Утро второго дня на «Базе на Ладоге» выдалось таким, каким его обычно рисуют в рекламных буклетах, забывая добавить, что комары - тоже часть экосистемы. Впрочем, нас это не смущало. База к тому моменту окончательно нас покорила: уютные деревянные домики с панорамными окнами на озеро, собственная сауна в каждом, ресторан с видом на воду и абсолютная, звенящая тишина, нарушаемая только плеском волн и криком чаек. Отдельный респект - пет-френдли политике: Тоби чувствовал себя здесь полноправным гостем, а не контрабандой.
Позавтракав с видом на утреннюю Ладогу, мы начали сборы на экскурсию. Тоби, услышав слово «экскурсия», немедленно сделал вид, что глубоко спит, и всем своим видом показал: он остаётся. Охранять. Вещи. Мы не стали разрушать его конспирологическую легенду, налили воды, оставили корм и, помахав белому пушистому церберу, отправились в Старую Ладогу.
Старая Ладога - место, от которого у любого уважающего себя историка начинает учащённо биться сердце. Первое упоминание в летописях - 862 год. Именно сюда, если верить «Повести временных лет», прибыл Рюрик со своей варяжской командой, прежде чем перебраться в Новгород. Фактически, это первая столица Руси - колыбель государственности, где каждый камень дышит тысячелетием. Стоит городок на высоком берегу реки Волхов, и первое, что видит путник, - величественная каменная крепость, заложенная ещё в IX веке и перестроенная в XV–XVI веках.
Мы вошли на территорию крепости через массивные ворота, и Добрыня немедленно примерил на себя роль былинного богатыря. Стены здесь толщиной с хороший гараж, а башни - Климентовская и Воротная - смотрят на Волхов так сурово, словно до сих пор ждут шведского флота. Я рассказала Добрыне про то, как в 1164 году ладожане отразили нападение шведов, и он, впечатлённый, тут же объявил, что в прошлой жизни определённо стоял на этих стенах с мечом. Мама философски заметила, что в прошлой жизни он, скорее, был викингом, который опаздывал к обеду, на что получила возмущённый взгляд и реплику: «Бабушка, викинги не опаздывают, они задерживаются по тактическим соображениям!»
Внутри крепости нас ждала церковь Святого Георгия - белокаменный храм XII века с фресками, частично сохранившимися до наших дней. Самая известная из них - «Чудо Георгия о змие». Стоишь в полумраке храма, смотришь на эти строгие лики, и понимаешь: здесь молились люди, чьи потомки через столетия станут нами. Удивительное чувство причастности к большой истории.
Спустившись к реке, мы набрели на Никольский мужской монастырь и Успенский женский, а также на легендарную могилу Вещего Олега. «Так это Олег, который от коня принял смерть?» — уточнил Добрыня. Я подтвердила. Сын помолчал, глядя на курган, и выдал: «Вот что значит — техника безопасности превыше всего. Не проверяют кони жди беды». Не знаю, оценил бы князь Олег такой постмодернистский анализ своей судьбы, но мы с мамой честно рассмеялись.
После обеда в местном кафе с неожиданно превосходной ухой мы вернулись на базу, где нас встретил Тоби с выражением морды, ясно говорившим: «Вы меня бросили, предали, и я тут охранял три часа подряд, не смыкая глаз». Впрочем, его драма была прервана важным делом. Добрыня схватил удочку и помчался на пирс рыбалка была запланирована и решительно неизбежна.
Рыбачили до позднего вечера. Добрыня, войдя в рыбацкий азарт, натаскал достаточно рыбы на полноценный ужин для всей компании. Мама колдовала на кухне домика, а Тоби… Тоби, как истинно домашний декоративный пёс, решил внести свой вклад в промысел. Сначала он разогнал всех уток, мирно дремавших у берега, - с громким лаем и самоотверженностью, достойной как минимум овчарки. Затем, обнаружив ведро с уловом, принялся яростно пытаться выловить рыбу оттуда, по самые уши засовывая в ведро свою белую морду. Рыба, впрочем, осталась в ведре, а Тоби приобрёл стойкий запах Ладоги и выражение глубочайшего удовлетворения на морде.
Ужинали на веранде под звёздами, смеялись над утиным переполохом и строили планы на завтра. Впереди нас ждал марш-бросок через Петербург по направлению к Сортавале - самому сердцу карельской сказки. Но это уже совсем другая история.