Доброго утра дорогие друзья !
Хочу поделиться мыслями на одну очень интересную тему. Знаю, что изложение может получиться немного сумбурным, но надеюсь, вы уловите суть.
Речь пойдет о реставрации старинных объектов. Это дело невероятно кропотливое, ответственное и, чего греха таить, очень затратное, требующее настоящего мастерства. Важно понимать, что при реставрации нужно учитывать не только то, насколько объект разрушен, но и массу других нюансов, включая подбор идентичных материалов.
Я тут недавно пыталась найти в интернете информацию по этой теме, прочитала немало, но вот именно того, чего хотела узнать, так и не нашла. Может, просто не так формулировала вопросы.
Кстати, в последнее время стало очень "модно", если можно так выразиться, спрашивать мнение жителей, прихожан. Предлагают варианты, а мы с вами потом решаем, что нам нравится и что, по нашему мнению, должно быть.
Вот и мы с мужем, вспоминая нашу поездку в Углич и Мышкин, снова заговорили о Калязине. Экскурсовод упоминал этот город, а его главная достопримечательность – затопленная колокольня Никольского собора. Ее, кстати, совсем недавно отреставрировали.
И вот тут муж выдал: "Именно поэтому я туда больше и не хочу ехать". По его словам, реставрация лишила колокольню той самой исторической ценности. Он считает, что ее надо было отреставрировать, но оставить в ее "состаренном" виде. Вот такой вопрос я и задала в интернете: делают ли такую реставрацию, чтобы сохранить именно "состаренный" вид? Получила много информации, но ответа на свой вопрос так и не добилась.
Есть и другие исторические объекты, которые, как считает не только мой муж, но и некоторые местные жители, после реставрации как будто потеряли свой прежний облик.
Возьмем, к примеру, старообрядческую колокольню великомученицы Екатерины. Построена она в 1915 году и является объектом культурного наследия. После того, как в 1905 году объявили веротерпимость, старообрядцы получили право свободно исповедовать свою веру и строить храмы. Купец первой гильдии Карасёв тогда не стал строить отдельный храм, а просто перенес церковь из своего особняка в трехэтажный дом во дворе владения. В 1918 году церковь закрыли, а дом, где она находилась, снесли. В 1979 году снесли и сам особняк Карасёва. Вместо него хотели построить ангар, но так и не построили. А колокольня осталась.
До осени 2024 года колокольня была в таком плачевном состоянии, что смотреть было страшно.
Иногда мы как будто забываем, для чего вообще нужна реставрация. Ведь нам же должно быть интересно увидеть сооружение таким, каким оно было до того, как начало разрушаться, правда?
Но есть и другая интересная практика. Часто при реставрации оставляют не закрашенными фрески, или не заштукатуривают фрагмент стены, чтобы показать, из чего была сделана кладка.
Но почему бы не восстановить элементы, кладку, но при этом не закрашивать и не штукатурить их? Такого, к сожалению, не происходит. При реставрации стремятся к эстетике, к первоначальному исполнению. А то, что не могут восстановить, фиксируют место и сам объект. Почему же не могут? Причины кроются в степени разрушения, дорогостоящем восстановлении и удаленности.
С 2009 по 2023 год были проведены проектные, противоаварийные, консервационные работы и научная реставрация более чем на 600 храмах – объектах культурного наследия. Согласитесь, это немало.
И вот тут возникает вопрос: не всегда наши пожелания, обывательские, бывают компетентны.
Именно в этом и заключается сложность: найти баланс между сохранением исторической аутентичности и приведением объекта в состояние, пригодное для дальнейшего существования и восприятия. Ведь если мы хотим, чтобы будущие поколения могли увидеть и оценить наследие, оно должно быть доступно и понятно.
Всем хорошего дня!