К дню рождения Пушкина, а это 6 июня, я готовлюсь ответственнее, чем к своему, – я все еще верю, что задам ему один вопрос, который волнует меня уже лет сорок...
Кто помнит из детства и юности произведения Пушкина, наверняка подтвердит, что в жизни случается много событий и совпадений, связанных с этим. Жизнь любит делать реверанс: «Помнишь книги Пушкина? Тогда встречай его приметы в жизни!»
Все было правдой
И вот однажды, когда я сидел за школьной партой на уроке литературы, и учительница с литературной фамилией Новикова (кстати, писатель Иван Новиков писал романы о Пушкине) с иронией рассказывала о «Дубровском», как о Робин Гуде, меня вдруг пронзила мысль: "А вдруг все это взаправду было?» По какой-то причине от педагога я не услышал подтверждения своей догадки.
Знал бы, что будучи взрослым, открою для себя такую вещь.
Для «Капитанской дочки» Александр Сергеевич собирал свидетельства очевидцев Пугачёвского бунта, для «Бориса Годунова» изучал архивы, а вот в случае с романом «Дубровский» все произошло радикально иначе.
Пушкин слышит эту историю и загорается идей романа. Лишь перед началом работы он побывал в Пскове и Болдине, где рассматривались имущественные дела нижегородских помещиков Дубровского, Крюкова, Муратова. И только. И никаких архивов. В основе рассказ приятеля, где отличить правду от лжи не представляется возможным... По сути в середине осени начал и в конце зимы закончил.
Остров может называться дубравой
Доподлинная история дворянина Островского, рассказанная А. С. Пушкину его другом П. В. Нащокиным, стала фабулой для романа. Причем еще не завершив работу над этим произведением Пушкин 2 декабря 1832 года пишет Нащокину о том, что прототипом главного героя «Дубровского» был именно Павел Островский, – реальный человек, белорусский дворянин, который владел селом в Минской губернии, но во время войны 1812 года документы на владение имением пропали, – богатый сосед Островского воспользовался этим и нагло оттяпал у юноши родной очаг.
Оставшись в 22 года без средств к существованию, молодой помещик не пал духом, а взял, да и сколотил из своих бывших крестьян крепкую шайку (стало быть был с ними в хороших отношениях) и принялся грабить местных чиновников и помещиков, не трогая купцов и крестьян.
Даже фамилия у него «говорящая»: в славянских языках словом «остров» называли отдельно от больших лесов стоящую чащицу, рощицу, дубраву. Отсюда и придумал Александр Сергеевич фамилию «Дубровский».
Дубровский – человек поступка. Но, возможно, увлекшись загадками, который оставил главный герой, Пушкин никак не хотел раскрыть его планы и его последнюю тайну – тайну того, почему распустил шайку и куда делся?
При этом Пушкин прекрасно знал, что Островского поймали и пустили в кандалах по этапу, но он сумел сбежать.
Все говорят, что произведение осталось незавершенным. Но ведь Пушкин нигде прямо об этом не высказывался. Может и завершил.
Почему роман?
Уместно обратить внимание на выбор Пушкиным жанра. Ведь мог написать репортаж, эссе, документальную повесть, новеллу, рассказ. А он взялся за роман. Стало быть, «масштабировал» случай, как сегодня скажут, – придавал этой истории огромное значение. Известно, что в черновиках Пушкина был набросан краткий план событий после свадьбы Марии Троекуровой и отъезда Владимира Дубровского за границу. Всего несколько фраз, которые нелегко расшифровать однозначно, – ясно, что Мария вскоре овдовела и, вероятно, Владимир вернулся на родину, чтобы увидеться с ней. Там на него донесли в полицию. Что дальше? Неизвестно.
По этой же истории пытался написать свою собственную повесть «Вадим» молодой Лермонтов. И тоже не закончил...
Цензура непроходимая...
Над романом автор работал с 21 октября 1832 года по 6 февраля 1833 года. Возможно догадывался, «Дубровский» не будет восприниматься иначе, как «разбойничий роман».
Уже тот факт, что героем стал бунтарь, вызвало сомнения у цензоров в возможности пропустить роман в печать — а ведь Пушкин полностью убрал политические мотивы в действиях своего героя и оставил исключительно борьбу с единичным случаем несправедливости. Так или иначе, а кое-что цензура вымарала.
Живописуя типичного русского барина-самодура, Пушкин указал, что Троекуров насиловал своих крестьянок. Цензоры сочли подобное безнравственным и вычеркнули этот момент. Зато спокойно пропустили мимо глаз незаконное объявление брака православным священником — ведь Маша, несмотря на то, что потом говорили о клятвах, так и не сказала в церкви «да».
Таково отношение цензоров к «Дубровскому»... Не оно ли сыграло свою роль в том, что некролог после дуэли и смерти поэта был напечатан лишь в одном издании?
Впрочем, из уважения к погибшему автору книгу всё же не стали удерживать. Посмертная публикация состоялась уже в 1841 году. Название «Дубровский» дали произведению издатели. В рукописи Пушкина вместо названия стояла дата начала работы над романом — 21 октября 1832 года.
