Европа демонстрирует все более горячее желание вписаться в переговорный трек по Украине. Правда, сделать это ей будет очень непросто и не только потому, что еврократы считают себя вправе ставить условия России. Проблема еще и в том, что на сегодняшний день в руководстве ЕС и ведущих стран союза нет ни одного политика, который обладал бы достаточным для участия в столь серьезном процессе доверием избирателей.
Действующие руководители основных держав, претендующих на роль лидеров Старого Света, имеют исторически ничтожные рейтинги доверия. У канцлера Германии Фридриха Мерца он равен 14%, у президента Франции Эммануэля Макрона — 11%, у премьер-министра Великобритании Кира Стармера — 13%. А причина везде одна: неразумная украинофилия и столь же маловразумительная русофобия, ведущие к стремительному падению уровня жизни европейцев, вздыхающих о счастливых временах, когда их благополучие покупалось вместе с русским газом и нефтью.
Каллас показала стероидные мускулы. Россия их тут же сдула
«"Тот ли сейчас человек Фридрих Мерц, что нужен стране?" — поинтересовался в четверг ведущий самой рейтинговой новостной программы страны Tagesschau, — не без ехидства сообщает британская Financial Times. — Дискуссия приобрела настолько заметный размах, что в нее вынуждены были вмешаться тяжеловесы Христианско-демократического союза (ХДС) Мерца. Люди из близкого окружения канцлера назвали эти разговоры "абсурдными" и "опасными". Один из правительственных инсайдеров обвинил издания, принадлежащие медиагруппе Axel Springer (в их числе и Bild), в проведении целенаправленной "кампании". "Это крайне маловероятный сценарий, — заметил другой источник, близкий к ситуации. — Но на Мерца давят его собственные сторонники"».
Фридрих Мерц, подчеркивает FT, и без того никогда не бывший народным любимцем, «похоже, пострадал от падения рейтингов сильнее всех. Его работой довольны менее пятой части немцев. Сейчас действующий канцлер куда менее популярен, чем его предшественник из СДПГ Олаф Шольц на гораздо более позднем этапе своего срока».
Теперь ему на пятки наступает более молодой и амбициозный однопартиец Хендрик Вюст, 50-летний премьер-министр федеральной земли Северный Рейн — Вестфалия. Но проблема в том, что и этот персонаж вряд ли получит реальное одобрение у немцев, которые все больше доверяют не дискредитировавшей себя «светофорной коалиции», а гораздо более правым партиям — прежде всего Союзу Сары Вагенкнехт и «Альтернативе для Германии».
«Рейтинги Христианско-демократического союза, который входит в правящую коалицию ФРГ, опустились примерно до 23%, — отмечает та же FT. — Тем временем уровень одобрения ультраправой "Альтернативы для Германии" вырос до 28% — и это несмотря на обещание Мерца остановить ее продвижение. Высокие цены на энергоносители, вызванные войной с Ираном, и зашедшие в тупик переговоры с партнерами по коалиции — социал-демократами — о реформе социальной сферы лишь усугубляют недовольство избирателей, считают социологи».
Фигура умолчания британских журналистов, рассуждающих о росте цен на энергоносители из-за войны с Ираном, никого не должна вводить в заблуждение — и прежде всего немцев. Они-то прекрасно знают, кто и зачем взорвал «Северные потоки», уничтожил германо-российское сотрудничество и в конечном итоге спровоцировал тяжелейшую рецессию, которой германская экономика не видела, пожалуй, с послевоенных времен. Именно антироссийская, про-глобалистская политика нынешних руководителей Германии и есть истинная причина катастрофического падения уровня жизни в стране — и такого же резкого снижения доверия избирателей.
Стармер приполз на коленях. Без России ему конец
Подобные процессы почти под копирку происходят и в двух других государствах Старого Света, претендующих на роль «европейских локомотивов» — Франции и Великобритании. И там, и там неразумная, а точнее сказать, самоубийственная политика действующих руководителей стран привела к аналогичным результатам. И если под Эммануэлем Макроном земля еще не горит, то британский премьер Стармер вертится в своем кресле, как уж на раскаленной сковороде.
