Сергей замер в коридоре с ключами в руке. Входная дверь за ним ещё не успела закрыться до конца. Голос жены доносился из кухни — громкий, уверенный, без тени сомнения.
— Мать Сергея будет жить в кладовке, — говорила Галина. — Ну а что? Там шесть квадратов, кровать влезет. А гостевая и детская — для вас с Алёной.
Сергей тихо прикрыл дверь. Разулся медленно, стараясь не шуметь. Прошёл к кухне и остановился у косяка, не входя внутрь.
— Тёть Люда, не волнуйтесь, — продолжала Галина. — Сергей даже не пикнет. Он вообще мягкий, я с ним справлюсь.
— А если не согласится? — голос тётки звучал с ленивым любопытством.
— Куда денется. Скажу, что обижусь. Он терпеть не может, когда я обижаюсь. Через час сам её туда переселит.
Сергей сделал шаг вперёд и вошёл в кухню. Галина обернулась. На её лице мелькнула растерянность, но тут же сменилась привычной улыбкой.
— Серёжа, ты рано. Мы тут с тётей Людой обсуждаем, как всех разместить.
Он посмотрел на жену. Потом на её тётку — женщину лет шестидесяти с властным лицом и тяжёлым взглядом. Рядом сидела Алёна, двоюродная сестра Галины, и молча ковыряла вилкой салат.
— Я всё слышал, — сказал Сергей ровно.
Пауза.
— Что именно? — Галина чуть приподняла бровь.
— Про кладовку. Про то, что я мягкий. Про то, что я не пикну.
Людмила Аркадьевна откинулась на спинку стула. На её губах появилась снисходительная усмешка.
— Серёжа, ты, видимо, не так понял.
— Я понял всё правильно.
Галина встала из-за стола. Подошла к мужу, положила ладонь ему на грудь. Жест был отработанный, привычный — так она всегда начинала, когда хотела чего-то добиться.
— Серёж, ну послушай. Тётя Люда и Алёна приехали на две недели. Им нужны нормальные условия. А твоя мать — она же понимающая, правда?
Сергей убрал её руку.
— Моя мать приехала на месяц. Она живёт в гостевой комнате. Это было решено ещё в марте.
— Но обстоятельства изменились.
— Какие?
Галина вздохнула — театрально, с надрывом.
— Серёжа, тётя Люда — единственный близкий мне человек. Она столько для меня сделала. А ты предлагаешь ей спать на раскладушке?
— Я ничего не предлагаю. Я констатирую факт. Моя мать живёт в гостевой. Точка.
Людмила Аркадьевна негромко хмыкнула.
— Галочка, а твой муж, оказывается, с характером.
— Тётя, не лезь пока, — быстро сказала Галина. — Серёжа, давай поговорим наедине.
— Зачем? — он посмотрел ей в глаза. — Чтобы ты объяснила мне, что я должен выселить мать в чулан ради твоих родственников? В квартире, которую я купил?
Алёна отложила вилку. Смотрела на происходящее молча, но с заметным интересом.
— Ты сейчас передёргиваешь, — Галина повысила голос. — Речь не о выселении. Речь о временном решении.
— Кладовка — это временное решение?
— А что тебе не нравится? Там есть окно. Поставим туда кровать, тумбочку. Нормально будет.
Сергей медленно кивнул.
— Понятно.
Он развернулся и вышел из кухни. Прошёл по коридору к гостевой комнате. Постучал.
— Да, — откликнулась мать.
Он вошёл. Валентина Николаевна сидела в кресле с книгой на коленях. Книга была закрыта.
— Ты слышала? — спросил Сергей.
— Слышала.
— Почему не вмешалась?
— Потому что это твоя жена и твой дом. Я здесь гостья.
Сергей сел на край кровати.
— Я дам ей один шанс, — сказал он. — Один. Если она не извинится и не откажется от этой идеи — я приму решение.
Валентина Николаевна посмотрела на сына.
— Какое решение?
— Правильное.
*
Вечером Сергей нашёл Галину в спальне. Она сидела перед зеркалом и снимала макияж. В отражении он видел её лицо — спокойное, даже довольное.
— Галя.
— М?
— Мне нужно, чтобы ты сейчас внимательно меня выслушала.
Она обернулась. В глазах мелькнуло раздражение.
— Серёжа, я устала от этого разговора. Тётя Люда обиделась, между прочим. Ты был груб.
— Я был честен.
— Это одно и то же.
— Нет. Это разные вещи.
Он сел на кровать. Сложил руки на коленях.
— Галя, у тебя есть время до завтрашнего утра. Ты извинишься перед моей матерью. Скажешь ей, что погорячилась. Скажешь, что она остаётся в гостевой комнате. И вопрос будет закрыт.
Галина медленно повернулась к нему.
— Ты мне ультиматумы ставишь?
— Я даю тебе возможность всё исправить.
— Исправить что? Я ничего плохого не сделала.
— Ты назвала мою мать человеком, которого можно поселить в кладовке.
— Это было в разговоре с тётей. Не при ней.