Почему Пушкин на написал название «Дубровский»?
Нигде я не нашел объяснений.
Есть две версии. Одна – он выбирал между фамилиями «Островский» и «Дубровский». И вторая – идея романа была масштабна в силу событий. Подобное произошло с Лермонтовым, когда он вместо «Печорина» произведение назвал «Герой нашего времени».
Так что хотел откопать в своем герое Пушкин?
А ответ ведь есть!
Вот цитата из произведения Александра Пушкина «История Пугачёва»:
«Богу было угодно, — сказал он, — наказать Россию через моё окаянство» (слова Пугачёва, сказанные при допросе).
А вот отрывок из «Песни о Стеньке Разине».
«Что не конский топ, не людская молвь,
Не труба трубача с поля слышится,
А погодушка свищет, гудит,
Свищет, гудит, заливается.
Зазывает меня, Стеньку Разина...»
Пушкин искал нового героя, хотел открыть его в Островском, но что-то не сходилось, если учесть, что количество преступлений Д. росло как грибы. Вот все и застопорилось.
Посмотрите начало романа. Поступки Дубровского сначала вызывают восхищение Пушкина, но потом герой выходит из-под контроля автора, и автор бросает перо, не в силах сдержать бунтаря, который творит везде зло, одно зло. Воровство денег у Антона Пафнутьевича Спицына — небогатого помещика, поджог имения Кистенёвка, убийство судебных чиновников, подделка документов, «составление злонамеренной шайки», грабеж богатых помещиков.
Забавно, что в школах Дубровский обсуждается не как преступник. Это – «Молодой дворянин, который становится разбойником по воле обстоятельств» или «Благородный и честный человек, с которым судьба сыграла злую шутку». И т.д.
Школьники считают «Дубровского» одним из самых увлекательных классических текстов, входящих в программу. И наверняка поддерживают автора, не давшего своего героя в руки правосудия. Все же Пушкин не был бы Пушкиным, если бы дал поймать Д..
Анна Ахматова назвала это бульварным чтивом
Роман очень низко оценивала Анна Ахматова, называя бульварным чтивом.
«Вообще считается, что у Пушкина нет неудач. И всё-таки «Дубровский» ― неудача Пушкина. И слава Богу, что он его не закончил. Это было желание заработать много, много денег, чтобы о них больше не думать. «Дубровский», оконченный, по тому времени был бы великолепное «чтиво», – писала она.
К Анне Андреевне у меня всего один вопрос.
Мог ли Пушкин халтурить? Cтал писать бы он историю, где не проникся бы всей душой к героям? А если и хотел заработать, то что ему стоило описать по документам подробности.
Герой Владимир с неслучайным именем (имя означает «владение миром»), его увлекал своими целями, величием души, свободой мысли и действия, Машенька - обаятельна, трогательна, нежна. Да и Троекуров - типичный самодур своего времени — стал хорошим пасом Гоголю для Городничего и Ноздрева. А впоследствии у Некрасова в поэме «Кому на Руси жить хорошо» к помещикам-самодурам можно отнести князя Утятина, у Лескова помещик-самодур — Степан Иванович Вишневский из цикла «Старинные психопаты», Тургенев создаст помещика – жестокого графа Зверькова в рассказе «Ермолай и мельничиха».
Значит, речь идет не о заработке, – здесь Пушкин точно подметил тенденцию появления извергов среди помещиков, которую потом раскрыли другие писатели.
Да, он собирался получить деньги за книгу, в этом нет никакой крамолы, но примем к сведению: у Пушкина было много долгов, но они не слишком его обременяли – т.е. деньги не играли сколько-нибудь существенной роли в его мироощущении.
В чем загадка внутренней тяги народа к Дубровскому?
Анна Ахматова в своих оценках не одинока. Трудно найти лестные отзывы крупных писателей об этом романе. Факт есть факт.
А я возвращаюсь к тому школьному уроку, что прошел у меня почти 50 лет назад. Отчего ж я его не забываю?
Во-первых, я заподозрил учителя в неведении. А во-вторых, в период юношества самым трудным для нас бывает сделать выбор в своем отношении к людям и в том какие совершить поступки. А поступки Дубровского (за исключением злодеяний) меня вдохновляли благородством, смелостью, решительностью, великодушием и изобретательностью. Да, вот так. Герой Пушкина сопровождает меня всю жизнь, да и зачем мне с ним расставаться.
Вижу, и песни о нем поют, и сюжет знает каждый, – это не просто так...
И я допускаю, что в какой-то момент Александр Сергеевич встал на перепутье. Делать из Дубровского очередного Стеньку Разина – это был бы романтический уход к Вальтеру Скотту с его рыцарскими романами. Или во время работы над романом, как свидетельствуют записки А.С., приведенные выше, он склонился к психологическому роману, и к дальнейшему раскрытию характера этого сильного человека, опережающего свое время.
И мой вопрос: почему такой живой, интригующий роман не дописан?
Читайте о Пушкине: