А ты, а ты , а ты, мне даришь степные цветы.
О том , о том, о том, я думаю всё о нём.
А я поверю в то, что сбудется всё потом.
Скажу , о чём мечты . И это лишь только ты.
А мне поцелуи твои, как в небе мои мечты.
А ты мне опять скажи, что губы мои нежны .
А руки мои - гибкий вьюн.
Я счастье в глазах твоих пью.
А ты моё солнце, бог! И как ты любить так смог?
Скажи? Все прошли дожди?
А ты мне во сне приснись...
Я буду твоей звездой, ты будешь навечно мой.
Теперь не страшна мне смерть.
Я буду с тобой, поверь!
© Copyright: Доброва Татьяна Юрьевна, 2026
Свидетельство о публикации №126051501013
Очень люблю поэзию этого автора
Слепило солнце сквозь окно и в духоту толкало воздух,
Лучами желтыми скребло проникновенно и нервозно.
В пыли болела голова, в пыльце, у Господа на пальцах,
И медленно текли стихи на кафель талым теплым маслом.
Потеря виделась петлей, болталась где-то на задворках,
И выступал на первый план солярный бог, летящих в шторах.
Слепило, липли у висков насквозь промокшие поэмы,
Светило разгоралось в них - непрекращаемо и немо.
Я созидал тоску и гнев, земной простор речитатива,
Где написал однажды нас, чтобы стереть потом, учитель.
Потеря слышалась как звон далеких маковок церковных,
Но оглушала тишина, и кофе пах как твой цикорий.
А тело помнило ладонь - ее желание и ярость,
Как будто память жгла огнем и безупречно воцарялась.
Я созидал из жестов текст,
Он падал, падал черным в листья,
Давая мне ничтожный шанс не спиться и не застрелиться.
Ярила шествовал в окне, на голове зияли бреши,
Сквозь них в неразличимый мир хлестали паника и нежность.
Болела грудь, густела кровь и тошно делалась творожной.
Слепило солнце сквозь окно.
Твой запах испарялся с кожи.
Аль Квотион