впереди замедлилось движение. Люди вокруг суетились, кто-то бегал, было понятно: случилось что-то серьёзное. Кого-то сбили.
Бетономешалка поворачивала направо и задела велосипедистку. Такие аварии в Германии происходят довольно часто: у грузовиков есть «слепая зона», в которой водитель просто не видит человека на велосипеде. А когда замечает — уже слишком поздно.
Оливер с дочерью сидели в пробке и наблюдали за хаосом на дороге. Они не знали, кто пострадал. Потом они доехали до школы, и день пошёл своим чередом.
Через два часа дочь ворвалась домой в слезах и сказала:
«Это была Йома!»
Йома училась с его дочерью в восьмом классе. Авария оказалась смертельной.
И в этот момент Оливера накрыло странное чувство. В груди всё сжалось. Мир как будто покачнулся. Его полностью поглотила скорбь, какой он никогда раньше не испытывал.
Хотите в Китай? Все самое главное за 7 дней: горы Аватара, Великая Китайская стена, Терракотовая армия, небоскрёбы Шанхая и древние храмы. Маркетплейс авторских туров Clubok.Travel предлагает эксклюзивные авторские туры с русскоязычным гидом, продуманной программой от проверенных организаторов. Расширенная медицинская страховка в подарок. После тура вы бесплатно получите фотокнигу и видеоролик о вашем путешествии.
Тур в Китай: https://clubok.travel/china?utm_source=dzen&utm_medium=smm
Ему казалось, что сердце разорвалось на части.
Но ведь он почти не знал эту девочку. Видел её один-два раза на школьных мероприятиях. Может быть, проходил мимо неё в коридоре. Они никогда не разговаривали. По сути, она была для него чужим человеком.
И всё же боль не отпускала.
Оливер думал, что через неделю-другую это чувство пройдёт. Обычно горе работает именно так: сначала шок, потом человек постепенно возвращается к обычной жизни. Но здесь всё было иначе.
Печаль становилась только сильнее. Она постоянно тянула его к себе. Он не мог объяснить, почему чувствует такую связь с девочкой, которую не знал. Он начал сидеть в тишине, думать о Йоме, снова и снова возвращаться мыслями к аварии и пытаться понять эту невозможную связь.
А примерно через две недели после её смерти произошло нечто, что противоречило всему, чему Оливер научился за 43 года жизни и научной подготовки.
Он сидел дома на диване в тишине. И вдруг его тело начало вибрировать.
По левой стороне тела побежали мурашки. Это были не обычные ознобы. Ощущение было таким, будто к нему приближается какое-то сознание извне, не изнутри его самого.
А потом пришла любовь.
Она хлынула сквозь него, как вода через прорванную плотину. Это была не та любовь, которую он испытывал к семье или друзьям. Это было нечто бесконечное. Нечто, вмещающее в себя целые вселенные.
Казалось, весь мир сияет светом. Лицо Оливера было мокрым от слёз радости. Но при этом глубокая печаль всё ещё оставалась внутри.
Он сидел, разрываясь между невозможными чувствами. Как можно одновременно ощущать такую всепоглощающую любовь и тонуть в горе?
Оливер пошёл в библиотеку. Заказывал книги в интернете. Смотрел видео до поздней ночи.
Ему нужно было понять, что с ним произошло.
Так он открыл для себя тему околосмертных переживаний. Люди, которые умирали и возвращались обратно, описывали ту же бесконечную любовь. Они говорили о свете, связи и покое, для которого не хватает слов.
За следующие месяцы Оливер прочитал больше, чем, по его собственным ощущениям, за все предыдущие 43 года жизни вместе взятые.
И переживания не прекращались. Они повторялись. Оливер научился медитировать, и во время медитации снова мог чувствовать это: любовь, мурашки, присутствие, приближающееся извне. Он был уверен: это не было чем-то, что производил его собственный разум. Это приходило откуда-то ещё.
Через несколько месяцев после смерти Йомы Оливер посетил медиума по имени Нина Херцберг. Он хотел понять свои переживания. Возможно, получить хоть какое-то направление.
Он записался на чтение ауры — по сути, на разговор о том, что с ним происходит.
Но во время сеанса Нина вдруг прервала его и сказала:
«Здесь есть девочка. Она показывает мне, что погибла в аварии на велосипеде. Это что-то для вас значит?»
Оливер ничего не рассказывал ей о Йоме.
Девочка начала подтверждать своё присутствие через Нину. Она показывала образы верховой езды. Оливер знал, что Йома очень любила лошадей.
