— Надеюсь, в завещании мамы всё по-честному, — усмехнулась Маргарита, поправляя идеально уложенные волосы цвета воронова крыла. Её ярко-алые губы растянулись в язвительной ухмылке.
Валентина Сергеевна промолчала, окинув взглядом невестку. За те пять лет, что её сын был женат на Маргарите, свекровь так и не смогла найти с ней общий язык. Взбалмошная и надменная красотка с первого дня дала понять, что сюда, в их семью, она пришла за деньгами и положением.
Валентина Сергеевна всю жизнь посвятила семье и дому. Вырастила сына, подняла на ноги, выучила и, как могла, поддерживала материально. Павел был её единственным сокровищем. Но в какой-то момент любовь и забота матери стали его тяготить.
И когда в его жизни появилась яркая и уверенная в себе Маргарита, Павел словно потерял голову. Поспешная свадьба, рождение ребёнка... События закрутились с головокружительной скоростью. Валентина Сергеевна не успела и глазом моргнуть, как её отодвинули на второй план.
Почти всё, что она и покойный муж нажили за долгие годы, Маргарита переписала на себя и сына. Свекровь могла лишь беспомощно наблюдать, как её родной дом превращается в чужое гнездо. Разумеется, за внуком присматривала сама. Но она ясно видела, как Маргарита отдаляла её сына всё больше и больше.
Внезапная болезнь застала Валентину Сергеевну врасплох. Осознание того, что времени осталось мало, заставило её всерьёз задуматься о завещании. Она понимала - нужно максимально обезопасить хотя бы часть имущества от жадной до денег невестки. Подключила старых друзей юристов, всё продумала до мелочей.
И вот они сидят в кабинете нотариуса - Валентина Сергеевна, бледная и исхудавшая после больницы, Маргарита в своём фирменном образе, и растерянный Павел между ними. Нотариус, седовласый мужчина с усталыми глазами, деловито изучал документы. Повисшую тишину прервал его вопрос:
— Валентина Сергеевна, а вы точно хотите оставить всю свою долю внуку? Обычно в таких случаях назначают доверенное лицо, чтобы ребёнок мог получить наследство по достижении совершеннолетия.
— Да, так и сделаем, - твёрдо ответила свекровь. — Я хочу, чтобы мой внук ни в чём не нуждался. А Павел будет его опекуном. Только он.
Маргарита вспыхнула от возмущения:
— Что значит только он? А я, по-вашему, недостойна? Между прочим, я мать вашего внука!
Валентина Сергеевна с трудом повернулась к ней:
— Ты, моя дорогая, получишь свою долю сполна. Не сомневайся. Но вот доверять тебе будущее внука я не стану. Слишком хорошо тебя знаю.
Маргарита гневно сверкнула глазами, но смолчала. Она понимала, что спорить бесполезно. Валентина Сергеевна всё предусмотрела. Старая карга оказалась не так проста. Что ж, придётся действовать по-другому...
На следующий день Валентина Сергеевна почувствовала себя совсем плохо. Она с трудом поднялась с постели, превозмогая слабость. Тут же рядом оказалась сиделка, которую наняла заботливая невестка. Слишком заботливая и услужливая в последнее время.
Дни потянулись один за другим, серые и безрадостные. Валентина Сергеевна всё больше уходила в себя. Она почти не вставала, лишь изредка бродила по дому, словно призрак. Сиделка, молчаливая женщина с неприятным взглядом, повсюду следовала за ней.
Однажды вечером, когда свекровь в очередной раз отказалась от ужина, Маргарита не выдержала:
— Может хватит уже этого цирка? Давайте начистоту. Мы все прекрасно понимаем, что вам осталось недолго. Зачем продлевать агонию? Подпишите бумаги, и дело с концом. Нам с Пашей ещё сына на ноги поднимать.
Павел дёрнулся, словно от пощёчины:
— Рита, что ты такое говоришь? Это же моя мать!
Но Маргарита будто не слышала. Она впилась взглядом в поникшую фигуру свекрови:
— Послушайте, Валентина Сергеевна. Вы же умная женщина. Неужели не понимаете, что ваши игры с завещанием ни к чему хорошему не приведут? Только семью расколют. А мы итак на грани...
