- И куда же ты собираешься? – усмехался Сергей, наблюдая за Леной. – У тебя в этом городе никого нет, кроме меня.
- К маме поеду! – бросила в ответ Лена. – Денег дай, пожалуйста, на дорогу.
- Ага! Щас! У меня у самого финансы поют романсы. А ты мне... Ты мне вообще никто. На улице живи вместе со своим котенком, если он тебе дороже меня. Завтра же сама ко мне прибежишь. Умолять будешь, чтобы я в квартиру тебя пустил.
*****
Лена всегда верила в знаки судьбы. Ей казалось, что окружающий её мир состоит из тонких, едва уловимых нитей, которые ведут человека к его счастью.
Именно поэтому она, как только окончила колледж, не раздумывая, сорвалась из родного городка в неизвестность, к человеку, чей голос Лена знала только по телефонным звонкам и чьи глаза видела лишь на фотографиях в соцсетях. Собственно, там – в соцсетях она с ним и познакомилась.
И её нисколько не смущало, что он был почти на 5 лет старше её.
Любви, как известно, все возрасты покорны. А Лена даже не сомневалась, что это была любовь. Сомневалась только её мама. Но Лена её не слушала.
- Он особенный, мам, - говорила она, запихивая в старый чемодан фен, расчески и другие личные вещи. – И душа у него глубокая. Сама судьба свела нас вместе, понимаешь?
Мама, Ольга Петровна, только вздыхала, стоя в дверях её комнаты: «Наивная ты девочка. Ну какая настоящая любовь в твои годы? Где твоя голова?»
Головы у неё и правда в тот момент не было (в переносном смысле, конечно же), зато сумасшедшая любовь к Серёже занимала всё её сердце, вытесняя, кажется, из груди остальные внутренние органы.
Не сумев поступить в институт на бюджет, Лена отучилась на парикмахера, и ей казалось, что в большом городе, рядом с любимым человеком, у неё всё получится.
В общем, Лена уехала. Она жила с мамой одна, денег у них никогда толком не было, поэтому и к Сергею Лена поехала, будучи почти «на мели».
Она, конечно, сразу предупредила об этом Сергея, но парень заверил её, что денег у него хватит.
- Родители мне вот квартиру купили почти в центре города, на карточку каждый месяц приличную сумму переводят. Так что переживать тебе не о чем. Я тебя обеспечу!
Сам Сергей пока нигде не работал. Говорил, что хочет сначала вкусить жизнь по полной, а потом уже…
Лена его понимала. Она и сама не против хоть немного насладиться этой жизнью, а то всё своё детство она только и делала, что помогала матери, которая работала на двух работах и не успевала выполнять домашние дела.
Первое время всё и правда напоминало сказку. Ну, или первую, самую насыщенную главу любовного романа.
Кофе в постель, долгие прогулки по незнакомым проспектам, планы на будущее.
Лена при этом старалась быть идеальной гостьей в его квартире - мыла посуду, не разбрасывала вещи и училась готовить что-нибудь, кроме спагетти с сыром, яичницы с помидорами и наваристого «маминого» борща.
В общем, Лена делала всё, чтобы только порадовать любимого.
Правда, когда она хотела найти работу, ну чтобы не сидеть у Серёжи на шее, парень сказал ей, что незачем торопиться. Денег хватает, а работа – не волк.
- Лучше давай всё свободное время посвятим друг другу, - предложил он.
Лена согласилась.
И вот кто бы мог подумать, что эта сказка закончится в один момент.
Осень в том году выдалась ранней и злой. Уже в конце сентября ветер сорвал с деревьев последнюю позолоту, а по ночам лужи затягивало матовой коркой льда.
Кстати, отношения между Сергеем и Леной тоже были под стать погоде.
Сергей поругался со своими родителями, и теперь они, видимо в воспитательных целях, перестали отправлять ему на карту большие суммы денег.
Кидали ему какие-то копейки для поддержания штанов, и всё на этом.
Сергей, привыкший жить на широкую ногу за чужой счет, ходил мрачнее тучи.
Поэтому, когда Лена сказала любимому, что пришло время, наверное, искать работу, он быстро согласился.
И вот однажды, возвращаясь с очередного неудачного собеседования (в салоны требовался опыт, которого у вчерашней студентки не было, а учить её никто не собирался), Лена услышала громкий жалобный писк.
Она остановилась, осмотрелась по сторонам и заметила, как из картонной коробки, размокшей от дождя, торчал крошечный мокрый треугольник уха.
«Котенок! – ахнула Лена.
И тут же быстрым шагом направилась к мусорным бакам, где и находилась эта картонная коробка.
Котенок был маленький, черный. Он смотрел на Лену взглядом, полным надежды.
Он даже не мяукал, а скорее вибрировал от холода, дрожа всем своим черным тельцем.
У него были нежно-голубые, как незабудки, глаза и угольного цвета носик.
Лена присела на корточки рядом с этой коробкой, долго смотрела на этого малыша, а потом…
…потом она взяла его на руки и быстро спрятала под теплую куртку.
«Не проходить мимо» тех, кто нуждается в помощи, было её главным принципом в жизни. Мама всегда говорила ей: «Если можешь помочь - помоги».
- Всё будет хорошо, малыш, - тихо шептала Лена, заглядывая под куртку, откуда на неё смотрели счастливые голубые глаза. – Сейчас мы придём домой, я тебя помою хорошенько, накормлю.
Сергея дома не было, поэтому Лена спокойно сделала всё, что обещала котенку.
Сначала хорошенько его помыла, потом высушила феном, накормила.
Из коробки из-под обуви она сделала временный лоток, набросав туда скомканной бумаги.
«Вот Сергей придет домой, я у него попрошу немного денег на нормальный лоток с древесным наполнителем» - думала Лена. - Уверена, что он не откажет в такой пустяковой просьбе.
Котенка она назвала Мурзиком, и он, согревшись, начал исследовать пространство под батареей.
А Лена, улыбаясь, смотрела на это чудо. И радовалась тому, что она не прошла мимо. Ведь замерз бы. Не сегодня, так завтра. А уж зимой ему вовсе бы пришлось несладко.
Потом Лена стала играть с Мурзиком. И так заигралась, что даже не услышала, как пришел Сергей.
- Я не понял! Это что еще такое? - голос парня, который появился в дверях кухни, прозвучал совсем не ласково, а как-то глухо, будто из бочки.
- Серёж, ты уже вернулся? А я и не услышала даже, - улыбнулась Лена, вставая с колен. – Знакомься, это Мурзик. Правда, он хорошенький? Его, представляешь, прямо на мусорку кто-то выкинул. А на улице сейчас холодно так. Вот я и забрала его домой.
- Я не спрашиваю, кто это, - нахмурился Сергей. - Я спрашиваю, что он делает в моей квартире. Ты зачем вот это с помойки в дом принесла? Мозгов совсем нет, что ли?
Лена замерла. Она явно не ожидала такой странной реакции от любимого. В тот же момент улыбка медленно сползла с лица.
- Серёж, это просто котенок. Ты чего?
- Лен, я понимаю, что это просто котенок. Только вот я с детства ни котов, ни кошек на дух не переношу. Поэтому будь так любезна, отнеси вот ЭТО, - Сергей брезгливо показал пальцем на Мурзика, - туда, где взяла. И больше так не делай.
- В смысле отнеси? - Лена непонимающе моргнула. - Обратно на улицу? Но там же холодно. Он же погибнет, Серёж.
- Мне плевать, что там с ним будет. Это моя квартира, Лен. И здесь я устанавливаю правила. Только мне решать, кому здесь жить, а кому нет. Так что делай, как я сказал.
Лена ошарашенно смотрела на человека, который, по её мнению, был идеалом. И, наверное, поэтому в её голове никак не укладывалось, как Сергей может быть таким жестоким. Ведь это же просто маленький котенок.
- Ты серьезно, Серёж? – Лена не теряла надежды всё-таки переубедить Сергея.
- Абсолютно, - кивнул Сергей. – Ты должна отнести это чучело туда, где ты его взяла. И руки потом еще не забудь помыть с мылом несколько раз.
В тот момент внутри Лены что-то оборвалось. Она смотрела на человека, которого, как ей казалось, любила, и не узнавала его.
Она ожидала поддержки, понимания. Лена надеялась, что Сергей увидит, какая она заботливая и добрая. Но вместо этого она вдруг увидела его истинное лицо.
Лена попробовала еще раз поговорить с Сергеем, просила его, умоляла… – всё было бесполезно.
Спор быстро перерос в скандал. Сергей, размахивая руками, кричал, что она пользуется его добротой, что села ему на шею, что притащила в дом заразу.
Лена плакала, но продолжала прижимать котенка к груди. А потом…
…потом она сказала Сергею, что он просто невыносим, а Сергей взял и послал её на все четыре стороны.
И Лена пошла. Пошла собирать чемодан. Жить под одной крышей с таким жестоким и черствым человеком она точно не будет. Никогда!
- И куда же ты собираешься? – усмехался Сергей, наблюдая за Леной. – У тебя в этом городе никого нет, кроме меня.
- К маме поеду! – бросила в ответ Лена. – Денег дай, пожалуйста, на дорогу.
- Ага! Щас! У меня у самого финансы поют романсы. А ты мне... Ты мне вообще никто. На улице живи вместе со своим котенком, если он тебе дороже меня. Завтра же сама ко мне прибежишь. Умолять будешь, чтобы я в квартиру тебя пустил.
- Не дождешься! – ответила Лена.
Мама была права: Лена действительно была наивной девушкой.
Когда она переступала порог, у неё в груди ещё теплилась крохотная надежда на то, что Сергей остановит, схватит её за руку и скажет: «Прости, малыш, погорячился. Возвращайся вместе со своим Мурзиком».
Лена даже замедлила шаг на лестничной клетке, чтобы у Сергея было больше времени собраться с мыслями.
Но ничего такого не случилось. Только с силой хлопнула дверь за её стеной.
Чужой город встретил её равнодушием. Она брела по серым улицам, волоча за собой чемодан, а в голове билась мысль: «Вот и всё, Лена. Допрыгалась».
Возвращаться домой, к маминым упрекам и безнадеге, где нет работы, ей не хотелось.
Да и не на что было. Денег в кармане - лишь мелочь, которой не хватит даже на билет на автобус. И что делать дальше, Лена понятия не имела.
Она тяжело опустилась на скамейку в каком-то безлюдном сквере. Сил идти дальше не было.
Лена достала Мурзика, прижала к щеке. Котенок замурлыкал, словно маленький моторчик. А она вместо того, чтобы улыбнулся, как обычно, зарыдала в голос.
Это были злые, горькие слезы обиды на собственную глупость.
Лена плакала не из-за Сергея, который так нехорошо с ней обошелся. Она плакала из-за собственного легкомыслия. Из-за того, что не послушала маму. Что осталась одна в чужом городе с котенком на руках – кому она такая нужна?
И Мурзика она, естественно, ни в чем не обвиняла. Котенок не виноват, что у её парня вместо сердца оказался осколок льда.
В тот момент мимо Лены проходил пожилой мужчина. Старенькое пальто, вязаный шарф, клетчатая кепка. Глаза, окруженные сеткой глубоких морщин. Типичный пенсионер.
Он остановился, посмотрел внимательно на девушку с черным котенком на руках, а потом взял и присел рядом.
- Ну, рассказывай, дочка, что за беда у тебя приключилась? Чего ревешь, как по покойнику? Умер кто?
- Н-нет, - замотала головой Лена, удивленно подняв заплаканные глаза на дедушку.
- А чего тогда?
Было в нём что-то такое, что Лена, никогда раньше не жаловавшаяся незнакомым людям, вдруг выложила всё. Рассказала ему про все свои мытарства.
Рассказала и про свой спонтанный переезд, про её мечты о работе парикмахером, про котенка, которого она подобрала на мусорке, про «его квартиру и его правила», про дверной хлопок и про то, что ей совсем не хочется возвращаться домой.
Да и не на что возвращаться.
Мужчина молча выслушал Лену, а потом всплеснул руками и сказал:
- Куда ж вас родители таких юных только отпускают? Ох, беда с вами, с молодежью... Всё бы вам приключения на свою голову искать. Ладно!
Он вдруг резво, не по-стариковски, поднялся со скамейки, ухватился за ручку её чемодана и покатил его по дороге. Потом остановился, быстро повернулся и сказал:
- Вставай. Пошли.
- Куда?! - Лена растерянно заморгала, всё ещё прижимая Мурзика к груди. - Вы что? Я никуда не пойду. У меня денег нет. Даже комнату снять не на что... Да и с котенком бездомным меня никто никуда не пустит.
- Идем, говорю, - повторил пенсионер тоном, не терпящим возражений. – Замерзнуть хочешь? Заболеть? Себя не жалко, так о котенке подумай.
В общем, Лене не оставалось ничего другого, как последовать за ним.
А по дороге «неизвестно куда» пенсионер вытащил из кармана старенький кнопочный телефон и, щурясь, начал набирать номер. Лена только слышала обрывки фраз:
- Да я-то сначала думал, что с котенком что-то. Так плакала, будто умер у неё кто-то. Или умирает. А она, представляешь, с парнем поругалась. Тот её из квартиры выгнал и без денег оставил. Эх, молодежь… Да идем уже, идем… Скоро будем дома.
- Ой, девонька, да ты ж худющая какая! И замерзла вся! А ну-ка, марш давай мыть руки и за стол! – скомандовала хозяйка квартиры, как только Лена переступила порог. – Да не стесняйся ты, будь как дома. А котеночка своего можешь отпустить пока. За ним тут есть кому присмотреть, - усмехнулась женщина, показывая рукой на трех пушистых кошек, которые вместе с хозяйкой встречали гостью.