— Она слышала.
Галина замерла.
— Что значит — слышала?
— Дверь в гостевую была приоткрыта. Она всё слышала.
Лицо Галины дёрнулось. Но она быстро взяла себя в руки.
— Ну и что? Я же не сказала ничего оскорбительного. Просто обсуждала логистику.
— Логистику, — повторил Сергей. — Понятно.
— Да, логистику. Ты вообще понимаешь, как сложно разместить четырёх взрослых людей в трёх комнатной квартире?
— Четырёх?
— Тётя, Алёна, твоя мать и я.
— А я?
— Ты со мной в спальне, очевидно.
Сергей посмотрел на неё долгим взглядом.
— Галя, ты сейчас серьёзно?
— Абсолютно серьёзно. Я не понимаю, из-за чего весь этот скандал.
— Хорошо. Значит, до утра у тебя время подумать.
Он встал и вышел из спальни.
*
Утром Сергей проснулся рано. Галина ещё спала. Он принял душ, оделся и вышел на кухню. Там уже сидела Людмила Аркадьевна с чашкой кофе.
— Доброе утро, — сказал он нейтрально.
— Доброе, — она смерила его взглядом. — Надеюсь, ты одумался за ночь.
— В смысле?
— Галочка вчера плакала. Ты её расстроил.
— Я расстроил?
— Ты выставил её в дурном свете при мне и Алёне. Это было некрасиво.
Сергей налил себе воды. Выпил медленно.
— Людмила Аркадьевна, я вас уважаю как старшего человека. Но вы — гостья в моём доме. И я прошу вас не вмешиваться в отношения между мной и моей женой.
Её брови поползли вверх.
— Вот как?
— Да, вот так.
— Галочка права. Ты грубиян.
— Возможно.
На кухню вошла Алёна. Она выглядела сонной, но при виде напряжения за столом сразу проснулась.
— Доброе утро. Что-то случилось?
— Ничего особенного, — сказала Людмила Аркадьевна. — Твой кузен показывает характер.
— Я не её кузен, — поправил Сергей. — Я муж её двоюродной сестры.
— Один чёрт.
Сергей поставил пустой стакан на стол.
— Алёна, можно тебя на минуту?
Она удивлённо моргнула.
— Меня?
— Да. Выйдем в коридор.
Они вышли. Сергей прикрыл дверь на кухню.
— Слушай, — сказал он тихо. — Ты, похоже, нормальный человек. Поэтому скажу тебе прямо. Через час-два здесь будет скандал. Большой. Ты можешь уйти погулять, если не хочешь в этом участвовать.
Алёна смотрела на него с любопытством.
— А почему ты мне это говоришь?
— Потому что ты не виновата. Ты просто приехала в гости.
— А моя мать виновата?
— Твоя мать — взрослый человек. Она делает выбор. Ты — тоже.
Алёна помолчала.
— Я останусь. Хочу посмотреть, чем всё закончится.
— Как хочешь.
Он вернулся на кухню. Людмила Аркадьевна всё ещё сидела за столом с видом оскорблённого достоинства.
— О чём вы там шептались? — спросила она.
— О погоде.
В этот момент на кухню вошла Галина. Она была уже одета, причёсана, с лёгким макияжем. Улыбнулась тётке, кивнула Алёне. На Сергея посмотрела мельком.
— Доброе утро всем.
— Галочка, — Людмила Аркадьевна протянула к ней руки. — Как ты спала?
— Нормально.
Сергей ждал. Галина налила себе кофе. Съела йогурт. Протёрла руки салфеткой. Ни слова про вчерашний разговор.
— Галя, — сказал он.
— Что?
— Ты приняла решение?
Она посмотрела на него с раздражением.
— Какое решение? Серёжа, хватит уже. Я сказала — тётя и Алёна займут гостевую и детскую. Твоя мать переедет в кладовку временно. Это разумное решение.
— То есть извиняться ты не собираешься?
— За что? За здравый смысл?
Людмила Аркадьевна удовлетворённо кивнула.
— Правильно, Галочка. Не позволяй собой манипулировать.
Сергей достал телефон. Набрал номер.
— Алексей? Это Сергей. Да, помнишь, ты говорил можно пожить у тебя? Спасибо.
Галина нахмурилась.
— Кому ты звонил?
— Другу.
— Зачем?
— Эта квартира принадлежит мне. Я купил её до брака. Она не входит в совместно нажитое имущество.
Людмила Аркадьевна медленно поставила чашку.
— И что это значит?
— Это значит, что я имею право распоряжаться ею по своему усмотрению.
Галина побледнела.
— Серёжа, ты что творишь?
— Я решаю проблему.
— Какую проблему?
— Проблему неуважения.
Он достал из кармана связку ключей. Отцепил два ключа и положил их на стол.
— Галя, это ключи от квартиры моего друга Алексея. Он сейчас за границей, квартира пустует. Он согласился и ты можешь пожить там с тётей и Алёной.
— Ты меня выгоняешь?
— Я предлагаю тебе альтернативу.
— Альтернативу чему?
