Известный экономист Михаил Хазин в своем недавнем выступлении выдвинул провокационную версию: хотя европейские и американские корпорации фактически бросили в России имущество и средства на многие миллиарды долларов, механизм их принудительного изъятия блокируется не юридическими препятствиями, а влиятельной группой местных богатейших бизнесменов. По словам эксперта, именно российские олигархи, имеющие обширные интересы на Западе, сознательно саботируют любые шаги по зеркальной конфискации.
Напомним, что после начала геополитического кризиса в 2022 году десятки крупнейших брендов из США и Европы объявили об уходе с российского рынка в знак несогласия с действиями Кремля. Некоторые производства действительно удалось передать локальным менеджерам или предпринимателям, что позволило сохранить трудовые коллективы и выпуск востребованной продукции. Однако Хазин настаивает: львиная доля активов до сих пор формально числится за западными собственниками, а российское государство могло бы обратить их в свою пользу. Например, в ответ на иск Центробанка к бельгийскому депозитарию Euroclear, где оказались заблокированными отечественные резервы. Но, как утверждает экономист, такое решение волевым порядком принять не получается, и причина — в позиции высших слоев отечественного бизнес-сообщества.
Олигархический компромисс: игра на два фронта
«Наши олигархи держат за рубежом крупные капиталы, — поясняет Хазин. — И поэтому они крайне заинтересованы в том, чтобы не провоцировать западные власти на ответные меры. Обижать их структуры здесь, в России, им совершенно невыгодно. Они всячески блокируют любые инициативы по национализации, руководствуясь банальным страхом за собственную иностранную недвижимость, счета и предприятия. Там у них активы, и они либо надеются их вызволить обратно, либо рассчитывают договориться с Западом о частичном снятии ограничений».
По словам экономиста, в российской элите есть даже специальный человек, который курсирует между Москвой и Западом, ведя переговоры с людьми из окружения бывшего американского президента Трампа. Обсуждается, кого именно следует исключить из санкционных списков, а чьи санкции, наоборот, сохранить.
Юридический фронт: что происходит с Euroclear в российских судах
При этом Центральный банк РФ не оставляет попыток восстановить справедливость через национальную судебную систему. 15 мая московский арбитраж уже удовлетворил иск регулятора к Euroclear, предписав взыскать с бельгийской структуры убытки на сумму около 200 миллиардов евро. В СМИ также просочилась информация, что в отношении Euroclear в России открыто уже почти шестьдесят исполнительных производств на общую сумму 27,5 миллиарда рублей. Бельгийская сторона, в свою очередь, не сдается и пытается обжаловать московское решение через апелляцию.
Хазин связывает эти судебные баталии с надеждами европейцев сохранить за собой российские резервы как можно дольше. По его мнению, Запад продолжает верить, что сможет использовать замороженные средства в качестве рычага давления.
Бисмарк и русские деньги: прогноз на будущее
«Изначально Запад взял курс на то, чтобы удушить нашу экономику, — рассуждает Хазин в эфире радио Sputnik. — Самый очевидный способ — просто отнять то, что мы доверили им хранить. На протяжении 25–30 лет нам внушали: лучшая юрисдикция для капиталов — это западные банки и фонды. А затем эти деньги были арестованы без каких-либо законных оснований. Но те, кто думает, что Россия так ничего и не получит взамен, глубоко ошибаются».
Экономист уверен, что по мере углубления глобального кризиса станет очевидно: сами западные страны не в состоянии существовать без участия России. «Как говорил Бисмарк, русские всегда приходят за своими деньгами. И мы придем. Вот только расплачиваться с нами они будут уже не долларами и евро, а чем-то реальным — например, территориями. И это будет справедливым итогом», — резюмировал Хазин.
Скрытый итог санкционного противостояния
Напомним, что с помощью блокировки международных резервов Запад пытался принудить Россию к смене внутренней и внешней политики, особенно в украинском вопросе. Однако российская экономика, вопреки самым пессимистичным прогнозам, продемонстрировала высокую устойчивость к беспрецедентному санкционному давлению. Более того, этот опыт разрушил иллюзию об экономическом всесилии США и объединенной Европы, показав, что даже заморозка государственных активов не гарантирует достижения политических целей.