- В смысле - погуляем? Маме плохо, а ты предлагаешь ее бросить одну и пойти погулять?
Нет уж - раз я пришла, я останусь здесь!
- Трепетный он у тебя! - так сказала про одного мужчину героиня замечательного фильма «Начало».
Хорошенькая Анечка бросила последний взгляд в зеркало, коротко вздохнула и, взяв испеченную самостоятельно шарлотку с яблоками, вышла из квартиры.
Очень хочется сказать, что вышла она навстречу своему счастью.
Но тут девушку «терзали смутные сомнения»: потому что сегодня у нее предполагалось то самое знакомство с родителями.
Точнее, с будущей свекровью - папы жениха давно уже не было на этом свете. И, естественно, Аня волновалась.
Ваня уже сделал ей предложение. И родственники девушки были хорошо с ним знакомы.
Дело оставалось за малым: познакомиться с мамой жениха - предполагалось, что сначала это сделает невеста.
А потом уже и остальные - чтобы обговорить нюансы и подробности свадьбы.
Как известно, имя Иван уже априори предполагает некоторые размышления по этому поводу: он либо - царевич, либо - сами знаете, кто.
Ваня Цуприков не был ни тем, ни другим: обычный среднестатистический тридцатилетний мужчина, которых сегодня - великое множество.
Работал Ваня junior-разработчиком компьютерных игр: он только недавно решил поменять профессию и только набирался опыта.
Зарабатывал пока жених не шибко много - в районе восьмидесяти тысяч.
Анечка, администратор в стоматологии, тоже звезд с неба не хватала. Но вместе получалось существенно больше сотни - можно было жить.
К тому же, у невесты уже была своя однушка: ее обещала освободить бабушка перед свадьбой, переехав к родителям девушки.
В принципе, Анины папа-мама и бабуля были не против ее бракосочетания: Ванька им нравился.
Только ба после его ухода произнесла те самые слова про трепетность. И если в фильме они прозвучали в положительном ключе, то тут приобрели какой-то другой смысл.
Потому что Ванька трепетал по поводу и без.
Если бы он трепетал исключительно в присутствии Аньки, это было бы объяснимо: красивая девчонка, как тут удержаться от трепета?
Но с мужчиной это происходило на ровном месте: шел на работу - нервничал. Садился за компьютер - начинал волноваться. Пошлешь за покупками - сто раз переспросит, запишет, перепроверит...
С одной стороны, это было неплохо: у человека - тонкая душевная организация! Ведь ни одна девушка не захочет связать свою жизнь с неумным, толстокожим муж.ланом.
А с другой - как посмотреть.
Получалось, что у будущего мужа ничего нельзя попросить. В смысле, помочь что-то сделать или организовать: он сразу начинал волноваться.
Да, натурально волноваться!
И влюбленная Анька старалась не напрягать любимого по пустякам и все чаще разруливала свои проблемы одна: она очень любила своего Ванюшу и хотела жить с ним долго и счастливо.
Они встретились с Ваней у его станции метро и дальше пошли пешком, игнорируя автобус: Аня хотела немного прийти в себя.
И тут девушка заметила, что жених не стремится ее успокоить. И не говорит обычные в таких случаях слова:
"Да что ты, дорогая - ты очень понравишься маме! Разве может не понравиться такая замечательная девушка?"
Даже больше: было видно, что мужчина волнуется сам - трепещет, елы-палы! Будто это не она, Анька, а он идет знакомиться с чужой тетенькой.
Причем, уже заранее знает результат этого знакомства.
Чтобы не нарушать торжественность момента, Аня предложила позвонить в звонок. Но никто не открыл.
Еще раз позвонили - опять никто не открыл.
Вот что можно подумать, когда тебе никто не открывает, а человек находится дома?
Правильно: что шестидесятилетняя мама, перетрудившаяся в процессе приготовления ко встрече с будущей невесткой, не иначе, как склеила ласты, прощенья просим.
Короче, нужно было начинать волноваться еще сильнее. Но Ваня волноваться сильнее не стал, а открыв дверь своим ключом, крикнул:
- Мамочка, мы дома!
И опять это осталось без ответа. Мужчина попросил невесту подождать в прихожей, а сам, предварительно постучав, зашел в комнату мамы.
Его не было минут пять: из комнаты не доносилось ни звука.
Все это время «забытая» в передней Анька стояла со своей шарлоткой, как понятно, кто. Не зная, что и подумать.
