На фоне сложившейся глобальной экономической и геополитической ситуации устойчивость национальной экономики во многом определяется способностью создавать и внедрять технологии, формирующие основу долгосрочного развития. Вопросы импортозамещения и технологического лидерства станут одной из ключевых тем для обсуждения на Санкт-Петербургском международном экономическом форуме.
К 2030 году Россия, согласно планам руководства страны, должна войти в топ-10 стран по научным исследованиям и разработкам, увеличив внутренние затраты на них до 2% ВВП. При этом доля отечественных высокотехнологичных товаров и услуг в общем объеме потребления должна увеличиться в полтора раза по сравнению с 2023 годом, а частный бизнес удвоит расходы на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы (НИОКР).
Перспективные направления
Достижение технологического лидерства к 2030 году — одна из семи национальных целей развития, содержащихся в майском указе президента России № 529 от 2024 года. На сегодня запущено девять национальных проектов по обеспечению технологического лидерства. Они предполагают обеспечение технологической независимости и формирование рынков в сферах новых материалов и химии; средств производства и автоматизации; транспортной мобильности, включая автономные (беспилотные) транспортные средства; продовольственной безопасности; беспилотных авиационных систем; здравоохранения; перспективных космических, атомных и энергетических технологий. В первой половине 2027 года, как сообщают в пресс-службе Минпромторга, будет представлен нацпроект по биоэкономике, направленный на развитие технологий переработки возобновляемых биоресурсов в продукцию с высокой добавленной стоимостью: энергию, пищевые, кормовые и промышленные товары.
Аналитики Российского экспортного центра (РЭЦ) считают, что в ряде отраслей Россия может стать конкурентоспособным мировым игроком уже в ближайшие годы. Речь, в частности, идет о беспилотной авиации, медтехе, об искусственном интеллекте (ИИ), о разных сферах ИТ, включая безбумажный документооборот, кибербезопасность, умные города. «В сфере атомной генерации наша страна уже является лидером, занимая более 90% мирового рынка АЭС. Перспективные направления — АЭС малой мощности (до 100 МВт) для удаленных территорий, где Россия — единственная страна с реализованными проектами, что дает преимущество на внешних рынках», — комментируют в РЭЦ. Заместитель директора Центра экономики отраслей ТЭК Центра стратегических разработок (ЦСР) Сергей Колобанов также считает, что наибольший потенциал в сфере энергетики страна имеет именно в сегменте малых модульных реакторов.
При этом Генеральной схемой размещения объектов электроэнергетики до 2042 года предусмотрено строительство 38 новых атомных блоков мощностью 29,3 ГВт. Ядерные технологии также важны для лидерства России в сфере атомного ледокольного флота, необходимого для развития Северного морского пути, отмечает замдиректора по научной работе Института народнохозяйственного прогнозирования (ИНП) РАН Игорь Фролов.
В свою очередь, генеральный директор ЦСР Павел Смелов в качестве перспективного направления называет экспорт услуг, где главными драйверами роста становятся въездной туризм и личные поездки. По данным Банка России, объем экспорта по статье «поездки» в 2025 году составил $9 млрд. Это на $1,3 млрд, или 17%, больше, чем в 2024-м.
Лидеры по внедрению ИИ
В 2025 году российские компании, по данным ИТ-холдинга Т1, инвестировали в цифровизацию 5,24 трлн руб., на 29,5% больше по сравнению с предыдущим годом. Лидерами по объемам вложений в «цифру» стали финансовый сектор, ритейл, нефтегазовая промышленность, транспорт и логистика, электроэнергетика и металлургия.
Российский рынок генеративного ИИ, по оценкам Strategy Partners, за прошлый год вырос в 4,5 раза — с 13 млрд до 58 млрд руб. К 2030 году аналитики консалтинговой компании прогнозируют его рост до 778 млрд руб.
ИИ наиболее эффективен в отраслях с высоким уровнем цифровизации, таких как e-com, телекоммуникации, ИТ, банки и здравоохранение, говорит заместитель генерального директора ЦСР Екатерина Кваша. Основные направления применения искусственного интеллекта, по ее словам, автоматизация клиентской поддержки, анализ данных, оптимизация производства, персонализация предложений, автоматизация разработки и предиктивная аналитика. К примеру, в «Сбере» виртуальные помощники обрабатывают до 80% клиентских запросов; платформа Botkin.AI используется в ряде клиник Москвы и Санкт-Петербурга для анализа КТ, МРТ и рентгеновских снимков и помогает выявлять патологии, например рак легких, на ранних стадиях с точностью до 95%; X5 Group и «М.Видео-Эльдорадо» используют ИИ для генерации описаний товаров и персонализированных рекомендаций на основе истории покупок.
В промышленности лидеры по внедрению «цифры» — нефтегазовая, добывающая, металлургическая, машиностроительная, химическая отрасли, говорят в Минпромторге. Министерство отбирает эффективные решения для включения в перечень лучших практик — например, на одном из предприятий химпрома внедрена система экологического управления, которая сэкономила 95 млн руб. только на прогнозировании погоды.
В сфере роботизации обрабатывающей промышленности Россия должна к 2030 году войти в топ-25 стран, для чего нужно достичь пропорции — 145 промышленных роботов на 10 тыс. работников. Такая задача, в частности, обозначена в нацпроекте «Средства производства и автоматизация». При этом госкорпорации и компании с госучастием обязаны в соответствии с профильным постановлением правительства повысить плотность роботизации до 230 роботов на 10 тыс. работников к концу текущего десятилетия. О намерении государства и бизнеса достичь этой цели говорит следующая динамика: если в 2024 году, по данным Минпромторга, было выпущено 11 роботов на сумму 60 млн руб., то в 2025-м — 414 на 2,33 млрд руб. Как говорят в министерстве, серьезным стимулирующим фактором стали субсидии российским производителям робототехники на возмещение недополученных доходов при продаже своей продукции с 50-процентной скидкой.
Роль частного бизнеса
В Минпромторге считают, что ключевую роль в развитии науки и промышленности должен играть частный бизнес. При этом государство готово создавать условия для инновационных проектов, стимулируя разработку, производство и сбыт продукции.
«Приоритетные направления для разработок не ограничиваются только Указом № 529 — планы по импортозамещению и перечни критической продукции включают такие отраслевые направления, как пищевое, сельскохозяйственное, железнодорожное, нефтегазовое, энергетическое машиностроение, станкостроение, радиоэлектроника, автопром, а также лесопромышленный и химический комплексы», — заявили в пресс-службе министерства.
Так, с 2019 года действует единая субсидия для стимулирования НИОКР по инновационным проектам. По данным Минпромторга, соответствующую поддержку за время реализации программы получили более 570 проектов на сумму 86,2 млрд руб. При этом собственные инвестиции бизнеса в НИОКР составили 69,4 млрд руб., получено 1248 патентов, а выручка от реализации инновационной продукции ожидается на уровне 479 млрд руб.
В последние годы случаев, когда именно частный бизнес становился локомотивом технического прогресса в той или иной сфере, стало больше, говорит замдиректора ИНП РАН Дмитрий Кувалин: «Например, именно небольшие частные компании обеспечили основные прорывы в области беспилотных технологий, сделав нашу страну одной из ведущих в этой сфере».
Тем не менее эксперт уточняет, что в целом государство пока доминирует в развитии критических технологий, а частный бизнес по-прежнему играет лишь вспомогательную роль. Корпоративный сектор еще недостаточно вовлечен в научные исследования: бóльшая часть затрат на науку в России обеспечивается из бюджетных средств, говорит заведующий лабораторией исследований экономики развития Президентской академии Степан Земцов: «В то время как в Китае, Индии, Евросоюзе и большинстве передовых стран именно бизнес вкладывается в исследования для повышения своей конкурентоспособности».
В то же время, например, для финансового сектора участие государства и Банка России в формировании технологической повестки имеет ряд позитивных моментов, считает руководитель блока «Цифровой Бизнес» управляющей компании «Альфа-Капитал» Антон Граборов. Работа бизнеса в совместных группах с ЦБ и работа над стандартами ИИ и цифровых активов позволяет внедрять новые технологии без рисков для клиентов, частный бизнес получает понятные правила и стимулы для долгосрочных проектов, считает эксперт.
Проблемы и препятствия
Как показали опросы ИНП РАН среди российских предприятий, около четверти респондентов указали в качестве главной проблемы для технологической модернизации экономики крупномасштабные антироссийские санкции. При этом Дмитрий Кувалин уточняет, что одновременно они сформировали пространство для альтернативных решений и развития ряда инновационных направлений.
Еще одна ключевая проблема — недостаточный внутренний спрос на технологические инновации. «Во многом она порождена низкими темпами развития российской экономики. Среднегодовой прирост ВВП России за последние 15 лет был ниже 2% — это слишком мало для появления большого числа инвесторов-оптимистов, готовых рисковать деньгами на заведомо сложном рынке инноваций», — комментирует Дмитрий Кувалин.
Россия испытывает дефицит предпринимательского капитала — навыков, компетенций и желания создавать новые бизнесы, особенно в высоких технологиях, несмотря на высокие позиции в научной и изобретательской сферах, считает Степан Земцов: «Страна отстает в экспорте высокотехнологичной продукции из-за слабого внутреннего рынка и недостаточного венчурного финансирования». Отношение венчурного рынка к ВВП в России, по его словам, значительно ниже, чем в развитых странах, — сотые доли процента против 1–2% соответственно. В 2025 году инвестиции в стартапы, по данным B1, сократились на 10%, до $159 млн, на посевной стадии — на 67%, до $9 млн.
Серьезной проблемой по-прежнему остается дефицит квалифицированных кадров. По прогнозам Минтруда России, до 2030 года в экономику необходимо будет привлечь 10,9 млн человек. При этом, по данным Росстата, число молодых людей в возрасте от 25 до 35 лет сократится к этому времени примерно на 3,7 млн. В настоящее время на рынке труда занято лишь 22% молодежи. Согласно экспертным оценкам, уровень безработицы через пять лет снизится до 1%, что значительно меньше теперешних 2,2%.
Автор: Ипполит Красин
Все материалы «Эксперта» на expert.ru
Больше новостей читайте в наших каналах в Max и Telegram