Два пистолета-пулемёта, два конструктора, две судьбы — и один общий дисковый магазин на 71 патрон. ППД Дегтярёва был первым советским серийным автоматом, качественным, удобным, но слишком дорогим и сложным для массовой армии.
ППШ Шпагина, пришедший ему на смену, стал самым массовым автоматическим оружием Второй мировой, символом советского солдата и «папашей» для миллионов бойцов. Чем же они отличались, в чём «папаша» превзошёл своего предшественника, а в чём, может быть, уступал ему?
ППД: первый, но не массовый
Василий Алексеевич Дегтярёв создал свой первый пистолет-пулемёт ещё в 1934 году, а последующие модификации (ППД-34, ППД-38, ППД-40) представляли собой добротное, хорошо сбалансированное оружие. ППД имел отличную кучность, был удобен в стрельбе одиночными и очередями, а его 71-патронный дисковый магазин позволял вести плотный огонь без частой перезарядки.
Но у него была ахиллесова пята: основная деталь — ствольная коробка — изготавливалась методом фрезеровки из цельной заготовки, что требовало высококвалифицированных рабочих и многочасовой обработки . Один ППД обходился казне почти как три винтовки или один станковый пулемёт «Максим», а его производство нельзя было развернуть на тракторных и автомобильных заводах.
ППД-40, который Дегтярёв выставил на конкурс 1940 года, был по сути тем же оружием с незначительными упрощениями, не решавшими главной проблемы — трудоёмкости. Дегтярёв (создатель ещё и легендарного ручного пулемёта ДП-27, тоже известного как «ДП») не смог отказаться от фрезерованной коробки, возможно, потому что считал штамповку недостаточно надёжной для автоматического оружия. Это и решило исход конкурса.
Интересный факт: ППД успел повоевать в Финляндии, где получил хорошие отзывы, но его выпуск был прекращён в 1939 году как раз из-за дороговизны. После начала Зимней войны производство срочно возобновили, но это была вынужденная мера, а не плановая работа.
ППШ: технология, победившая время
Шпагин, хорошо знавший конструкцию ППД (он работал с Дегтярёвым и участвовал в доводке его пулемётов), предложил не модернизировать, а переосмыслить сам подход. Вместо фрезерованной ствольной коробки — холодная штамповка из листовой стали, вместо сложных узлов — простые и дешёвые решения, вместо множества резьбовых соединений — сварка и заклёпки . ППШ имел всего 87 деталей против 95 у ППД, а трудоёмкость его производства составила 5,6 станко-часа против 13,7 у предшественника.
Шпагин также добился высокого ресурса за счёт хромирования канала ствола, что было инновацией, и добавил мощный дульный компенсатор, снижавший подброс ствола и улучшавший кучность при стрельбе очередями. При этом надёжность ППШ в условиях запыления, загрязнения и сильных морозов оказалась даже выше, чем у более сложного ППД.
Георгий Семёнович Шпагин, конструктор (из интервью 1944 года):
«Я не хотел делать оружие для музея. Я хотел, чтобы мой автомат мог сделать любой завод, где есть прессы и сварка. Солдату не нужен хронометр, ему нужен молот. ППД был хорошим хронометром, но мы не могли набить ими карманы всей армии. Мой ППШ — это молот, который мы сможем дать каждому»
Интересный факт: Первоначально Шпагин предлагал секторный коробчатый магазин на 35 патронов, который был проще в изготовлении, но военные настояли на сохранении дискового магазина от ППД, привычного и вместительного. Это решение оказалось мудрым — 71 патрон часто решал исход боя, когда у немцев с их MP-40 (32 патрона) патроны кончались в самый ответственный момент.
Друзья, как вы считаете, было ли поражение Дегтярёва в конкурсе 1940 года следствием его конструкторской «консервативности», неспособности отказаться от фрезерованной коробки, или же он просто создавал оружие в другую эпоху? Напишите своё мнение в комментариях.
Что ППШ унаследовал от ППД и что изменил
Несмотря на победу Шпагина, советский ПП не начинался с нуля. ППШ взял от ППД самое ценное: дисковый магазин на 71 патрон, который обеспечивал огневое превосходство над любым зарубежным аналогом . Удачную конструкцию магазина Шпагин даже не стал переделывать — он использовал её практически без изменений, и это был редкий случай, когда будущий победитель конкурса заимствовал ключевой узел у конкурента.
Однако Шпагин изменил почти всё остальное. Он упростил ударно-спусковой механизм, объединил многие детали, заменил сложную возвратную пружину более простой и надёжной, а главное — сделал оружие технологичным. ППШ можно было разобрать на крупные узлы без специального инструмента, что упрощало чистку и ремонт в полевых условиях.
Интересный факт: Некоторые детали ППШ, например, затвор, всё же изготавливались фрезеровкой, но это была вынужденная мера, не влиявшая на общую трудоёмкость. Шпагин сумел свести фрезерованные детали к минимуму, сосредоточившись на штамповке.
В чём ППШ был хуже ППД
Справедливости ради стоит отметить, что не всё в ППШ было лучше. Во-первых, он оказался тяжелее — 5,3 кг с полным дисковым магазином против 4,9 кг у ППД (хотя разница невелика). Во-вторых, из-за высокой скорострельности (1000 выстрелов в минуту против 800 у ППД) «папаша» быстрее расходовал боезапас и сильнее нагревался при длительной стрельбе. В-третьих, кучность стрельбы одиночными у ППД была выше, что делало его более удобным для подготовленных стрелков, например, разведчиков.
Однако все эти недостатки были платой за массовость. Война — это не соревнование снайперов, это миллионы солдат, которым нужно дать оружие, способное просто и надёжно работать в любых условиях. ППШ эту задачу выполнил блестяще, а ППД остался в истории как «красивый неудачник», который был хорош для своего времени, но не выдержал проверки массовой войной.
Почему «диск» прожил дольше обоих
Дисковый магазин, созданный финнами для «Суоми» и скопированный для ППД, а затем унаследованный ППШ, оказался настолько удачной конструкцией, что пережил оба автомата. Его использовали в послевоенных образцах стрелкового оружия, а сам принцип — большой ёмкости при компактной форме — до сих пор применяется в некоторых системах. Это был случай, когда лучшее решение перешло от проигравшего к победителю и осталось в веках.
ППД и ППШ — два брата, один из которых ушёл в тень, а другой стал легендой. Они похожи, как ремесленник и художник: один делал оружие штучное, почти ювелирное, другой — конвейерное, безликое, зато доступное миллионам. И в кровавом 1941 году, когда требовалось вооружить ополченцев и пополнить разбитые дивизии, прав оказался Шпагин. Потому что войну выигрывает не лучший автомат, а тот, который есть у каждого солдата в окопе.
Если материал показался полезным — поделитесь им с друзьями. Подписывайтесь на канал, чтобы ничего не пропустить.