«Премьер-министр осознал, что ему придется смириться с неизбежным. Он обратился к ряду высокопоставленных чиновников, чтобы узнать их мнение и начал составлять план дальнейших действий. Однако серия агрессивных брифингов против него, особенно со стороны союзников нынешнего министра внутренних дел Шабаны Махмуд, вызвала эмоциональный ответ Кира Стармера и его команды, — констатирует Daily Mail. — "Он тогда сказал, мол, я единственный тут поступаю как порядочный человек, а все остальные просто пытаются обвести меня вокруг пальца", — рассказывает источник. На следующее утро главного секретаря премьер-министра Даррена Джонса отправили в пресс-центр, чтобы готовить возможное обращение в связи с грядущей отставкой Стармера. "Я не собираюсь забегать вперед и говорить о решениях, которые премьер-министр может принять или не принять", — сказал он в интервью Sky News. Перед следующим интервью ситуация изменилась. "Даррену позвонили из канцелярии премьер-министра, — рассказал мне один из правительственных советников. — Они сказали: "Смените риторику. Мы не отступим"».
Такого рода качели — всегда признак крайне тяжелой для политика ситуации, которая уже не зависит от его желаний или возможностей, а полностью находится под влиянием совершенно внешних сил. И хотя пока премьер Стармер так и не нашел в себе сил объявить об отставке по собственному желанию, сделать это ему придется. Хотя бы затем, чтобы не дискредитировать окончательно лейбористскую партию, которая по его милости потерпела самое сокрушительное поражение на выборах в новейшей истории.
Запад совершил роковую ошибку в Иране. Россию уже не остановить
В подобной ситуации находится и президент Франции. Он тоже пока еще держится на посту, пользуясь особенностями французской конституции, но с каждым месяцем лишь теряет и теряет очки в глазах избирателей. Антирекорд в виде уровня доверия в 11% он установил еще прошлой осенью, и с тех пор не сумел исправить положение. Причем изменения были стремительными: в течение одного месяца снижение рейтинга составило четыре процента, что сравнимо с настоящей катастрофой!
Характерно, что и в Великобритании, и во Франции, точно так же как и в Германии, падение рейтингов «глобалистских», или еврократических политиков, сопровождается ростом популярности их правых соперников и партий. Французы все больше доверяют «Национальному объединению» Марин Ле Пен, британцы — правопопулистской Reform UK, набравшей в последних общенациональных опросах невероятные 25-26%.
Тенденция, как говорится, налицо. Правый дрейф Европы очевидно приведет к тому, что национальные интересы конкретных государств войдут в противоречие с глобалистской повесткой еврократов — и одержат верх. Любая попытка ЕС как контролирующей системы начать давить на национально ориентированные правительства обречена: они всегда могут заявить о выходе из Союза, что найдет поддержку у подавляющего большинства давно разочарованных еэсовскими провалами европейцев.
ЕС сел на иглу российской нефти. Как ни старайся, слезть не получается
Классическим примером может служить новый венгерский премьер Петер Мадьяр. В Евросоюзе его победу трактовали как возвращение блудного Будапешта в еврократическое лоно — а в реальности политика страны практически не поменялась. И даже щедрые подачки фон дер Ляйен никак не влияют на ситуацию: Мадьяр по-прежнему отказывает в помощи Украине и держится за российские энергоресурсы. Просто потому, что в отличие от еврократов отлично понимает, что и ему, и его избирателям крышка, если они уступят давлению Брюсселя.
Чем в реальности может обернутся скорый правый поворот Европы для России? С одной стороны, в условиях глобальной нестабильности поставок энергоресурсов и непредсказуемости политики США смена парадигмы стран Старого Света неизбежно приводит их к восстановлению более-менее нормальных отношений с Москвой. С другой, трудно предсказать, как долго будет сохраняться память о «российской щедрости» и как быстро набравшие жирок европейцы вновь решат, что им пора «поставить этих русских на место». Многое здесь будет зависеть от того, насколько сильной к тому времени станет сама Россия — и как жестко она будет готова отвечать на попытки Европы вернуться к антироссийской риторике первой четверти XXI столетия.