Творчество Александра Сергеевича Пушкина выходило далеко за рамки чистой литературы. Его масштабная исследовательская работа, увенчанная фундаментальным трудом «История Пугачева», к сожалению, не получила должного и широкого освещения в исторической науке. Источников, хранящих память о кропотливом историческом поиске поэта, сохранилось немного. Преимущественно они рассеяны по различным изданиям «Полного собрания сочинений А.С. Пушкина» (в особенности в IX томе большого академического издания) и включают официальную переписку с А.Х. Бенкендорфом, послания друзьям и близким, а также трогательные письма жене, написанные им в пути, по местам, связанным с Пугачевским восстанием.
Среди отечественных ученых, раскрывающих эту тему, следует выделить труды Г.П. Блока, А.В. Западова, Г.Н. Волкова, Р.В. Овчинникова, В.А. Сбоева, Л.В. Черепнина, А.И. Чхеидзе. Подробности же пребывания великого поэта на чувашской земле бережно исследовали и описали Ю.М. Артемьев, Е.В. Владимиров, С.М. Михайлов, Ю.Л. Славянский, В.К. Магницкий, Н.В. Никольский, Н.И. Ашмарин, А.А. Данилов, М.Г. Данилова, В.П. Комиссаров и многие другие.
Труды этих исследователей позволяют нам не только увидеть предпосылки работы Пушкина над темой Пугачевского бунта и атмосферу, сопровождавшую создание «Истории Пугачева», но и проследить, как гениальный поэт становился историком-профессионалом. Исследователи отмечают его новаторство: он одним из первых в России начал использовать устные свидетельства очевидцев тех далеких событий, демонстрируя подлинное мастерство исторического сыска.
Несмотря на обилие источников о путешествии Пушкина по пугачевским местам Поволжья, его пребывание именно в Чувашии покрыто завесой тайны и изучено гораздо меньше. Наша задача — проследить путь поэта из Нижнего Новгорода до Казани, отметить ту важнейшую роль, которую сыграл выходец из Чувашии Никита Яковлевич Бичурин в его исторических изысканиях, а также оценить влияние пушкинского слова на становление чувашского литературного языка, литературы и школы художественного перевода.
Историк, критик, публицист
А.С. Пушкин — не только великий национальный поэт, но и талантливый историк, острый критик, журналист, редактор и издатель журнала «Современник». В 1830-е годы это издание стало трибуной для лучших умов России, объединив В.А. Жуковского, В.Ф. Одоевского, П.А. Вяземского и молодую плеяду литераторов: Н.А. Дурову, А.В. Кольцова, Ф.И. Тютчева, А.А. Фукс.
Его журнальная биография началась в 1824 году, а уже в 1825-м он сотрудничал с «Московским телеграфом». В «Литературную газету» Пушкин пришел как критик, рецензент и бескомпромиссный полемист, ведя непримиримую борьбу с продажной прессой и литературной пошлостью. Успел он проявить себя и как незаурядный историк, внеся огромный вклад в науку трудами «История Пугачева» и «Капитанская дочка».
С середины 1820-х и особенно в 1830-е годы Пушкин все пристальнее вглядывается в массовые народные движения, постигая их истинные причины. Именно поэтому его имя навсегда связано с именами вождей народной вольницы — Емельяна Пугачева и Степана Разина. Поездка по местам восстания подарила поэту бесценный дар — живые свидетельства очевидцев и совершенно новый, глубокий взгляд на трагедию пугачевщины.
Чувашия в судьбе Пушкина
Великого гения русской поэзии и чувашский край связывают удивительные нити: дружба с выдающимся сыном Чувашии Н.Я. Бичуриным, личное путешествие поэта по следам Пугачева, упоминание чувашского народа в его исторических хрониках и, наконец, великий труд чувашских поэтов, переведших его бессмертные строки на родной язык.
Посещение Чувашии осенью 1833 года было продиктовано работой над «Историей Пугачева», произведением о крестьянской войне 1773–1774 гг., потрясшей устои российской монархии и изменившей общественное самосознание. Желая лично изучить географию событий, 22 июля 1833 года Пушкин испросил у императора разрешение на поездку в Казань и Оренбург. На вопрос начальника канцелярии III Отделения А.Н. Мордвинова о целях путешествия, поэт отвечал, что уже несколько лет занимается историческими изысканиями, чтобы достоверно описать события, развернувшиеся в Оренбурге и Казани.
Получив высочайшее соизволение Николая I, 17 августа 1833 года Пушкин выехал из Петербурга. Его маршрут пролегал через Москву, Нижний Новгород, Чебоксары, Казань, Симбирск и Оренбург.
«Дорога хороша, но под Москвою нет лошадей, я повсюду ждал несколько часов и насилу дотащился до Нижнего сегодня, то есть на пятые сутки…» — жаловался он жене в письме от 2 сентября.
По Чувашии поэт двигался по маршруту: Старый Сундырь — Чебоксары — деревня Пихчурино (ныне Ердово) — Исмали (ныне Октябрьское) — село Карачаево — Тюрлема — Свияжск. В пути его живо интересовали судьбы чувашских городов Цивильска, Ядрина и Курмыша, а также настроения крестьян. Пугачев тоже бывал в этих местах. К сожалению, имена крестьян, с которыми беседовал поэт, история не сохранила, но в книге Е.В. Владимирова «Русские писатели в Чувашии» даже можно увидеть фотографию дома в Октябрьском, где довелось остановиться Пушкину.
В Чебоксарах Александр Сергевич обошел центральные улицы, осмотрел Введенский собор на Соборной (ныне ул. К. Иванова), побывал на Благовещенской и Староблаговещенской. В городском архиве он изучал подлинные документы пугачевской эпохи, а на почтовой станции менял лошадей.
Широкое участие чувашского народа в пугачевской войне позже нашло отражение в его историческом романе: «…Мордва, чуваши, черемисы перестали повиноваться русскому начальству… 18 июля вдруг устремился к Волге, на Кокшайский перевоз, в числе пятисот человек лучшего своего войска переправился на другую сторону. Он пошел на Цивильск… 20 июля Пугачев под Курмышем переправился вплавь через Суру… и пошел к Ядринску».
Подарок судьбы: Никита Бичурин
Особой страницей в этой истории стала дружба Пушкина с Никитой Яковлевичем Бичуриным (1777–1853), уроженцем села Акулево Цивильского уезда. Бичурин — выдающийся ученый мирового уровня, основоположник российского востоковедения, блестяще владевший китайским языком и проживший в Пекине почти 15 лет в составе духовной миссии. Благодаря его титаническим трудам, российское востоковедение в первой половине XIX века заняло ведущее положение в мире.
В 1828 году Бичурин подарил поэту книгу «Описание Тибета» с теплой дарственной надписью: «Милостивому государю моему Александру Сергеевичу Пушкину от переводчика в знак истинного уважения».
Общение с Бичуриным произвело на Пушкина глубочайшее впечатление. В своих записях поэт признавался: «Никита пролил самый яркий свет на сношения наши с Востоком, открыл мне эту страну и пробудил во мне что-то глубокое, детское, неведомое». Бичурин рассказывал о далекой Поднебесной, и в душе поэта уже тогда зарождалась тяга к Китаю, строились планы совместных экспедиций. Зимой 1829 года началась подготовка к поездке, но когда Пушкин обратился к графу Бенкендорфу с просьбой включить его в миссию, ему было отказано. Тем не менее, собирая материал о пугачевщине в 1833 году, Пушкин с особым чувством заезжал в окрестности Чебоксар — на родину своего мудрого друга.
Пушкиниана в творчестве чувашских художников
Приезд великого поэта навсегда остался в народной памяти, найдя яркое воплощение в кисти чувашских живописцев. Эпизодам его жизни и творчества посвящены полотна В.Г. Бритвина («Сказка о попе и работнике его Балде»), Н.В. Овчинникова («У родника. А.С. Пушкин в Чувашии», «А.С. Пушкин и Н.Я. Бичурин в Петербурге», «…в кабинете»), В.А. Панина («Зимняя дорога», «У Лукоморья», «Пушкин в Чебоксарах»), Н.К. Сверчкова и Г.Д. Харлампьева (Пилеша) («Приезд Пушкина в чувашскую деревню»), а также великолепные иллюстрации Э.М. Юрьева к «Маленьким трагедиям».