Павел непонимающе переводил взгляд с матери на жену. Слабый, безвольный, привыкший плыть по течению. Даже сейчас, когда решалась судьба его семьи, он не мог выбрать сторону.
Валентина Сергеевна молчала, тяжело дыша. Только сейчас она поняла весь масштаб своей ошибки. Нельзя было отдавать всё на откуп этой хищнице. Она руками и ногами вцепилась в их семью и будет бороться до последнего. А как же сын? Неужели совсем ослеп от любви?
На следующее утро сиделка нашла Валентину Сергеевну мёртвой. Врачи констатировали смерть от острой сердечной недостаточности. Ничего удивительного в её возрасте и с её болезнью.
Маргарита играла роль безутешной невестки просто блестяще. Рыдала на похоронах, не отходила от гроба, принимала соболезнования. И лишь изредка бросала острые взгляды на растерянного мужа.
О завещании тактично молчали все. Валентина Сергеевна предусмотрела и это - все бумаги, кроме одной детали, были в полном порядке. Крохотная лазейка, которую она оставила напоследок. Нотариус, старый друг семьи, тоже был в курсе.
Спустя положенный срок они снова собрались в его кабинете. Нотариус был непривычно мрачен и молчалив. Наконец он тяжело вздохнул и произнёс:
— Боюсь, я не могу утвердить завещание Валентины Сергеевны в текущем виде. Есть одна существенная деталь...
Маргарита похолодела. Павел непонимающе захлопал глазами. Нотариус продолжил:
— Согласно последней воле Валентины Сергеевны, в случае её смерти при невыясненных обстоятельствах всё имущество переходит...
Он сделал драматическую паузу. У Маргариты зашумело в ушах. Неужели старая карга всё просчитала? Неужели она...
— ... в собственность государства, — закончил нотариус. — И к сожалению, у меня есть все основания полагать, что это именно тот случай.
Повисла звенящая тишина. Первой очнулась Маргарита:
— Что за бред? Да как вы смеете обвинять меня в чём-то? Павел, скажи им! Скажи, что это ерунда!
Но муж молчал, опустив глаза. Он словно постарел разом на двадцать лет. Неужели мама была права насчёт Риты? Неужели он ошибся, пустив в дом эту хищницу?
Маргарита металась по кабинету, хлопала дверьми, кричала и угрожала. Но нотариус был непреклонен. Последняя воля усопшей - закон. И если есть хоть малейшие сомнения в причинах её смерти, он обязан действовать соответственно.
Окончательно добил Маргариту неожиданно твёрдый голос Павла:
— Рита, хватит. Мама дала нам шанс одуматься. Шанс стать настоящей семьей. Ради нашего сына. Я слишком долго закрывал глаза на твои игры. Но сейчас... Прости. Прости, что не защитил тебя, мама...
Последние слова он произнёс, глядя на фото матери на стене. Сгорбленный, постаревший, раздавленный грузом вины и прозрения.
Маргарита застыла на пороге. В её глазах мелькнуло что-то странное, почти безумное. Мечты о богатстве и власти рушились на глазах. Жизнь утекала сквозь пальцы, как вода.
— Ты... Ты все знал и молчал? Предатель! Сын предал мать! Какая ирония... Получите теперь свою праведную нищету!
Хлопнула дверь. Каблуки простучали по мраморному полу. Всхлипнул кто-то в приёмной. Павел без сил опустился на стул и закрыл лицо руками.
Валентина Сергеевна в последний раз переиграла их всех. Старая школа, что тут скажешь. Теперь её сын, освободившийся от липких сетей меркантильной невестки, сможет начать всё заново. Ради маленького Антошки, её ненаглядного внука.
А Маргарита... Что ж, у каждого своя судьба. Может быть, этот жестокий урок научит её ценить настоящую любовь и семью. А может и нет.
Но одно Валентина Сергеевна знала точно. Она сделала всё, чтобы защитить самое дорогое - память о настоящих чувствах и то немногое, что от них осталось. И теперь, глядя с небес, она будет присматривать за своими мальчиками. Как когда-то давно, в другой, почти забытой жизни.