В статье про Шишкина я упоминала про смерть его друга, брата первой жены – молодого и успевшего раскрыться за свою короткую жизнь выдающегося художника-пейзажиста Васильева Федора Александровича (1850-1873).
Первое что бросается в глаза – возраст художника, когда его не стало. В наше время, когда период юности и взросления сильно сдвинут, сложно представить, что в 23 года молодой человек уже смог оставить такое искусное наследие действительно национального масштаба.
Впервые близко и глубоко я познакомилась с творчеством художника в Третьяковской галерее. Экспозиция Васильева расположена в одном зале с Саврасовым А. К., что вполне себя оправдывает: его мастерство пейзажиста ставили в один ряд с Саврасовым, Шишкиным и Куинджи.
«В рисовании и живописи с натуры он чрезвычайно быстро ориентировался: он почти сразу угадывал, как надо подойти к предмету, что не существенно, и с чего следует начать. Учился он так, что казалось, будто живет он в другой раз и что ему остается что-то давно забытое только припоминать. Работал он страстно; апатичность и рассеянность не врывались к нему в то время, когда в руках был карандаш, или вернее, — механически, без участия сердца, он работать не мог»
И. Крамской
Если посмотреть на его полотна в целом, можно заметить, что чаще всего художник изображал погоду в ее неспокойном состоянии. На его картинах ветер, набегающие тучи живописно передают тревожное состояние предгрозовой динамики природы, передающееся и человеку, когда нужно приготовиться пережить эту бурю. Хотя, конечно, художник не ограничивался этим.
Мне упала в сердце его лирично-печальная картина «Оттепель». Щемящее сердце послевкусие остается от нее: скупое количество цветов, практически нет света, тянущаяся бесконечно, скорее всего нелегкая для героев, дорога.
Со светом Васильев тоже справлялся мастерки. Одна из таких ярких работ «Мокрый луг» (1872). Небо на его полотнах занимало практически все пространство, становилось ведущей силой картины.
«…Что нужно непременно удержать в будущих Ваших работах – это окончательность… И, потом счастливый какой-то фантастический свет, совершенно особенный, и в то же время такой натуральный, что я не могу оторвать глаз»
И. Крамской
Художника смело можно считать основателем лирического пейзажа. В отличие от того же Шишкина Ивана Ивановича, который стремился запечатлеть природу с документальной точностью. Васильев же стремился передать настроение. В какой-то степени художник предвосхитил творческие поиски Куинджи и Левитана.
Его духовными наставниками, друзьями были Крамской И. Н. и Шишкин И. И., которые при этом не считали себя его учителями, хотя оказали на молодого художника существенное влияние. Современники говорили, что Васильев открыл «мокрое, светлое, движущее небо».
Родился художник, кстати, в Гатчине. И одна из первых ярких его работ, где он мастерски справляется с эффектом мокрой земли это Петербургский пейзаж «После дождя» (1867). Художнику в этот момент 17 лет.
Я давно хочу обзавестись перепиской Крамского И. Н. с художниками и деятелями искусства. И как раз с Васильевым сохранилось огромное количество писем, где они обменивались не только мнениями о живописи, но и мыслями о жизни, природе.
«Ему было суждено внести в русский пейзаж то, чего последнему недоставало и недостает: поэзии при натуральности исполнения»
И. Крамской