Казанский этап
Из Чувашии путь Пушкина лежал в Казань. Приехав ночью, он остановился в гостинице, а весь следующий день, 5 сентября 1833 года, посвятил обходу мест боевой славы — там, где мятежники сражались с казанским гарнизоном. Здесь же произошла его встреча с поэтом Е.А. Баратынским. В Суконной слободе Пушкин опросил старожила Бабина, который стал его проводником по Арскому полю (где стояли пугачевцы), Немецкому кладбищу (позиции артиллерии) и улочкам слободы.
7 сентября поэт вновь вернулся к изучению боевых мест, а вечером гостил у профессора Казанского университета К.Ф. Фукса. Тот, будучи знатоком края, поведал множество новых деталей: о расположении лагеря, о взятии Казани и трогательной истории о помиловании пастора, который когда-то подал Пугачеву милостыню. Этот случай Пушкин позже включил в «Историю Пугачева» и мастерски обыграл в «Капитанской дочке». Купец Крупенников, бывший в плену у бунтовщиков, подробно рассказал о страшном пожаре, уничтожившем большую часть Казани. Позже в письме жене поэт с удовлетворением отмечал: «Не напрасно посетил эту сторону».
Слово поэта на чувашском языке
Через художественный перевод происходит таинство проникновения одной культуры в другую. Произведения Пушкина дошли до чувашского читателя именно этим путем, оказав благотворное влияние на формирование национальной литературы.
Первые переводы пушкинских стихов предположительно принадлежат Василию Ислентьеву. Хотя он был русским, за 15 лет жизни среди чувашей он в совершенстве постиг их язык. В 1866 году Ислентьев открыл школу в Шинерпосах и для своих учеников переводил стихи русских классиков, в первую очередь Пушкина.
В пушкинскую эпоху новой чувашской письменности еще не существовало, однако до революции произведения поэта были переведены на 14 языков, включая чувашский. Так, поэма «Полтава», переведенная Гаврилом Калкаем еще в 1908 году, вышла на чувашском языке в 1912-м и переиздавалась в 1921 году в Казани.
Многие чувашские литераторы учились у Пушкина правдивому изображению жизни и истории. Но особенно глубокое влияние гений русского слова оказал на народного поэта Чувашии Петра Петровича Хузангая. Именно он стал главным мастером пушкинских переводов на чувашский язык. Его интерпретации «Евгения Онегина», трагедии «Борис Годунов», поэм «Полтава», «Цыганы», «Медный всадник», «Граф Нулин» отличаются высочайшим художественным мастерством.
Почти все наследие Пушкина сегодня звучит на чувашском языке. Это способствовало не только расцвету чувашской литературы и становлению нового литературного языка, но и заложило фундамент теории и практики художественного перевода.
Живая память
Несмотря на то, что источников о поездке Пушкина по Поволжью достаточно, его чувашский маршрут все еще ждет своих детальных исследователей. Труды Н.В. Никольского, С.М. Михайлова и других ученых собрали воедино народные предания, однако еще есть публикации в районных газетах, которые до сих пор требуют кропотливой систематизации.
Жители Чувашской Республики по праву гордятся тем, что великий поэт, историк и публицист Александр Сергеевич Пушкин ступал на их землю. Эта тема живет в сердцах людей, она всегда актуальна для писателей, художников, артистов. Ей посвящаются новые стихи и картины, а молодые журналисты и краеведы сегодня составляют интерактивные карты экскурсионных маршрутов по пушкинским местам Чувашии, чтобы каждый желающий мог прикоснуться к великой истории.
Подготовлено на основе статьи «А.С. Пушкин и Чувашия», авторы: Андрей Анатольевич Данилов, Маргарита Гавриловна Данилова, Валерий Петрович Комиссаров, Анатолий Порфирьевич Данилов, Амин Мухамад Эшкерат. Полный текст статьи можно причитать в научном журнале «Вестник Томского государственного университета. История» (№ 93, 2025).
#историческаяпамять