Была мысль уйти. Да, повернуться и уйти - вместе с шарлоткой. Потому что в происходящем чувствовалось что-то не то: даже не нехорошее, а неправильное, что ли!
Ну не так все должно идти, не так.
Тем более, что если Анька была просто ошеломлена происходящим, то жених как-то не очень и удивился: значит, или знал, или предвидел, что может произойти нечто подобное.
Наконец Ваня вышел и сказал, что у мамы внезапно поднялось давление: так, что даже начала неметь рука! Она приняла таблетку и просит ее не беспокоить.
- Начала неметь рука? - всполошилась девушка, имеющая среднее медицинское образование: вполне возможно,что это - начальные проявления инсульта!
- Когда поднялось давление? - уточняла Аня: может, помощь нужна? Укол сделать, то да се?
Но жених ее успокоил: пусть немного полежит и все. У тому же, он сейчас уже сделал мамочке укол!
- А когда ты уходил меня встречать, у нее все было в порядке? - поинтересовалась девушка: мужчина отсутствовал около получаса.
Хотя и за такое короткое время давление может подскочить: тоже, наверное, волновалась и готовилась к встрече!
Оказалось, что скачок давления произошел за пару минут до их прихода.
Видно было, что Ване не по себе: мужчина как бы хотел что-то сказать невесте, но не решался.
И, наконец, выдавил из себя:
- Слушай, а может, пойдем?
- Куда пойдем? - опять удивилась Анька: становилось все «чудесатее».
- Да просто - погуляем, сходим в кино! - предложил жених.
- В смысле - погуляем? Маме плохо, а ты предлагаешь ее бросить одну и пойти погулять?
И неглупый Ванька не нашелся, что ответить.
И тут стойкая Анечка опять проявила волю, в который раз за последнее время, и жестко произнесла:
- Нет уж - раз я пришла, я останусь здесь!
Они прошли на кухню. И тут девушка удивилась еще раз: на кухне не было заметно никаких следов приготовления к встрече с новой родственницей - от слова совсем.
Даже больше: она была не убрана!
То есть, человек заранее знал, что никакой встречи не будет. Получалось, что так.
Либо - еще вариант: будущая свекровь была редкой пофигисткой - да, грязно, и чё такова?
Но тогда в кого у нее такой чувствительный сын? В безвременно ушедшего мужа?
Но хуже всего, что все это, видимо, знал и Ванечка: что мама..шка проигнорирует приход Аньки. Ну не хочет она, чтобы сынуля женился! Не хочет!
Это было видно по поведению любимого.
А какая девушка согласится после всего увиденного и такого холодного приема, даже игнора, выйти замуж?
Правильно - никакая...
Жених поставил на газ чайник. Они сидели за столом и молчали: было видно, что Ване неловко и он не знает, с чего начать разговор.
А добрая Аня, пребывая в ступоре от увиденного, на этот раз решила ему не помогать: пусть выкручивается сам.
Наконец, чайник вскипел. Но и шарлотку они ели в полном молчании.
И вдруг девушка спросила:
- Может, маме уже полегчало? Давай, я к ней зайду: должна же я познакомиться со свекровью - зря, что ли, ехала!
Хотя ей уже стало ясно, что ничего из этой затеи не получится: жених, оказывается, шел только в тесной связке с не очень умной мамой.
Которая уже ухитрилась устроить представление, а они еще даже не поженились.
Даже представить стр.ашно, что ожидает девушку в будущем! Поэтому, беги, Форест, беги...
- Не стоит ее волновать! - встрепенулся трепетный Ванька.
- Так я и не буду ее волновать! - настаивала Аня. - Наверное, и ей хочется на меня посмотреть - мы же намеревались познакомиться!
Хоть кусок пирога ей отнесу - зря, что ли, старалась?
- В другой раз познакомитесь! - ляпнул жених, надеющийся, что все рассосется и устроится само собой чудесным образом.
И витая, как всем известный Бальзаминов, в мечтах и эмпиреях.
«В какой другой раз, Ваня?» - изумленно подумала невеста.
Хотя, теперь, наверное, и не невеста: Аня все для себя уже решила.
- Ну, я, пожалуй, пойду! - поднялась со своего места девушка. На душе было даже не мерзко, а пакостно. Точнее - мерзопакостно...
- Я провожу! - как всегда, встрепенулся Ваня: нужно же было все как-то уладить - Аню он очень любил.
А как уладить? Волноваться он был мастер.
А дальше - что? Маму же не переделаешь! И надежда, что знакомство пройдет хорошо, лопнула, как мыльный пузырь.
