Она умерла одна. Хоронить было некому и не на что.
А потом пришли люди. Много людей. Совершенно незнакомых. Они несли цветы и бросали деньги в картонную коробку у гроба. Они не знали её в лицо. Они знали только голос.
Голос, который пел про облака-лошадки. Голос, которым говорил Заяц, Чебурашка, Крошка Енот. Голос, встроенный в детство нескольких поколений.
Так закончилась история Клары Румяновой. Великой актрисы, которую страна любила, не зная, как она выглядит.
Назовём вещи своими именами: её красота сломала ей карьеру. Её характер — семейную жизнь. И только голос, который она поначалу отвергала, оказался тем единственным, что не предало.
Клара Михайловна Румянова родилась в 1929 году. Хрупкая, с тонкими чертами лица и огромными глазами — она с детства притягивала взгляды. Во время войны они с мамой выступали перед ранеными в эвакогоспиталях. Худенькая девочка с бантом выходила на импровизированную сцену и затягивала песни густым, неожиданным басом. Раненые хохотали и плакали одновременно.
«С таким диапазоном тебе прямая дорога в консерваторию», — говорили ей.
Бесёнок внутри встряхивал рогатой головой. «Ни за что».
Она выбрала кино. Поступила во ВГИК на курс к Сергею Герасимову — тому самому, который умел замечать нестандартное. Он и заметил: редкое несоответствие голоса и внешности. Взял.
На том же курсе учился Николай Рыбников — будущая звезда советского экрана, красавец, которому суждено было влюбиться в Клару с первого взгляда.
Он дежурил у подъезда. Дарил цветы. Она швыряла их обратно. Он принёс конфеты. Та же история. Тогда Рыбников истратил всю стипендию и занял у друзей, чтобы купить золотые часы. Такой подарок, думал он, не выбросят.
Клара отвесила ему пощёчину при всех. И сказала: «Никогда больше не подходи ко мне».
Взбешённый Рыбников выкинул часы в окно. Потом несколько месяцев сидел на гречке, отдавая долги. Этот эпизод прогремел по всей киношной Москве и в конце концов попал на экран — правда, с куда более мягким финалом.
Рыбников пришёл к маме Клары просить её руки. Та деликатно объяснила: заставить дочь любить не в её силах. Клара, узнав о визите, не просто рассердилась — она вынесла вопрос о поведении однокурсника на комсомольское собрание.
Рыбников излечился от любви, переключившись на однокурсницу Аллу Ларионову. С ней он прожил всю жизнь.
А спустя годы, когда уже тяжело больной Рыбников лежал в больнице после инсульта, Клара пришла его навестить. Он спросил тихо: «Почему ты меня тогда отвергла?»
Она ответила с грустью: «Глупая была».
Это всё, что она могла сказать.
Тем временем судьба уже готовила первый настоящий удар. Студенткой Клара поехала с однокурсниками на заработки — выступать с концертами по Подмосковью. В одной из таких поездок она сильно простудилась. Врачи поставили диагноз: крупозное воспаление лёгких. Месяц в больнице. Полная потеря голоса.
Герасимов не захотел отчислять талантливую студентку. Он нашёл фониатра — специалиста по голосовым связкам. Тот осмотрел Клару и сказал без обиняков: «Редкие связки. Говорить — будет. Петь — нет».
Почти месяц педагог общался с ней только записками. Так велел врач.
Когда голос вернулся, он оказался совсем другим. Новые возможности обнаружились случайно и неожиданно.
На съёмках «Сельского врача» Клара играла роженицу. Роль почти без слов. Принесённый на площадку младенец плотно поел и категорически отказывался кричать. Смена заканчивалась. Все нервничали. И вдруг Клара — неистово, пронзительно — закричала голосом новорождённого.
Съёмочная группа замерла.
Это был не трюк. Это было что-то, чему нет названия.
Предложения озвучивать мультфильмы посыпались сразу. Клара отказала. Работа за кадром казалась ей отступлением. Она ждала большого экрана. Хотела затмить саму Любовь Орлову — легенду советского кино, чьё имя произносили с придыханием.
Шанс пришёл, когда её позвал сам Иван Пырьев. Влиятельнейший режиссёр «Мосфильма», автор «Кубанских казаков» и «Богатой невесты», человек, от которого зависели судьбы. Он готовил «Испытание верности» и видел в Кларе свою героиню.
Встреча произошла в его кабинете. Пырьев слыл человеком, который умел пользоваться властью не только творчески. Клара это знала. И к тому моменту довела до совершенства своё умение задевать за живое.
Она не просто отказала. Она ещё и раскритиковала сценарий, который Пырьев писал сам. При нём.
Пырьев был взбешён.
Клару внесли в чёрный список «Мосфильма». Приглашали редко, на эпизоды без слов и без имени в титрах. Это был приговор.
Это не случайность. Это закономерность, которая повторялась в её жизни снова и снова: чертёнок внутри делал то, что считал правильным, — а расплачивался за это человек снаружи.
В начале шестидесятых судьба сделала ей ещё одно предложение. Её мужем стал режиссёр и актёр Анатолий Чемодуров — он сыграл Сергея Левашова в «Молодой гвардии» и дружил с Сергеем Бондарчуком. По его просьбе Бондарчук дал Кларе роль в «Войне и мире» — княжну Марью Болконскую.
Клара была окрылена. Но характер не дремал. Капризы на площадке, конфликты с гримёрами, замечание в адрес режиссёра при всей группе.
В результате княжну Марью сыграла Антонина Шуранова.
