Город демон, город злой,
Весь пропитанный смолой, —
Хан Батый в злобе гневной
Молвил слово о Козельске:
«Семь седмиц тараном стены бью,
Кровью вражей землю лью! Князь у них — ещё соплив,
Малолетка, сирота,
Но душою не труслив,
Смерть встречает у щита. То ли бес в него вселился,
То ли город сам взбесился!
Не возьму я стены с ходу,
Злой Козельск — себе на горе!
Не сломить его породы,
Встала крепость на пути! Князь у них — ещё соплив,
Малолетка, сирота,
Но душою не труслив,
Смерть встречает у щита.
Вместо отрока пред нами —
Исполин идёт на гору.
Юный князь силён делами,
Уподоблен Святогору! То ли бес в него вселился,
То ли город сам взбесился!
Не возьму я стены с ходу,
Злой Козельск — себе на горе!
Не сломить его породы,
Встала крепость на пути! Семь недель горело небо,
Семь недель ломалась сталь.
Батый требовал победы,
А наткнулся на печаль.
Каждый воин стал здесь братом,
Каждый дом — живой стеной.
И ушёл Козельск в бессмертье,
Приняв свой последний бой! Стихли крики. Дым над полем.
Хан