Затем Нина сказала:
«Она показывает мне цифру один. И ещё одну цифру один. Это что-то для вас значит?»
Оливер не мог понять. Это не был её номер телефона. Не дата рождения. Ничего не совпадало.
Нина сказала не волноваться: обычно такие детали становятся понятны позже.
И она оказалась права.
Через несколько недель Оливер связался с родителями Йомы. Он спросил о двух единицах. Мать девочки тоже не поняла, что это может означать. Тогда Оливер упомянул видение с верховой ездой.
Лицо матери изменилось.
Незадолго до аварии Йома дважды заняла первое место на турнире по конному спорту. У неё были две ленты за первое место.
Внутри Оливера что-то сдвинулось. Нина не могла этого знать. Он сам тоже не мог этого знать. Откуда взялась эта информация?
Во время сеанса Нина передала Оливеру ещё одну деталь. И именно она, казалось, объясняла всё.
Йома сказала Нине, что в прошлой жизни Оливер был её отцом. И в той жизни он тоже видел, как она умирает.
Внезапно невозможное горе стало понятным. Глубокая связь. Ошеломляющая любовь.
Оливер уже терял её раньше.
Но по дороге домой в нём проснулся критически мыслящий учёный. Один сеанс у одного медиума ничего не доказывает. Ему нужны были новые подтверждения.
Через три недели Оливер посетил семинар о реинкарнации. Его вела медиум Беттина Сувироде из Рурской области. Во время знакомства Оливер просто назвал своё имя и упомянул, что стал свидетелем гибели одноклассницы своей дочери.
Беттина сразу прервала его:
«Да, и эта девочка здесь. Она говорит, что в прошлой жизни вы были её отцом и что тогда вы тоже её потеряли».
Оливер сидел молча, ошеломлённый.
Два медиума, незнакомые друг с другом, сообщили ему одну и ту же конкретную историю.
Беттина также передала детали аварии, которых Оливер сам не знал. Позже он подтвердил их у родителей Йомы.
Именно тогда он уже не мог отрицать происходящее. Сознание переживает смерть. Девочка всё ещё могла общаться. И у этой связи была причина.
На духовных мероприятиях Оливер познакомился с родителями, потерявшими детей. Он видел, какое огромное утешение они получают от подлинных контактов со своими умершими детьми.
Он понял, что находится в особом положении. Он был учёным, который сам столкнулся с духовным миром. Он понимал обе стороны. Возможно, он мог стать мостом между ними. Возможно, он мог показать скептикам, что сознание продолжает существовать. Что любовь продолжается. Что смерть — не конец.
Тогда он решил провести научное исследование медиумизма.
Исследование ARIUM
Оливер начал сотрудничать с Беттиной Сувироде и ещё одним медиумом — Таней Шлёмер. Также они привлекли психотерапевта Катрин Штефан, которая более двадцати лет работала с родителями, пережившими смерть детей.
Они назвали проект исследованием ARIUM. Это аббревиатура от «Эмпирическое исследование эффективности и подлинности сообщений из духовного мира».
Оливер позаимствовал подход с аббревиатурами из времён работы в Институте Фраунгофера. У каждого научного проекта должно быть приличное название.
Дизайн исследования был продуман очень тонко. Они использовали обычные сеансы, которые люди сами бронировали у медиумов. После каждого сеанса исследователи ждали три-четыре недели и только потом отправляли участникам анкету.
Зачем ждать?
Потому что сразу после сеанса человек может быть в эйфории. Он может оценить всё как прекрасное, не успев критически осмыслить опыт. А через несколько недель появляется время подумать, проверить детали, задать себе вопросы.
Оливер хотел получить подлинные, взвешенные ответы.
Исследование было сосредоточено на очень конкретных доказательствах. Не на расплывчатых фразах вроде «ваша мама вас любит». А на деталях, которые невозможно легко найти, угадать или подогнать.
Одна мать получила контакт со своей умершей дочерью. Медиум сказал, что девочка показывает кролика и рыбу. Мать подтвердила: у её дочери действительно были домашние питомцы — кролик и рыбка.
«Такое невозможно просто угадать», — написала мать в анкете.
Другая мать потеряла сына. Медиум сообщил, что куртку её сына нашли на перилах моста. Сама мать этого не знала. Она позвонила полицейскому следователю, который занимался делом её сына. Инспектор подтвердил: куртку действительно нашли именно там, где описал медиум.
Один медиум воспроизвёл содержание письма, положенного в гроб. Некоторые точно повторяли последние слова, которые близкие произносили у смертного одра.
Более 82 человек сообщили, что получили сообщения, которые сначала нельзя было проверить напрямую, но позже они оказались правдой.
Результаты
В исследовании участвовали 243 человека из разных стран: США, Франции, Испании, Люксембурга, Дании.
Более 90% участников подтвердили, что во время сеансов получили очень конкретные свидетельства.
Оливер не ожидал настолько ясных результатов.
Но данные об утешении тронули его ещё сильнее.
Родители, потерявшие детей, в 82% случаев оценивали сеансы как «очень утешительные». Ещё 14% сказали, что сеанс был в определённой степени утешительным.
Итого — 96%.
Катрин, психотерапевт, объяснила, почему это так важно. В мире почти нет ничего, что действительно утешает родителей, потерявших ребёнка. Ничего.
Такие родители не становятся наивными из-за горя. Наоборот, они становятся более критичными, а тема ребёнка для них чрезвычайно чувствительна. Они называют что-то утешительным только тогда, когда чувствуют подлинность. Когда это доказывает для них без тени сомнения, что их ребёнок всё ещё существует.
Что на самом деле представляет собой сознание
Научная подготовка Оливера привела его к новому взгляду на сознание.
Чтобы объяснить свою позицию, он рассказывает историю про радио.
Представьте, что вы слушаете по радио прекрасную песню. Вы хотите понять, откуда она берётся. Материалистически настроенный учёный начал бы изучать сам радиоприёмник. Поместил бы его в сканер и стал наблюдать, какие части активируются, когда звучит музыка.
Он увидел бы, как вибрирует динамик. Как нагреваются компоненты. И мог бы заключить, что именно там рождается песня.
Но это неверно.
Если проследить источник дальше, вы найдёте радиостанцию, которая передаёт сигнал. Затем композитора, который написал музыку. Затем творческий дух, который её вообразил.
Радио не создаёт песню. Оно её принимает.
Оливер считает, что тело работает похожим образом. Оно не создаёт сознание. Оно его принимает.
Наука видит активность в определённых областях мозга и делает вывод, что именно там рождаются чувства. Но повышенная активность не означает источник.
Тело — это приёмник. Сознание приходит откуда-то ещё.
Оливер верит, что мы проживаем эту жизнь, чтобы расти. Нашим душам нужны переживания, которые невозможны в духовном мире.
Нам нужно узнать страдание, чтобы оценить любовь. Нужно понять потерю, чтобы ценить связь. Нужно почувствовать отделённость, чтобы распознать единство.
Духовный мир, по его словам, состоит только из связи и любви. Если вы никогда не знали ничего другого, вы не можете по-настоящему это оценить. Но когда вы страдали, горевали, чувствовали одиночество, тогда возвращение к этой бесконечной любви значит всё.
Оливер описывает духовный мир как дом. Когда он соединяется с ним через медитацию, у него появляется ощущение, что он наконец прибыл туда, где ему место.
Этот материальный мир — лишь пространство, где он выполняет свою работу. Место, где душа учится тому, чему должна научиться.
Оливер видит смерть как простое оставление тела — словно человек выходит из машины и закрывает дверь.
Мы — чистая энергия. Чистое сознание. Чистая любовь.
Тело временно. Душа вечна.
Оливер признаёт, что не может полностью описать, как выглядит загробная жизнь. Наш ограниченный земной разум не способен её охватить. Мы получаем только проблески. Маленькие намёки. По-настоящему мы поймём всё только тогда, когда сами перейдём на другую сторону.
Исследование продолжается
Оливер и его команда решили продолжать собирать данные. Они превращают ARIUM в долгосрочное исследование.
Они хотят подтвердить результаты на ещё большем числе участников. Они хотят показать миру, что сознание переживает смерть.
Оливер не собирается уходить на пенсию. Эта работа стала миссией его жизни. Он хочет помочь скептикам увидеть то, что теперь знает сам. Он хочет утешать скорбящих не пустыми обещаниями, а свидетельствами.
Он хочет построить мост между наукой и духовностью, потому что сам прошёл по обеим сторонам. Он жил в материалистическом мире фактов и формул. И он прикоснулся к бесконечной любви, которая, по его убеждению, ждёт за пределами этой жизни.
Его послание простое, но глубокое:
мы больше, чем наши тела.
Любовь реальна и вечна.
Смерть — не конец.
И где-то за завесой те, кого мы потеряли, всё ещё существуют. Они всё ещё любят нас, всё ещё наблюдают за нами и всё ещё ждут дня, когда мы вернёмся домой.