«Война и мир» получила четыре «Оскара» и вошла в историю кино. Клары в ней не было.
Так и работает ирония судьбы: человек получает всё, о чём мечтал, — и именно в этот момент всё теряет.
Личная жизнь тоже не складывалась. Первый брак — в семнадцать лет, пылкая любовь и жёсткое условие от мужа-пианиста: либо я, либо театральный институт. Клара вспыхнула, хлопнула дверью. Последствия оказались необратимыми: после подпольного вмешательства она навсегда лишилась возможности иметь детей.
Этой потери она не простила ни себе, ни первому браку.
Чемодуров, второй муж, любил её безумно. Но чем ярче разгоралась карьера Клары, тем стремительнее угасала его собственная. Он ушёл во вторые режиссёры, наблюдал, как снимаются те, с кем учился вместе, и начал пить. Развелись в 1973-м. Клара ушла, оставив ему квартиру, мебель и машину.
За ней ухаживали Муслим Магомаев, Николай Сличенко, космонавт Георгий Береговой. Цветы, внимание, блеск. Дальше этого ни разу не зашло.
В 1976 году Александр Митта позвал её в картину «Сказ про то, как царь Пётр арапа женил». Роль почти без слов — жена боярина. Главными звёздами были Владимир Высоцкий и его юная партнёрша Ирина Мазуркевич. Но Высоцкий оказался сражён сорокашестилетней Кларой. Дарил цветы. Посвящал стихи. По разговорам — предлагал руку.
Клара поставила условие: «Бросишь пить — поговорим».
Высоцкий не бросил.
В 1979-м она вышла замуж в третий раз — за военного моряка, человека далёкого от искусства. Думала: вот оно, спокойствие. Но муж изводил её ревностью. Ревновал к партнёрам по озвучиванию. К голосам на плёнке. Это стало невыносимым. Развод.
И всё это время, параллельно всем надеждам и разочарованиям, шла совсем другая история.
Девять лет после первого отказа Клара всё же согласилась попробовать озвучить мультфильм. Первой работой стал «Чудесный сад» — маленький мальчик по имени Асан. Голос лёг идеально.
В следующем, 1963 году — шесть мультфильмов. В 1964-м — десять.
Один из них снимал режиссёр Вячеслав Котеночкин. Клара, услышав фамилию, представила себе маленького застенчивого человека. Увидев перед собой настоящего богатыря, выпалила: «Какой же вы Котеночкин? Вы — котище!»
Режиссёр расхохотался. Они подружились.
Когда через четыре года Котеночкин приступил к «Ну, погоди!», роль Зайца уже была забронирована за Кларой. Этот Заяц стал настоящей звездой.
По десять мультфильмов в год. «Малыш и Карлсон». «Чебурашка». Крошка Енот. Голос, которому верили все дети страны.
Страна любила этот голос. Не зная, кому он принадлежит.
В 1990 году умерла мама. Единственный близкий человек.
У Клары была лакированная шкатулка с записками. Часть из них написана при жизни Анны Петровны — для примирений, объяснений, прощений. «Мамочка, не переживай, я всё исправлю». И тут же, через страницу: «Как ты мне надоела своими капризами. Мама. Как я могла такое сказать».
После 1990-го она продолжала писать. Просто чтобы не чувствовать себя совсем одной.
Союз рухнул вместе с мамой. Гонорары за мультфильмы стали мизерными, потом исчезли совсем. Последний выпуск «Ну, погоди!» вышел в 1994-м. Клара Михайловна продолжала приходить на «Союзмультфильм». Просто так. Чтобы про неё не забывали.
Коллеги звали в коммерческие проекты — отказывалась. Звали в рекламу — не шла. У неё были принципы, которым она не могла изменить, даже когда не хватало денег на самое необходимое.
Она написала книгу. Сборник пьес о великих женщинах России — «Имя мне — женщина». Часами сидела в библиотеках. Книга вышла и получила Пушкинскую премию. На встречи со зрителями люди приходили с горящими глазами.
Только пришли они не за Дашковой. Пришли посмотреть на живого Зайчика.
Клара это поняла. И закрылась от всех в своей квартире в переулке, который незадолго до этого переименовали в улицу Пырьева.
Ирония судьбы умеет быть беспощадной.
В 1995 году она посетила Флоренцию в составе культурной делегации. В программе значился монастырь Санта-Кьяра. Как только она переступила порог, монахини бросились к ней, причитая: «Санта Клара, Санта Клара».
На иконе — святая Клара Ассизская, основательница ордена клариссинок, умершая в 1253 году — смотрело её собственное лицо. Черты молодости, те самые, которые когда-то сводили мужчин с ума.
Вернувшись в Москву, Клара Румянова, прежде считавшая себя атеисткой, приняла крещение. Выбрала имя Екатерина.
Последние годы она жила почти отшельницей. Когда врачи поставили диагноз — рак молочной железы — она отказалась от лечения. Уповала на народную медицину, на растения, которые два года выращивала с верой и надеждой.
Коллеги предполагали: попросить о помощи — значит признать, что была неправа. На это её характер не был способен.
Она всё же успела проститься с теми, с кем хотела.
С Рыбниковым — в больнице, где он лежал после инсульта.
С Пырьевым — ещё раньше, в парке, за год до его смерти. Он сказал: «Прости меня, Христа ради, за то, что я сломал твою жизнь». Клара простила.
Её последней просьбой к сиделке-монахине было готовить заячий суп из капусты и морковки. «Витамины», — объясняла она. И разговаривать с ней. Просто разговаривать.
Одиночество было больнее болезни.
Утром 18 сентябр