А положение было, действительно, уж.асным: ведь Аня была не первой, к сожалению. И, наверное, не последней...
«Вот и все!» - подумала девушка, идя к входной двери.
Хотя, не совсем все: оставалось сделать еще кое-что - самую малость. То, чего бы она никогда не сделала раньше.
И, проходя мимо двери в комнату несостоявшейся свекрови, она толкнула ее и вошла - без стука и приглашения.
Иван, совершенно не ожидавший от воспитанной девушки такой прыти, не сориентировался и «пропустил у.дар».
Ну что - все было, как она и предполагала: совершенно здоровый «ба..б..ец» сидел перед работающим без звука телевизором и ел орехи.
И не просто кешью с его мягкими ядрами, а фундук.
Правда, не щелкал, как в фильме «Морозко», а ел очищенный.
Короче, перефразируя известное выражение, можно было сказать, что это - полный «ба..б..ец»...
В обозримом пространстве не было видно ни одной таблетки, а также - пустой ампулы и использованного шприца.
Не было, а должно было быть.
Анькина ба, долгое время проработавшая врачом на «скорой», говорила: если у человека к шестидесяти годам - здоровые зубы, волосы и ногти - не верь его жалобам, внуча!
Возможно, это не было аксиомой. Но какая-то логика в этом утверждении, все же, заключалась: волос у потенциальной свекрови была уйма.
Ногти тоже были хорошие. А фундук без зубов не раскусишь: пазл сошелся - Анечке синхронно врали!
Но зачем? Не проще было бы сразу сказать, что мама будет против: она бы и не лезла со своей шарлоткой знакомиться, наивная.
Они молча смотрели друг на друга: тетенька и Анечка - настороженно и оценивающе. Сзади топтался трепетный Ваня: может, рассосется?
И тут Аня произнесла:
- Ну, что мама - чувствуется, что Вам уже полегчало! Рука-то отошла? Вижу, что отошла!
Поэтому можете распахнуть свои объятия пошире и принять в них своего мальчугана - он полностью Ваш! Живите долго и будьте счастливы!
После чего, не обращая внимание на вяканье жениха и призывы остаться и поговорить, вышла из квартиры и отключила телефон.
А женщина не нашлась, что ответить.
«Спасибо, что еще орехом не подавилась! - брезгливо подумала Аня, закрывая за собой дверь. - Реанимируй ее потом дыханием рот в рот, тьфу...»
Нет, девушка не стала рыдать и сползать по стене на пол: она вышла и села на лавочку у подъезда. И сидела в прострации несколько минут.
А потом к ней подошла странного вида тетенька. И, с места в карьер, произнесла:
- Дай угадаю - поди, от Цуприковых?
- А откуда Вы ... - начала ошеломленная Анька.
- Тю, подумаешь - бином Ньютона! - усмехнулась женщина: эти слова прозвучали неожиданно. - Мамашка-то евонная никого к сыну не подпускает: не ты - первая, не ты - последняя!
А ты не расстраивайся, а молись, что вовремя соскочила, девчуля!
За фигом тебе этот трепетный сли.зе..нь?
- Вы тоже знаете про его трепетность? - удивилась Анька.
- А то! - хмыкнула незнакомка. - И трепещет, и трепещет, будто кто его щекочет, ё.кар.ный ба.бай...
- Нужно говорить - хохочет! - поправила ее продвинутая Анька: Чуковский - классика!
- Какая разница: нескладно - зато верно! - ответила тетка. - Толку-то все равно - чуть: хоть обтрепещись, хоть обхохочись.
Поэтому и КПД у него - ноль процентов! А все потому, что от маминой ти.тьки оторваться не может.
Ну, все - я пошла! - и женщина удалилась: мавр сделал свое дело...
А Аньке после ее слов неожиданно полегчало. И даже сделалось смешно: это надо же так влипнуть!
Ну а он-то, Ванька, куда смотрел? Ведь все было и так изначально ясно: зачем было затевать всю эту фигню со свадьбой?
Действительно: не исповедимы пути твои, Господи - так всегда говорила ба.
И девушка пошла домой - да, пешком: ей нужно было привыкнуть к своему новому положению. А это - ой, как непросто.
Нет, с Ванькой-то все было ясно!
Ей - ясно, ему, видимо - не очень: за час от жениха было тридцать пропущенных!
Трепетание происходило с частотой одного звонка в две минуты - ритм кавалер держал.
А вот и зря: это уже был полный «ба..б..ец»...
Автор: Ольга Ольгина