Лену усадили на кухне. Перед ней стояла тарелка дымящегося борща со сметаной, толстый ломоть белого хлеба и кружка горячего чая с чабрецом.
Пока она ела, Валентина Николаевна уже трещала по своему телефону, обзванивая «своих девчонок», как она называла подруг-пенсионерок.
Василий Иванович сидел за столом вместе с Леной и улыбался. По-доброму так. Будто они сто лет знакомы. Спросил про добавку, но Лена отказалась. Наелась.
Её даже мама так не кормила «до отвала», как Валентина Николаевна с Василием Ивановичем.
- Ну ты хоть чай выпей, - сказал хозяин квартиры. – Очень вкусный. Не из магазина.
- Зинаида, привет! – донесся из прихожей голос Валентины. - Слушай, тут такое дело... Девчонка молоденькая, приезжая... Нет, не пьющая, ты что! Нормальная она. Девятнадцать лет всего. Парикмахером вроде работать хочет! Комнату бы ей, недорогую, пока на ноги встанет... А лучше квартиру однокомнатную, потому что у неё еще котенок маленький. На улице подобрала его, На мусорке. И её потом за это выгнали туда же - на улицу. Ага, жду... Спасибо, Зиночка.
Лена прожила у пенсионеров целую неделю. Сергей так ни разу и не позвонил ей. Ему совершенно было неинтересно, что случилось с его девушкой в чужом городе.
- Да Бог с ним, - улыбалась Валентина Николаевна. – Забудь про него и живи дальше. Ты точно решила в городе остаться? Может, домой всё-таки поедешь? Денег мы тебе дадим на дорогу, если что. Ты подумай.
- Нет-нет, домой я не хочу. Хочу здесь остаться. Работу найти. А дома с работой туго.
Через свою приятельницу Валентина Николаевна нашла для Лены однокомнатную квартиру на первом этаже старой хрущевки. Хозяйка, тетя Рая, пришла знакомиться, увидела на руках Лены Мурзика и растаяла сразу.
- Какой хорошенький! Чем-то на моего Кузьку похож в молодости.
Плату за аренду тётя Рая сразу брать не стала. Сказала, что подождет, пока Лена на работу устроится.
- Спасибо вам большое! – Лена еле сдерживалась, чтобы не заплакать.
- Да не за что, - махнула рукой тётя Рая. – Людям надо помогать. Тем более тем, кто за пушистиков наших любимых горой стоит. Это тебе, Леночка, спасибо, что котенка обратно на улицу не отнесла. Замерз бы она там.
В тот вечер, когда Лена осталась одна на съемной квартире, сидя на старом диване и глядя, как Мурзик носится по пустой комнате, она набрала маму.
- Мам... Прости меня, - прошептала Лена. - Я знаю, ты была права. А я…
- Всё хорошо у тебя, дочка? - голос Ольги Петровны дрожал. – Ну и слава Богу. Точно не домой не хочешь? Ну хорошо. Но если что, знай – я тебя всегда жду.
Буквально через неделю Лена нашла работу – устроилась в салон красоты, и теперь могла и аренду квартиры оплачивать, и на жизнь откладывать. Даже матери отправляла небольшие суммы каждый месяц.
Отношения с Валентиной Николаевной и Василием Ивановичем, которые её приютили у себя, Лена тоже поддерживала.
Они звонили каждый день, спрашивали, как у неё дела – переживали, как за родную.
А Лена всё им рассказывала.
А с первой зарплаты приехала к ним с букетом цветов и тортиком, чтобы отблагодарить их.
Ну и Мурзика с собой тоже прихватила, чтобы он поиграл с кошечками – скучно ему целыми днями одному дома сидеть. И теперь вот она в гости к ним каждые выходные приезжает.
Лена сидела на кухне, пила чай и рассказывала о своей новой жизни, о клиентках, о том, как здорово, когда можешь откладывать деньги и даже отсылать маме.
Супруги слушали её внимательно, переглядывались и улыбались. У них с Леной, знаете, было кое-что общее. Они тоже не привыкли проходить мимо тех, кто нуждается в помощи.
Про бывшего парня Лена больше не вспоминает. Не о чем там было вспоминать.
Однако выводы для себя Лена, конечно, сделала. Больше она так легкомысленно не будет поступать.
Да и не дадут ей больше так поступить.
Теперь у неё Мурзик есть, мама, к словам которой она стала теперь прислушиваться, и Валентина Николаевна с Василием Ивановичем. С такой группой поддержки горы можно свернуть!