— Тому, что моя мать останется здесь. В гостевой комнате. А ты — уйдёшь.
Людмила Аркадьевна вскочила.
— Это возмутительно! Галочка, он не имеет права!
— Имею, — спокойно сказал Сергей. — Квартира моя. Документы в порядке.
— Но она твоя жена!
— Именно поэтому я не вызываю участкового. Я даю ей возможность уйти самой.
Галина стояла неподвижно. Лицо её менялось — от изумления к злости, от злости к страху.
— Ты этого не сделаешь, — сказала она наконец.
— Уже сделал.
— Ты блефуешь.
— Проверь.
Алёна тихо отодвинулась к стене. Смотрела на происходящее широко раскрытыми глазами.
*
В коридор вышла Валентина Николаевна. Она была одета, собрана, с небольшой сумкой через плечо.
— Серёжа, я всё слышала.
— Мама, ты остаёшься.
— Сынок, я не хочу быть причиной...
— Ты не причина. Причина — неуважение. К тебе, ко мне, к нашей семье.
Галина резко обернулась.
— Ваша семья? А я? Я — никто?
— Ты — моя жена. Была. Пока не решила, что мою мать можно сунуть в чулан.
— Это же временно!
— Это — показательно. Ты показала, кто ты на самом деле.
Людмила Аркадьевна схватила племянницу за руку.
— Галочка, пойдём. Нечего тут унижаться перед этим человеком.
— Подождите, — вмешалась Алёна. Её голос был тихим, но твёрдым. — Мама, может, хватит?
— Что — хватит?
— Хватит делать вид, что всё нормально. Мы приехали в чужой дом. Нас приняли. А мы начали диктовать условия.
Людмила Аркадьевна побагровела.
— Алёна, ты на чьей стороне?
— Я на стороне здравого смысла. Мы неправы, мама. Изначально неправы.
Галина смотрела на сестру с изумлением.
— Алёна, что ты несёшь?
— Правду. Ты сама не замечаешь? Ты решила переселить его мать в кладовку. В его квартире. И ждала, что он согласится?
— Я думала, он меня любит.
— Любовь — это не про послушание, — сказала Алёна. — Это про уважение. А ты его не уважаешь.
Людмила Аркадьевна схватила свою сумку.
— Я не собираюсь слушать это. Галочка, мы уезжаем.
— Куда? — растерянно спросила Галина.
— Куда угодно. В гостиницу. К знакомым. Мне всё равно.
Она двинулась к выходу. Галина осталась стоять посреди коридора.
— Серёжа...
— Что?
— Ты правда выгоняешь меня?
— Я даю тебе выбор. Извинись перед моей матерью. Признай, что была неправа. И мы попробуем начать сначала.
— А если нет?
— Тогда — ключи на столе. Адрес квартиры я тебе скину.
Галина молчала долго. Потом её лицо затвердело.
Она развернулась и ушла в спальню. Через десять минут вышла с чемоданом. Людмила Аркадьевна уже ждала её у двери.
Алёна стояла в стороне.
— Мама, я остаюсь.
— Что?!
— Я хочу извиниться перед Валентиной Николаевной. И перед Сергеем. За то, что молчала, когда надо было говорить.
Людмила Аркадьевна фыркнула.
— Предательница.
— Нет. Просто взрослый человек.
Дверь захлопнулась. Галина и её тётка ушли.
Сергей повернулся к Алёне.
— Ты можешь остаться, если хочешь. Детская комната в твоём распоряжении.
— Спасибо. Но я лучше сниму номер в гостинице. Не хочу вносить лишнее напряжение.
— Как хочешь.
Валентина Николаевна подошла к сыну.
— Серёжа, ты правильно сделал.
— Я знаю.
— Тебе будет тяжело.
— Будет. Но это — моё решение. И я его принял.
Алёна взяла свою сумку.
— Сергей, можно вопрос?
— Да.
— Почему ты не стал долго уговаривать? Почему так быстро?
Он посмотрел ей в глаза.
— Потому что промедление — это согласие. Если бы я начал торговаться, уговаривать, просить — она бы поняла, что можно давить. Что я сдамся. Что в следующий раз она может попросить больше.
— И ты не сдался.
— Нет.
— Это больно?
— Очень.
Алёна кивнула.
— Прости нас. Прости меня.
— Ты ни в чём не виновата.
— Я молчала.
— Теперь — нет.
Она ушла.
Сергей закрыл дверь. Повернулся к матери.
— Ну что. Будем завтракать?
Валентина Николаевна улыбнулась.
— Будем.
Они прошли на кухню. За окном светило солнце. День только начинался.
КОНЕЦ.
Автор: Елена Стриж ©
💖 Спасибо, что читаете мои рассказы! Если вам понравилось, поделитесь ссылкой с друзьями. Буду благодарна!
Советую почитать:✔️— Отдай серьги матери мне. Ты всё равно скоро умрёшь, — сказала невестка старухе. Та кивнула. А утром вызвала нотариуса.
Советую почитать:💖 Машина в обмен на любовь к внучке